Дорогой дневник - Тори Ру

Вот глупая баба.

— Такие вещи не продают. Их дарят! — Я от души подмигиваю ей, хватаю свой рюкзак и ухожу.

***

27 марта, понедельник, 23.00

«Дорогой дневник!

Не знаю, как проводят последние школьные каникулы нормальные НЕ одинокие люди, но они явно делают это как-то по-другому.

А я в миллионный раз пересчитала все трубы промзоны и звезды, видимые ночью из моего окна. Дала себе зарок неделю не заходить в “ВК”. И не притрагиваться к лезвиям.

Все воскресенье я просидела за столом в комнате: пыталась забыться и увлеченно рисовала.

Наверное, если бы я умела жалеть себя, я бы ревела и размазывала сопли по рукаву пижамы. Но проблема в том, что мне себя не жаль. Да и в окружении больше нет ни одного сопереживающего мне человека. Ну, кроме родителей.

Только их безусловное доверие удерживает меня от разных глупостей.

Думаю, папа с мамой очень озабочены моим поведением в выходные.

Сегодня я молча ходила за ними хвостом, исполняла любые просьбы, но на все вопросы отвечала односложно, а вечером и вовсе спряталась в комнате.

Тогда вошла мама и призналась, что в старших классах у нее тоже происходило отторжение реальности. Сказала, что в этом возрасте к жизни как раз и вырабатывается иммунитет, и она бывает очень жестока.

— Поверь, все через это проходят… — глубокомысленно изрекла она, видимо, припоминая свою бурную юность: путешествия на “собаках”, татуировки на бедрах и ухаживания моего отца, из-за которого она до сих пор не общается с бабкой и дедом. — Главное — не потерять себя. Ты еще найдешь хороших друзей и компанию по интересам. Встретишь любимого парня. Ты же у меня красавица…

Я чуть было не купилась и не поверила, что мама действительно интуитивно просекает мои проблемы, но продолжение ее фразы вызвало лишь горькую досаду и скрип зубов.

Она до сих пор видит во мне милого карапуза, “хорошую девочку”, никогда не доставлявшую хлопот, поэтому и боится приблизиться.

И я ответила, что ей лучше выйти и оставить меня в покое.

***

Впрочем, спустя пять минут я осознала ущербность своего поведения и в качестве извинения вызвалась сходить в магазин.

Кроме продуктов и бытовой химии из составленного мамой списка, я набрала тонну мороженого и сладостей — будет чем скрасить серые будни и заесть осточертевшую тоску.

А когда вернулась, застала маму с папой в весьма возбужденном состоянии. Отец громко матерился в трубку, но, как только заметил меня в прихожей, потерял голос.

Теперь его еще долго будет снедать чувство вины, ведь хорошие папы не матерятся при детях.

Родители сбивчиво пояснили, что заруб за квартиру почившего дядьки в самом разгаре, левые претенденты тянут к ней свои грязные лапы и уже подключили к разборкам адвокатов. Папе пришла повестка в суд. Словом, им снова нужно ехать в соседнюю область.

Мама пребывала в растрепанных чувствах: каникулярную неделю она планировала посвятить сериальчику, походам по магазинам и встрече с закадычной подружкой теть Леной, но вместо этого придется бросаться на амбразуру.

От бессмысленной суеты у меня едва не уехала крыша — строгие наказы перемежались бронированием билетов, утрамбовыванием вещей в чемоданы и шумными прощаниями.

Две минуты назад за родителями наконец захлопнулась дверь, а меня окатило ледяной водой осознания.

Мне нельзя оставаться одной. Я не знаю, чем обернется мое одиночество. Я боюсь, что больше не увижу отца и маму. Я могу не дотянуть до их возвращения…»

Выбираюсь на кухню, чтобы попить, но нервничаю до такой степени, что паника скручивает желудок, а руки дрожат.

— Кот, кот, иди ко мне! Марс! Кис-кис-кис… Котик… — Хватаю ленивого зверя, убегаю из тускло освещенной прихожей и с ногами взбираюсь на стул.

Из незашторенного окна зловеще пялится черная мартовская ночь с точками мерцающих огней.

Глава 20

28 марта, вторник

«Дорогой дневник!

Вчера я спаслась от паранойи чаем с мятой и десятью каплями валерьянки.

От такого убойного коктейля я спала как убитая ночью и провалялась в кровати до полудня. Однако, если бы не звук оповещения в телефоне, не вылезла бы из-под одеяла и до вечера.

В общем, я включила ноут, и “ВКонтакте” меня ждал сюрприз: заявка в друзья от пользователя Lадa Nameless.

Много ли ты знаешь Лад? Спорю, что ни одной. Вот и я тоже. Хотя — блин! Это же Лада, девушка Холодоса!

Я приняла заявку.

Конечно, мы не успели стать подругами, но она мне понравилась. А еще она — из компании Бага, и я с отчаянием утопающего ухватилась за возможность хоть что-то о нем узнать.

Но сейчас Лады нет в сети, и внезапная радость уступила место сомнениям — за ее инициативой точно не стоит Баг. Так зачем все это?»

Под вопли Марса шаркаю на кухню, насыпаю в миску корм, включаю кофеварку.

Закрываюсь в ванной и долго-долго стою под горячими струями, медленно соображая, чем займусь днем и какой фильм выберу к просмотру вечером.

Как только возвращаюсь с кружкой в комнату, телефон на столе коротко жужжит и подпрыгивает.

Прежде чем прочитать сообщение, отхлебываю кофе, благоразумно отставляю кружку и присаживаюсь на кровать.

Лада пишет, что нашла меня в друзьях Бага на его секретной странице. А еще она пишет, что сегодня в «Боксе» тот самый концерт-трибьют «Нирваны», к которому ребята готовились.

«В семь подгребай на Революционку», — кофе попадает не в то горло, и я разражаюсь диким кашлем.

«Я не смогу», — быстро набиваю в ответ и утираю проступившие на глазах слезы.

«Эльф, я не поняла, как это не сможешь? Мы же договорились. Отговорки не принимаются. Если не придешь, я найду тебя и притащу насильно! Поверь, я страшный человек!»

Когда это мы договорились?.. На миг подвисаю, шмыгаю носом и вдруг припоминаю жалобы девчонок на то, что Баг вечно тусуется один, и мое обещание не оставлять его без присмотра. Оказывается, было и такое…

Но из сегодняшнего дня тот пьяный вечер кажется бесконечно далеким, покрытым паутинами и пылью, а все его события навсегда утратили актуальность.

Я не хочу никуда идти. Я специально позволила апатии завладеть мной. Мне больно даже просто вспоминать о Баге — реально начинает болеть все тело. Что же произойдет, когда я снова его увижу?

Но у меня никогда не было друзей, а Лада и Яна так похожи