Мелодии осенней любви - Мария Барская

— А-а, Жорка успел тебя обработать!

— Я с Жоркой с тех пор не разговаривала. Исхожу из элементарного здравого смысла. Вот, представь, если бы тебя в ее возрасте застукали в таком виде родители мальчика.

— Я в ее возрасте… — начала было с пафосом Дарья.

— Ой, только не надо! Про свою непорочную молодость можешь рассказывать сказки Георгию. А я все твои романы до Артура помню. В подробностях.

Дарья поперхнулась.

— Ой, Ирка, какая ты с возрастом стала вредная.

— Я справедливая.

— Все равно. У нас в их возрасте было как-то по-другому и приличнее. И мы сами были взрослее и серьезнее.

— О-о, дорогая моя, — хихикнула Ира. — Вот это действительно уже возраст. Ханжеешь!

— А ты, подруга, закадрив трех мужиков, так расковалась, смотрю. Дальше некуда, — мстительно бросила Дарья. — Никак, вторая молодость начинается?

Ты сама ввергла меня в пучину разврата, — окончательно развеселилась Ирина. — Кто мне говорил, что я себя заживо хороню? Кто мне мужчин наслал и призывал меня их завлекать? Ты, дорогая! И вот, последовав твоим советам, я с удивлением обнаруживаю, что ты очень недовольна!

— Приехали! — вдруг захныкала Дарья. — Мне совсем не до смеха. У меня дома трагедия, а ты издеваешься.

— Да где ты видишь трагедию? Элементарный закон природы: сын вырос, — начала успокаиваться Ирина. — Кстати. Чем все закончилось?

— Чем, чем. Поорали мы с этой Лючией, будь она неладна, друг на друга. Потом Жорик явился, начал меня успокаивать. Девица оделась и ушла, а он за ней следом кинулся.

— Хоть вернулся.

— Ага. Куда он денется. Кому он нужен! Кто его, кроме мамы с папой, кормить станет. Теперь на меня же и дуется. Видите ли, я его Лючию драгоценную оскорбила. Нет, Ирка, сама подумай. Нахалка, а? Сидит голая у меня в шкафу и еще надеется, что я перед ней лебезить буду. Спасибо, мол, дорогая, что сына моего развратила!

— Дашка, почему ты думаешь, что он у тебя такой невинный агнец?

— А ты почем знаешь, что не невинный? Вот на девке точно пробы ставить негде. Завтра же к врачу его свожу, а то, боюсь, он от нее что-нибудь нехорошее подцепил.

Иру вновь начал разбирать смех.

— За ручку сама поведешь?

— А ты думаешь, постесняюсь? — вскинулась Дарья. — Мне здоровье сына дороже. Сам-то ведь не пойдет.

— Ну как знаешь. — Ира решила не давить больше на больную мозоль и лишь поинтересовалась: — Артур-то что говорит?

— Что мой дурак может сказать! В один голос с тобой поет: оставь парня в покое, он влюбился. Мне лучше знать, влюбился или нет. Так не влюбляются. А если и влюбляются, то нам такого не надо. Мальчик должен сперва институт закончить. А то пойдут романы, учеба по боку, из института вылетит и в армию загремит. Ради чего тогда мы старались? На репетиторов сколько грохнули! И еще взятку потом давали, чтобы он на бюджетное отделение поступил.

— Дашка, да он хорошо у тебя учится.

— Ах, что ты понимаешь. Ладно, подруга, давай завершим о грустном. Расскажи мне лучше про Льва.

Ирина поняла: Дарья, выговорившись, немного успокоилась. Чтобы окончательно отвлечь, она в подробностях поведала, как провела вечер.

Даша слушала подругу очень внимательно, а потом сделала вывод:

— Не ожидала ото Льва такой прыти. Шустрый мужик оказался. А с виду вроде скромный.

— Ну нахалом его никак не назовешь.

— Так это ведь хорошо. Видно, ты не на шутку его зацепила. Похоже, мои слова подтверждаются. Как одному понравишься, так и другие косяком идут. Выбирай — не хочу!

— Если бы еще и я хотела выбирать…

— А ты включи хотение. Заставь себя.

— Насильно?

— Хоть бы и насильно. Думаешь, такие, как Лев, на дороге валяются? У него, между прочим, в делах полный тип-топ. Серьезно задумайся. Потом жалеть станешь. Марлинский твой — темная лошадка, неизвестно, что выкинет. Да и далеко. А Лев — вот он. Рядом. Ждать не надо, гадать, мучиться. Руку протянула, и он твой!

— Синица в руках?

— А чем тебе синица не птица, если летает, гнездо имеет и корм добывает. Кстати, учти: гнездо у него вполне приличное. Двухкомнатное и в центре. Я у своего дурака выяснила. Представь, если твою и его квартиры продать, можно купить такие апартаменты… он тебя домой еще не приглашал?

— Пока нет, но ко мне в гости набивался.

— А ты?

— Сочла за лучшее подождать.

— Очень зря.

— По-моему, Дашка, ты сама себе противоречишь. Если я после первого же свидания его к себе позвала, он, несомненно, обрадовался бы, однако воспринял бы это совершенно однозначно. Как приглашение к более близким отношениям.

— Ирка, а нельзя было сказать проще: в койку? — хмыкнула Дарья.

— Ну я решила не оскорблять твоих чувств после моральной травмы, — не осталась в долгу та.

— Прекрати издеваться. Вообще-то ты права. Помаринуй Льва. Мужскому полу это полезно. Чем труднее добиться, тем выше ценят добычу. Кстати, о Марлинском с тех пор ни слуху ни духу?

— Как раз наоборот. Звонил.

— Ну да? И что?

— Ничего. Я в это время со Львом была.

— Несостыковочка, — посочувствовала Дарья. — Ну скажи на милость, какие же мужики уроды. То неделю молчок, а то в один день скопом на тебя сваливаются. Ты ему хоть перезвонила потом?

— Собиралась, но ты помешала.

— И она молчит! Давай звони, пока не поздно! А потом сразу мне. Иначе я не засну!