Сезон любви - Людмила Белякова

«Как-как?!» – мысленно поперхнулась Липа. – Он что, тоже… РДГ?! Ну, дела… Вот это да!»

Липа вернулась в кухню, поближе в дневному свету и прочла скучные тексты еще раз… Не содержит состава преступления… Как же, не содержит!.. Еще как содержит!.. Ладно… Главное – ее мужественный защитник на самом деле тоже РДГ! Гусляров… Здорово! Дрынь-дрынь!.. Песня!

Липе вдруг сделалось так хорошо и радостно, так весело! Почему? А по кочану! Просто очень хорошо… Ну, еще оттого, что Покойницкому сейчас сильно плохо – а кому ж хорошо, если на него уголовное дело за мошенничество открывают?!

Липа даже и не заметила, как оделась, вылетела на улицу, освещенную туманно-желтым солнцем, и помчалась, почти вприпрыжку, к торговому центру. В интернет-кафе, как обычно, сидели одни подростки и висел густой шум – бзюм-бзюм! – виртуального боя. Липа на веселой, упругой волне влетела в Интернет, оперативно раскидала статейку по до боли знакомым мыльным адресам, потом купила кое-чего на завтра и понеслась домой.

«А Р. Д. – это что? Как расшифровывается? Неужели тоже?… Может, да, а может, нет… Позвонить нешто, уточнить? А под каким предлогом?… Ладно, сам вызовет. Надо только немного подождать… РДГ-2 – так мы его назовем!»

Зайти к секретарю супермаркета и закатить там истерику с топанием ногами и гортанными криками Липа забыла. Да и вряд ли она в этом радужном состоянии была способна откатать эту программу на должном уровне.

На подходах к дому ее разноцветный раж слегка померк, перейдя в умиротворенное состояние, когда всех вокруг любишь, хотя бы понемногу, но каждого.

«Надо, что ли, уборку внеочередную закатить, легонькую… После этого – в прямом смысле – бардака. Посмотреть хоть, не оставили мне чего такого, мм, характерного мои «жилички»? Жаль девчонок… «Опять на трассу»… Хотя разве мне намного лучше, чем им?»

Осмотр комнат ничего не дал – все было как было, разве только некоторые предметы согнаны с привычных мест. Липа пропылесосила оскверненные продажной любовью диваны, воскурила во всех комнатах привезенные некогда из Иерусалима монастырские свечки и решила, что эта страница ее жизни перевернута – авантюра не удалась.

Но оказалось, это было не совсем так.

Около шести часов зазвонил городской телефон.

– Добрый вечер, – вежливо произнес интеллигентный женский голос. – Это по вашему объявлению.

– Ох, – выдохнула Липа, вроде бы поставившая жирный крест на своем начинании. – Да, слушаю вас.

– Вообще-то это я хотела послушать, что у вас за планы в отношении борьбы с кризисом на предоставляемой жилплощади, – с едва уловимой иронией продолжил голос.

– Простите, а вы кто по профессии? – решила все-таки продолжить общение Липа.

«Ну, не спрашивать же – дама, а вы не проститутка, часом? И не спросить нельзя…»

– Я по первому образованию технарь, Бауманский окончила, по второму – экономист, кандидат наук. Сейчас, как вы можете понять из контекста нашей беседы, безработная.

– А я журналист и копирайтер, – неожиданно для себя самой сказала Липа. – Тоже не слишком занята, если честно… Вот я и решила – найду подруг по несчастью, они переедут ко мне, свои квартиры сдадут на время, а на эти деньги, ну, от сдачи то есть, попробуем какое-то дело общее начать… Вот.

– А-а, – задумчиво протянул голос. – А ведь недурна идея-то.

Липе почудилось в нем некоторое уважение и одобрение.

– Вас как зовут, простите?

– Олимпиада, – сообщила Липа.

– Замечательно! А меня Людмила. Мне кажется, мы могли бы это обсудить. Вы как?

– Ну, давайте… Как придете, так и ладно.

Людмила, оказавшаяся интересной зрелой шатенкой в очках и с яркой помадой, появилась через час – жила она всего в паре кварталов от Липы.

– А почему вы просто не сдаете комнаты? – поинтересовалась Людмила, когда они пили чай. – Спокойно бы все кризисы пересидели.

– Вы понимаете, Люда, – Липа чуть спесиво улыбнулась, – во-первых, это слишком примитивно. – Людмила понимающе улыбнулась и кивнула. – Во-вторых, пустить молодую пару или студентов – тоже мне как-то не хочется. Я наблюдала такие ситуации, сама в них по молодости бывала. Устраивать здесь общежитие… – Липа поморщилась, – это нет. А коллектив единомышленников – в самый раз. Вы понимаете меня?

– А, да, да. – Людмила смотрела на Липу с явным уважением. – Хорошая идея. Мне как-то сразу глянулась.

Они еще поболтали о том о сем, пожаловались друг другу на начальников-сволочей, мужиков-придурков и хронически неустроенную российскую действительность. Только раздышались – хлоп! И опять кризис, а?

Гостья ушла от Липы почти в двенадцать. Они договорились, что Людмила начнет готовиться к сдаче своей однушки и попутно будет обдумывать, что бы им такое залудить наперекор кризису. За собой Людмила закрепила меньшую комнату, сказав, что ей по ее знаку – Тигра – западная сторона подходит больше.

Липа отходила ко сну счастливо улыбающейся – все-таки ее идея оказалась изначально продуктивной. Такая умная и шикарно образованная дама, как эта Людмила, не просто одобрила ее начинание, но даже как бы восхитилась Липиной предприимчивостью и нетривиальным подходом к ситуации.

«Что-нибудь мы да придумаем… С такой партнер шей-то! Главное – не сдаваться!»

О своем шептуне-календарике Липа вспомнила только назавтра, после позднего завтрака. Оракул обнаружился на видюшнике, теплый, сонный, даже чуть покрывшийся пылью.

– Ути, мой маленький! – Липа сделала ему льстиво-фамильярную «козу» и сдула пыль. – Ф-фу! И что ты нам с этой Людой посоветуешь, а? Нам бы экономически продуктивная идея ох как не помешала!

«Самая разумная часть человечества, даже женщины, снабжается в дисконтных магазинах, а одевается на сезонных распродажах, – чуть надменно сообщил календарь. – Кидаться голодным зверем на только что выпущенные гаджеты и одеваться по последней моде свойственно людям внутренне неуверенным и заведомо несамодостаточным – вне зависимости от пола, возраста, социального положения и материального достатка. «Престижные» вещи – это способ придать себе значимость, вернее, видимость значимости».

– Согласна на все сто, – сказала Липа, переворачивая страничку. – Билл Гейтс что в свое время сказал – а зачем мне дорогой костюм? Все и так знают, что я самый богатый в мире.

«Не стоит гоняться за последней моделью мобильного телефона или ноутбука. Фирмы-произ водители торопятся выбросить новинку на рынок, не доводят до ума программное обеспечение, поэтому «свежаки» часто глючат. Самый подходящий возраст модели – примерно полгода».

– Угу – это я запомню.

«То же касается модной одежды. Как-то царица гламура начала прошлого века Матильда Кшесинская сказала: «Женщина из общества следует за модой на некотором расстоянии».