Измена. Я тебя (не) прощу - Нора Спаркс

Но ни одна клеточка в моем организме не дрогнула, ни одна.

Я попросила Аркадия сделать заказ и удалилась в дамскую комнату — потребовалось время, чтобы прийти в себя.

Я поправила косметику на лице — в зеркале я видела красивую молодую женщину. Стройную, утонченную. Как же со мной все это происходит? Бросил муж, я еще до официального развода и всего лишь через несколько дней сравниваю кто из мужчин лучше. Да, жизнь умеет удивлять.

Но что будет дальше? Я уже побаиваюсь таких крутых поворотов.

Почему-то показалось, что согласившись принять помощь Аркадия, и на этот поход в ресторан я потеряла Глеба. Ведь сейчас я могла быть с ним, у него дома. И даже адвоката Глеб мне рекомендовал проверенного, ведь он сам разводился.

Но я вспомнила про девочку и красивую женщину на фото у Глеба дома, про свои безуспешные попытки родить. Нет и нет. Глеб помог мне пережить шок от факта измены и на этом все.

И отправилась к Аркадию. Ему не нужны никакие дети. У него есть взрослая дочь, и он не один раз давал четко понять окружавшим его женщинам, что никаких детей он больше не хочет.

А это для меня важно — еще одного марафона с походами по репродуктологам, анализы, ожидания результатов тестов и вся эта безнадежность мне абсолютно не нужны. Как будто что-то перегорело внутри меня, ведь еще несколько дней назад мечта о малыше была моей самой сокровенной.

Пусть все это остается позади — несбыточные мечты, несбывшиеся планы, чувства, эмоции.

Только расчет и польза. И холодная голова.

К Аркадию вернулась уже не та Настя, которая хотела счастливой семьи с малышом. И не та Настя, которая почти потеряла голову от Глеба.

Теперь я буду расчетливой и с холодной головой. Я смогу защитить себя и свои интересы. Никто больше не проникнет ни ко мне в сердце, ни в мою душу. Никаких легкомысленных поступков и увлечений больше не будет.

* * *

Открываю дверь, втаскиваю вещи, сажусь около двери чтобы наконец-то снять обувь — я очень устала.

Затаскиваю вещи в спальню — ну вот, а я уже практически попрощалась с квартирой. Все завтра — сейчас душ и спать.

Пользуясь тем, что одна скидываю с себя одежду и оставляю на кровати. Иду сразу ванную.

Быстро принимаю душ. Наконец-то отдохну. Столько событий за последние дни, сил нет ни на что.

В спальне находится неприятно — больно. Эти воспоминания когда-нибудь получиться выкинуть из головы? Каждая мелочь, каждая деталь поднимает волну разных моментов, связанных со Стасом и сразу душа на разрыв.

Скидываю халат и собираюсь одеть уютную пижаму. Но ее буквально из-под рук кто-то выхватывает. Я вздрогнула и напугана, оборачиваюсь — Стас! Откуда он взялся, когда вошел?

Он нагло окидывает меня взглядом, мою пижаму отшвыривает на пол. И двигается ко мне. Меня передергивает от мысли, что он сейчас прикоснется ко мне, противен его взгляд на меня.

Внутри поднимается паника. Я не могу делать вид, что ничего не произошло, и позволить трогать меня. Настолько противно. Говорить о разводе прямо сейчас? Мне надо собраться с мыслями, да хотя бы одеться. Очень некомфортно быть в таком беззащитном состоянии перед Стасом.

Да, кажется приехать домой была не очень хорошая идея. Аркадий был прав, он ведь предупредил меня что Стас может быть опасен не просто так. Почему я не послушала ни его, ни Глеба. Оба советовали мне держаться подальше от Стаса.

Выхода нет. Придется действовать прямо сейчас. Стас снимает пиджак, бросает небрежно его на кровать.

И направляется ко мне. Обнимает и прижимает к себе. Теперь мне неприятен его запах, его близость, его прикосновения. Он возбужден.

— Я подаю на развод! — отталкиваю его и выкрикиваю с отчаяньем.

Лицо Стаса мгновенно становится злым и агрессивным. И он снова приближается ко мне, расстегивая брюки.

— Что это вдруг? А как же секс по расписанию? Или сегодня не те дни? А как же ребеночка делать, а? Какой еще развод! Ты моя жена и останешься пока я не захочу. — жестко чеканит муж. В его взгляде только злость.

— Это я буду решать! Ты меня предал! — внутри боль и отчаяние, пытаюсь отбиваться, вырваться из захвата. Мне трудно даются слова, кажется я говорю все тише — перехватывает горло от волнения. Стас пугает агрессией.

Муж резко хватает меня за запястья и заводит мои руки за спину. Противоречивые чувства разрывают изнутри — еще недавно любимый муж превратился в грубого и жесткого, он делает мне больно. Я пытаюсь освободиться, но силы не равны, муж даже не пошевелился.

— Настя, ты вообще ничего решать не будешь. Пока я не разрешу, отсюда не выйдешь. — с раздражением швыряет меня на кровать. Снимает брюки. И это чудовище я любила?

Медленно расстегивает рубашку. Все это время он не сводит с меня пренебрежительного взгляда. А ведь раньше этот взгляд волновал меня, действовал гипнотически!

Перемещаюсь к краю кровати. Что он хочет? Взять меня силой?

— Боишься? Правильно! — подходит ко мне, нависает, хватает меня за шею сзади. Закусываю губу, выдерживаю его взгляд.

— Включила гордую и независимую. Знай свое место, Настя!

Меня бьет мелкая дрожь, перебираю варианты, как вырваться отсюда. Не могу вспомнить, где мой телефон. Я даже позвонить не могу и позвать на помощь. Что же делать?

Глава 26. Помогите!

Я смотрела прямо в глаза мужу, еще совсем недавно любимому и родному. Он навис надо мной и я ощущала себя слабой и беззащитной не только физически. Моя душа не имела защиты. Не была защищена от боли, которую прямо сейчас причиняет человек, которому я всецело доверяла. И любила искренне.

Было трудно принять эту пренебрежительную ухмылку по отношению ко мне, эти прищуренные злые глаза. Никогда не думала, что все это может предназначаться мне. Лбимой, хорошей и правильной жене.

Где-то очень глубоко я была уверена, что Стас не причинит мне ничего плохого. А уж такое открытое пренебрежение, насмешки, угрозы просто за гранью моего понимания. Происходящее казалось нереальным!

Но мне надо было защищаться.

— Сделаешь шаг — буду кричать! — глупо наверное, но я сказала первое что пришло в голову. Стас недобро усмехнулся и медленно двинулся в мою сторону.

— Помогите! Помогите! На помощь! — я закричала. Нет, я завопила — у самой уши заложило. Стас со злостью дал мне ладонью по лицу. Да с такой силой, что появился звон в ушах