Две мелодии сердца. Путеводитель влюблённого пессимиста - Дженнифер Хартманн

Люси и Эмма выгравированы на моей коже.

Мои девочки.

Фруктовый напиток Люси покачивается в ее руке, пока она пристально смотрит на меня. В какой-то момент она наклоняется, чтобы сделать глоток, но промахивается и вместо соломинки обхватывает губами бумажный зонтик.

Я прикусываю губу, чтобы сдержать улыбку.

– Каково на вкус?

– Извини, – смеется она, и от этого ее нос морщится. – Ром овладел мной.

Как и она мной.

Я чувствую это по тому, как ее бедра прижимаются к моим, словно магнит.

Нэш решает, что ему мало места в помещении, поэтому обходит меня, оказываясь в нашем пространстве. Прочищая горло, он делает глоток своего персикового пива и переводит взгляд то на меня, то на нее.

– Итак, Люс, ты правда думаешь, что сможешь в ближайшее время начать работать барменом?

Люс.

Что за херня?

Люси обнимает меня за талию, а затем, когда наконец находит соломинку, поворачивается к Нэшу.

– Вероятней всего, – решает она, сделав большой глоток. – Врач рекомендовал мне три месяца не выходить на работу, но я немного схожу с ума от безделья. Мне нужно как-то скоротать время.

– Возвращайся в магазин, – выпаливаю я.

От такого заявления она едва ли не давится коктейлем.

– Что?

– Давно хотел об этом заговорить. – Я пожимаю плечами, а затем перевожу взгляд на Нэша, который старательно сохраняет свою приятную улыбку. – Ребята скучают по тебе, и нам не помешало бы поднять боевой дух.

Потому что в последнее время я вел себя как жалкий ублюдок.

Прижимаясь ко мне, Люси вертит стакан в пальцах и убирает руку, чтобы поиграть с соломинкой. Она выглядит так, будто раздумывает, что сказать.

Она выглядит так, будто на самом деле не знает, что сказать.

У меня внутри все переворачивается от мысли, что, возможно, она вообще не хочет возвращаться. Возможно, я слишком самонадеян.

Я смотрю на нее в ожидании.

– Я… я не знаю, Кэл, – произносит она, и на ее губах появляется извиняющаяся улыбка. – Я обещала Нэшу, что помогу ему в баре.

– Ты не можешь делать и то, и другое?

Она моргает.

– Возможно. Может, я смогу совмещать две работы. Мне нужно подумать об этом.

Нэш скрещивает руки на груди и с самодовольным видом делает глоток пива.

На самом деле он не выглядит таким уж самодовольным, но от его притворства я испытываю еще большее желание ударить его по лицу.

По правде говоря, он, скорее всего, порядочный парень. Судя по тому, что я видел, так оно и есть. Однако меня убивает мысль, что есть кто-то лучше для Люси; кто-то, кто был бы добр к ней и относился бы к ней хорошо.

Кто-то более достойный, чем я.

Я шмыгаю носом.

– Ладно. – Убирая руку с ее талии и роясь в карманах в поисках бумажника, я поворачиваюсь лицом к бару. Я не собирался пить сегодня вечером, но черт с ним.

Я заказываю выпивку, потому что альтернатива оставаться трезвым намного хуже.

Затем заказываю еще.

Глава 11

Люси

Большинство гостей заканчивают праздничный вечер около девяти. Каждый из них заключает меня в объятия, осыпая щеки поцелуями, и только после этого покидает бар. Мама задерживается, чтобы подольше побыть со мной, но в итоге крепко обнимает меня и обхватывает мое лицо ладонями так сильно, что ее кольца впиваются мне в подбородок.

Ее глаза затуманиваются, когда она смотрит на меня.

– Ты даже не представляешь, как я была рада видеть твою улыбку, милая, – говорит она, касаясь губами моего лба. – Тебя подвезти домой?

Надо признать, я пью уже третий бокал, и воздействие алкоголя оказалось очень сильным. Тропические бумажные зонтики, такие же, как и те, что в детстве украшали виски от Ширли, напомнили мне о том времени, поэтому теперь я чувствую себя намного веселее.

– Нет. Меня подвезет Алисса, – уверяю я ее. Это точно последний коктейль за вечер, потому что у меня нет ни малейшего желания переступать зыбкую грань, которая отделяет приятный экстаз от того, чтобы, повиснув на унитазе в баре, молить о пощаде, а потом о «Уайт Касле».

Проводив маму прощальными объятиями, которые пахнут воспоминаниями из детства – детской присыпкой и мускусом орхидеи, – я поворачиваюсь и возвращаюсь к маленькому столику, за которым все еще сидят гости. Бар вновь открылся для публики несколько минут назад и сейчас заполнен шумной толпой студентов, поэтому Нэш предлагает перенести празднование дальше по кварталу в караоке-бар под названием «Синг».

Ике и Кенни решают уйти, оставляя позади меня, Нэша, Данте и Алиссу, бегущих по заснеженному тротуару, а также Кэла, ворчащего сквозь облако сигаретного дыма.

Я замедляю шаг, боком подхожу к нему и прячу руки в карманах пальто. Как только я оказываюсь рядом с ним, он бросает сигарету на цемент и давит ее ботинком. Игривая улыбка появляется на моих губах, когда я поднимаю на него взгляд.

– Ты выглядишь очень взволнованным перед караоке, – поддразниваю я, заметив, как он хмурится. – Что нужно сделать, чтобы вытащить тебя на сцену?

Мускул на его щеке напрягается, когда он понижает голос:

– Что ты предлагаешь?

В его тоне слышится сексуальный подтекст, или, быть может, алкоголь просто взял верх над моей фантазией. И все же я краснею и опускаю голову, когда мы следуем за группой.

– Ты все еще не против поговорить позже?

Я спрашиваю только потому, что он не переставая пил в течение последнего часа и я беспокоюсь, что его голова будет недостаточно ясной.

– Мы можем поговорить сейчас, – возражает он.

Кэл поправляет на голове шапочку цвета какао, натягивая ее на уши. Непослушные пряди волос выбиваются из-под нее, смягчая мрачное выражение его лица.

– Позже, – бормочу я.

– Уже позже. – Его руки сами находят карманы кожаного пальто, когда он бросает взгляд в мою сторону. – Или ты хотела подождать, пока мы останемся наедине? Потому что это звучит опасно, учитывая тему, которую ты имеешь в виду.

Мои щеки вспыхивают еще сильнее. Он не ошибается: это было бы опасно, если бы я не планировала убедить его разрушить свои стены и открыть мне свое сердце, навсегда оставив страх позади. Секс, и только секс, был бы опасен. Я не уверена, что переживу этот момент, если Кэл никогда не будет принадлежать мне по-настоящему.

– Я бы хотела подождать, пока мы не останемся наедине, если ты не против, – выдавливаю я, не отрывая взгляда от экрана. Я чувствую, как он смотрит на меня, разбирая мои мысли по кусочкам и пытаясь сложить их