...Или будет? - Ульяна Муратова

Взгляд зацепился за левую руку. На ней сияла ярким белым светом метка. Рассеивала серую мглу. Я невольно подумал об Ане, и туман словно стал чуть реже, приоткрывая размытые очертания чего-то впереди. Я кинулся туда, но вдруг упёрся в чью-то зловещую фигуру.

И поймал взгляд.

Чувство опасности опьянило, сердце бешено застучало, я готов был ринуться в бой.

Передо мной стоял кто-то смутно знакомый, но черты лица ускользали. Только глаза. Свинцово-серые, как и туман вокруг. Я видел их раньше! Но кому они принадлежат? Болезненное желание вспомнить взорвалось в голове вспышкой, и я проснулся, яростно хватая воздух ртом.

Весь покрытый липким потом, я резко сел на кровати, а затем вскочил, готовый отразить нападение. Но комната была равнодушно пуста и темна.

Святая Ама Истас, кто это? Кому принадлежит этот знакомый взгляд?

Я отчётливо осознал, что как только пойму, чьи это глаза, сразу же вспомню всё. Всё!

Уснуть повторно так и не удалось. Я отчаянно вспоминал всех знакомых мужчин и никак не мог уцепить ускользающую из рук ниточку догадки. Не помогало и то, что я обычно мало внимания обращал на цвет глаз. У Ани они голубые. У Эртаниса — карие. А у других?

Пришлось принять душ, поесть и выпить несколько чашек крепкого бодрящего отвара, чтобы успокоиться. В любом случае разгадка стала куда ближе. Внутри проснулся злой азарт, и я вышел из квартиры, решительно вглядываясь в лица и запоминая цвет глаз.

Утро выдалось несколько суетным, я получил документы и планы строительства от Эртаниса, связался с руководством стекольного завода, чтобы договориться о новых поставках, и, наконец, отправился на аудиенцию к королю.

Зал, где принимали просящих (да, именно так, не посетителей, а просящих, Ферралис любил подчёркивать разницу) представлял собой просторное овальное помещение с большим количеством окон, отделанных небьющимся стеклом. На постаменте из кианского мрамора возвышался трон, рядом стояли столы, за которыми трудились секретари, делающие записи и подающие нужные дела. А в середине зала был установлен столб, к которому привязывали приговорённых к наказанию плетьми. Да, наш новый король не чурался физических наказаний и даже получал от подобных зрелищ удовольствие.

Надо ли говорить, что монарха Старшие семьи презирали, но ещё одну междоусобицу Аларан позволить себе просто не мог, поэтому все терпели.

— Блага вашему роду, лей Иртовильдарен, — первым поздоровался король.

Я всмотрелся в зеленовато-карие глаза монарха.

Нет, к счастью, не он.

— Блага вашему роду, релей Ферралис Первый, — склонил я голову перед ним.

— Вы предоставили доказательства того, что представители короны потребовали взятку, чтобы организовать продажу земель.

— Да, релей Ферралис. Кусок земли, который я хочу купить, каменист и неплодороден, но мне он нужен, чтобы обеспечить должную защиту долины от опасных ящеров.

Очевидно, что кусок земли мне нужен не для этого, просто хочется владеть долиной целиком, пусть и на паях с Эртанисом.

— Отчего же неплодороден, тут написано, что это земля второго класса, — листал король папку с документами по моему прошению.

— Лично я бы присвоил ей четвёртый класс, но согласен купить и по цене третьего. Кроме меня, вряд ли кто позарится на тонкую безжизненную полоску в предгорье.

— Что ж. Если вы согласны купить эту землю по указанному в документах классу, то король не видит препятствий.

— Согласен, — ответил я после секундного размышления.

Я бы даже и по более высокой цене её купил, всё равно на юге цены на землю пока оставались бросовыми по сравнению с ценами вокруг столицы. Да и выходило сильно дешевле, чем платить взятку.

— В таком случае в Земельном Приказе оплатите все необходимые пошлины и вступайте во владение. Надеюсь, что вы запомните, насколько добр был к вам король, — искривил губы Ферралис.

— Безусловно. Желаю вам здравия и долголетия, а сейчас разрешите откланяться.

— Свободны, лей Иртовильдарен.

Я покинул тронный зал с облегчением. Не выношу молодого короля, есть за ним какой-то неуловимый гадкий душок, от которого быстро становится тошно.

Воодушевлённый, я шёл по дворцу, когда мне навстречу попался Асенис, единственный из королевских дознавателей, которому я доверял и недавно передал «клещей». Он осторожно оглянулся и жестом поманил за собой в альков с неприметной дверью. Войдя в комнату, полную каких-то тканевых рулонов, он прикрыл за собой дверь и тихо заговорил:

— Блага, Алекс. Твои «клещи» были активированы вчера в районе полудня.

— Блага, Асен. Что ж, могу только порадоваться тому, что они в этот момент находились у тебя в банке, а не у меня в голове.

— Знаешь, есть две странности. Первая: активация была артефакторная. Это говорит о том, что твой несостоявшийся убийца очень осторожен. И второе: когда я подал отчёт королю, Ферралис запретил передавать эти данные тебе, хотя ты имеешь право знать, что кто-то совершил на тебя покушение. И мне стало любопытно, Алекс. Очень любопытно.

Светло-карие глаза друга горели азартом охоты, все прекрасно знали этот взгляд ищейки, напавшей на след. Дознаватель разве что не пританцовывал, переступая с ноги на ногу.

— То есть активировавший не оставил никакого следа?

— Абсолютно никакого! А ведь активировать «клещей» мысленной командой было бы куда проще, чем артефактом. Скажи, что-то необычное произошло в последние дни? — пытливо уставился он на меня.

— Даже не знаю, — нахмурился я, глядя в обеспокоенное лицо друга. — Был у Ферралиса, решал рабочие дела, занимался поиском преподавателей для детей. Поссорился с Ксендрой, аннулировал её доверенность, вскрыл кое-какие махинации у меня за спиной. А вчера утром с ней расстался. Она могла активировать «клещей»?

— Ксендра? Не думаю, что она настолько осторожна, тем более что «клещам» уже много лет, да и доступ к ним всегда был только у Старших Семей, а Ситочи к ним никогда не принадлежали. Кроме того, вы с ней то и дело расстаётесь.

— На этот раз окончательно. Вчера утром я закончил наши отношения и ненадолго лишил её магии, чтобы сильно не рыпалась.

Асен выгнул бровь и загорелся интересом.

— То есть осторожность может быть и совпадением… Что если она активировала «клещей» с помощью артефакта, потому что не могла пользоваться магией? Вот только какой смысл Ферралису её покрывать? Они даже не знакомы.

— Возможно, у него другой мотив. Или же это просто совпадение, и она ни при чём.

— Ты