Еще один шанс на любовь - Кэтрин Болфинч

Руби потянулась за сумочкой, но Алекс ее опередил, сунув в книжку счета несколько купюр. Батлер недоуменно воззрилась на него в ожидании объяснений.

— Ни одна женщина со мной на ужине не доставала кошелек, Руби, — язвительно произнес Алекс, наблюдая за тем, как ее лицо заливается краской.

— Если ты хотел похвастаться, то выбрал не того слушателя, — ухмыльнулась в ответ Руби, протягивая руку через стол и засовывая в нагрудный карман Алекса деньги. — Я не буду входить в число этих женщин, Ал.

Злой отблеск мелькнул в зеленых глазах, когда она похлопала по карману, нагло смотря в холодные голубые глаза Кинга. Мгновенно уголок губ Алекса пополз вверх, а рука крепко сжала запястье девушки. Девушка дернулась, пытаясь освободиться из его хватки.

— Ты кое-что перепутала, кнопка, я не стриптизер.

— Да? Извини, видимо выпила лишнего, — невинно хлопая ресницами, произнесла Руби, а затем освободив руку из его хватки, отпила из бокала. — Можем идти?

Нет слов. Лишь пораженно вывернутые наружу души.

— Хочешь сделать мне еще больнее? — тихо произнесла девушка, когда на смену всем эмоциям пришло равнодушие, когда слез просто не осталось. Кинг отрицательно качнул головой перед тем, как запустить пальцы в волосы девушки, притягивая к себе. Еще один поцелуй. На грани безумия и страсти. От отчаяния до сумасшествия один шаг. И этот шаг они только что сделали. Руби плавилась в его руках, подаваясь навстречу, прижимаясь ближе. Теперь это его игра. И он одерживал победу.

Сердце бешено стучало, когда они отрывались друг от друга, недоуменные взгляды скользили по чертам лиц. Это сильнее чувств. Это сильнее их. Это сильнее всего. Как люди выпрыгивали в окна, так и Руби падала в его теплые объятья, вспоминая все, что между ними и стирая все эти годы.

Удивительно, но оба взяли себя в руки, выдергивая сознание из пучины прошлого. Иронично, но прошлое — единственное, что у них остается. Единственное, что у них всегда было.

Девушка подошла к небольшому столику, на котором стояли хрустальные графины и стаканы в таком же стиле, откупорила одну из бутылок, разлила янтарную жидкость в два бокала. Один отдала Алексу.

Спешно перевела взгляд, боясь смотреть на него. Ведь знала, что один только взгляд голубых глаз и она нырнет в этот омут с головой. Бросит всё и отправится за ним куда угодно. А так нельзя.

А в голове лишь один вопрос — почему?

И такой же спешный ответ — ответственность.

Руби устремила зеленые глаза в большое панорамное окно, рассматривая огни ночного города. Где-то вдалеке раздавалась сирена, напоминая о том, что Нью-Йорк никогда не спит. Словно вечные друзья они шли рука об руку — этот город и воющий звук. И мало кто понимал, что где-то там сейчас, вероятно, умирает душа.

Она пыталась настроить себя на нужную волну, но руки тряслись, ком стоял в горле, а в глазах то и дело собирались слезы, которые она тщетно давила. Сейчас ей придется сказать то, что она репетировала в мыслях целый день. Руби должна это сделать. Иначе нельзя.

— Ты хоть раз пожалел о своем решении? — тяжелую тишину комнаты разрезал пустой голос девушки. Именно пустой. Не хранящий в себе ничего, ни скрытого смысла, ни любопытства, ни укора. Ничего.

Не уточнила, о каком решении говорит. Но он все понял. Понял практически без слов.

Кривая усмешка озарила лицо парня перед тем, как он ответил.

— Да. И много раз. — Руби усмехнулась. Иронично. Понимал ее. Буквально чувствовал тоже самое. Но, как и она, ничего не предпринимал. Может, они вовсе не заслуживали свой шанс на счастье?

— Ты знаешь, мою позицию.

— Знаю.

— Почему ты здесь?

— Надеюсь, что ты передумаешь.

— Не передумаю.

Короткий обмен репликами. И снова тишина. Каждый в своих мыслях. Расставаться, когда все плохо, больно. Прощаться, когда все хорошо, еще больнее. Это словно адский огонь, выжигающий все внутри. Но они взрослые люди и принимали выбор друг друга, чего бы им это ни стоило. Ведь, как говорят, если любишь — отпусти? А правда ли?

— Прошу, Алекс, не мучай меня, — он залпом опрокинул в себя содержимое бокала. Немного поморщился, то ли от ее просьбы, то ли от обжигающей жидкости. Голос Руби срывался, словно еще секунда и боль захватит ее с головой, опрокидывая в мир груды слез. Горячих. Обжигающих. Болезненных слез.

— Почему, Руби?

Девушка тихо сглотнула непрошеные слезы, коротко выдохнула.

— Я не могу, Алекс. Я просто все потеряю.

— А сейчас ты ничего не теряешь? — Кинг язвительно поднял бровь, ядовитая ухмылка нарисовалась на его губах. Руби не видела, но чувствовала.

— Ты знаешь, что я не приемлю отношения на расстоянии, — девушка гневно обернулась. В зеленых глазах полыхнула ярость. Точнее боль, которую она пыталась заглушить злостью. На себя. На него. На мир. — Почему ты не можешь понять меня?

— О! Я-то как раз прекрасно тебя понимаю, — нарочито спокойно произнес Алекс, ставя бокал на стол с громким стуком. Девушка вздрогнула от резкого звука, вмиг успокаиваясь. Обессиленно упала в кресло, прикрыв глаза ладонью. Это казалось сильнее ее, сильнее него. Это было сильнее мира, который рушился на глазах, закапывая под обломками их двоих.

— Извини, я знаю, — прошептала девушка, поднимая взгляд на Алекса. На этот раз голубые глаза отдавали холодом. Таким, от которого у нее буквально замерзли легкие. Стало трудно дышать, но Руби не отвела взгляд. Упрямо смотрела на него, пытаясь разглядеть хоть что-то. Во взгляде лишь решимость. А в душе лишь мольба. Останься. Не уходи.

Но все мимо. Алекс кивнул головой, хмуро улыбнулся. Руби вымученно улыбнулась в ответ, пытаясь не думать о том, что его безразличный взгляд вырвал душу. Молчаливый диалог, означающий, что все закончилось.

Александр скрылся в темноте коридора. Хлопнула входная дверь. Затем из коридора явилась Ева, пораженно смотря на начальницу, которая уже плавно соскользнула с кресла, заливаясь бесшумными слезами. Ева бросилась к девушке, с усилием поднимая ее на диван. Наполнила бокал виски, всунула в руки Батлер, прижав голову к себе. Слова не нужны. Нужна поддержка.

Где-то на задворках сознания Батлер хлопнула входная дверь, запуская новый цикл бесконечных слез.

В конце концов, у них всегда остается только прошлое.

ЧАСТЬ 2. Работа, сложности, чувства

Глава 10

Ярко-алые губы. Высокая шпилька чёрных туфель. Рыжие волосы аккуратно уложены волнами. Черная юбка элегантно подчеркивала каждый изгиб тела девушки, а вырез белой шелковой блузки открывал красивый вид на грудь. Последний штрих —