Благодарная любовь - Марго Магуайр

Ответ Анвре не сулил ничего хорошего беременной девушке. Изабелла понятия не имела о детях и о том, как они рождаются. Этому ее не учили в монастыре Святой Марии.

Она отпустила руку Анвре и посмотрела ему вслед. Он должен был бы радоваться, что нашлось убежище, хотя и не пустое, однако это место почему-то смущало его и вызывало беспокойство.

Изабелла не выразила неудовольствия, хотя в доме было чрезвычайно грязно и пахло чем-то не поддающимся описанию. Она только сморщила нос и склонилась к девушке.

– Как тебя зовут?

– Матильда... или просто Тилли.

– А я Изабелла де Сен-Мари. Как ты оказалась здесь?

Меня похитили шотландцы из Хот-Уисайла во время прошлых святок. Они убили лорда и его ле... – Ее живот напрягся, и она застонала.

Изабелла почувствовала себя неловко, поскольку не могла ничего сделать, чтобы облегчить страдания девушки. Тилли была намного моложе Катрин, и Изабелла содрогнулась при мысли, что ее сестру тоже похитили, изнасиловали и сейчас она беременна от какого-нибудь шотландского варвара. Смогла ли Катрин избежать судьбы Тилли, как это сделала Изабелла?

Она была не в силах думать о своей сестре, видя, в каком ужасном положении находится Тилли.

Дверь дома отворилась, и вошел Анвре. Его плечи и волосы намокли под дождем. Он взял трехногий табурет и поставил его рядом с кроватью, чтобы Изабелла могла сесть, а сам встал рядом, возвышаясь над обеими девушками.

– Где сейчас шотландец, который привез тебя сюда? – В его грубом голосе чувствовалось раздражение.

Глаза Тилли на маленьком веснушчатом лице стали огромными.

Изабелла откинула с ее лба ярко-рыжие волосы.

– Не бойся сэра Анвре. Он не такой свирепый, каким кажется.

Горло Тилли конвульсивно сжалось, и она сделала глотательное движение, прежде чем ответить:

– Он умер.

– Он был один?

– Да. Здесь больше никого нет... – Ее снова пронзил приступ боли, и она сжала руку Изабеллы так крепко, что та едва не вскрикнула. Когда Тилли наконец отпустила ее, Изабелла заморгала, сдерживая выступившие слезы.

– Простите, – сказала Тилли, обращаясь к Изабелле. – Я ничего не соображаю во время приступа боли... Мне было так страшно до вашего прихода.

Изабелла кивнула:

– Теперь я с тобой. – Она повернулась к Анвре и коснулась его руки. – Мы поможем тебе, Тилли.

Когда миновал очередной приступ, Изабелла попросила Анвре принести воду.

Он явно с радостью воспринял эту возложенную на него задачу, а Изабеллу на мгновение охватила паника, когда он вышел из дома. Казалось, Анвре всегда знал, что надо делать, и она привыкла полагаться на него.

Изабелла взглянула на Роже, который уселся за обшарпанный стол в другом конце комнаты.

– Ты не посмотришь, есть ли здесь чистая материя?

– Изабелла, тебе следует отдохнуть. Она нахмурилась:

– Я не могу расслабиться, когда этот ребенок нуждается в моей помощи.

– Ребенок? Эта девчонка распутничала с шотландским варваром, разве не так?

Роже, конечно, не знал, что случилось с Тилли, иначе он не говорил бы о ней с таким пренебрежением.

– Мне нужна чистая материя, Роже. Поищи ее, пожалуйста.

Роже проворчал что-то, однако, когда родовые схватки у Тилли участились, он собрал все ткани, какие нашел в шкафах, и выложил их на низкий столик рядом с кроватью. Вскоре вернулся Анвре с полным котелком воды, которую зачерпнул из ручья. Часть воды он налил в миску и передал ее Изабелле, потом приступил к разведению огня в очаге, чтобы все могли согреться.

Изабелла взяла один из лоскутов материи, найденных Роже, смочила его водой и приложила ко лбу Тилли, когда та отдыхала между приступами. Затем подошла к очагу, где Анвре подкладывал дрова в огонь.

– Что я могу сделать для Тилли? Она так страдает от боли.

– Это женское дело, – ответил он. – Вы должны справиться.

Анвре резко поднялся и вышел из дома. Изабелла с тревогой снова заняла место рядом с Тилли и старалась утешить девушку как могла, тогда как роды приближались к завершающей стадии. Она поила ее водой и потирала спину, когда начинались боли. И хотя всего этого было явно недостаточно, ничего иного Изабелла не могла сделать, чтобы облегчить страдания роженицы.

Время шло. Наступил вечер. Роже устроил себе ложе на полу рядом с огнем и погрузился в сон. Погода окончательно испортилась, и мелкий дождь превратился в ливень. Анвре вернулся и начал готовить еду из пойманных куропаток. Потом сел на один из двух находящихся в доме стульев, откинулся на спинку и задремал, не собираясь оказывать помощь Изабелле.

– Тилли, – тихо сказала она, – кажется, нам самим придется справляться с родами.

В этот момент на кровать хлынули воды, и боли Тилли усилились. Приступы стали повторяться чаще и с большей интенсивностью. Девушка криками разбудила Роже.

– Начинается!

Крики Тилли не давали возможности уснуть и оставаться безучастным к родам. Взглянув в наполненные ужасом глаза Изабеллы, Анвре понял, что у него нет иного выбора, кроме как предложить свою помощь.

– Это отходят воды, – сказал он.

Анвре никогда не забудет обе беременности матери, которые закончились мертворожденными младенцами.

Он был уверен, что его мать умрет, когда она страшно кричала от боли, но служанки успокаивали его и сестру Беатрис, рассказав им кое-что о процессе родов. Однако в обоих случаях младенцы – его крошечные братики – были рождены мертвыми. Анвре проглотил подступивший к горлу ком. Он многие годы не думал об этих потерях, память о которых поблекла после ужасного убийства матери и Беатрис. Анвре стиснул зубы и сосредоточил внимание на рожавшей девушке.

– Поскольку воды отошли, скоро должен появиться ребенок, – сказал он.

Изабелла посмотрела на него с благодарностью, что отчасти сгладило ужасные воспоминания о том, как мать держала крошечных младенцев на руках со слезами на глазах, а отец каждый раз уносил их, чтобы похоронить.