...Или будет? - Ульяна Муратова

Зайтан Талий сиял, как начищенный до блеска медальон отличника торговли. Его нарядная по случаю аукциона жена сидела рядом, молчаливая и улыбчивая. Полная противоположность мужу — бледненькая, тихая, худенькая и незаметная.

— Думаю, нам стоит возвращаться домой. Вечер был длинным, а завтра нужно начинать подготовку заново, — проговорил Тарнис и подождал, пока я поднимусь с места, чтобы предложить руку.

— Мальчики, нам пора, — позвала я.

Немного разочарованные мальчишки вышли следом, но повеселели после обещания вернуться в мастерскую завтра на целый день.

Мы загрузились в ожидавший нас наёмный экипаж и направились в сторону дома лея Корсачена. После ужина и оживлённого обсуждения произошедшего с домочадцами, мы с Тарнисом остались вдвоём.

— Тарн, мне нужно подобрать учителей для мальчишек. Не дело, что они неприкаянными носятся вокруг.

— Что же, дети познают мир через игру, поэтому иной раз важнее дать им поиграть в войнушку, чем заставлять зубрить основы военной тактики. Но я уже озаботился этим моментом и пригласил на завтра нескольких преподавателей на собеседование. Они все согласны на переезд, поэтому будут сопровождать мальчиков, даже если у Иртовильдарена старшего вы не уживётесь, — Тарнис заварил уже привычный травяной сбор, и по столовой поплыл его терпкий хвойно-медовый аромат.

Этот запах стал прочно ассоциироваться у меня с частным дознавателем. У него даже одежда им пропахла.

— Спасибо. Есть ли информация о Ксендре?

— Есть. Она проводит время у своего любовника, очевидно, что с Алексом они разругались. Мои источники сообщили, что дело может быть в средствах, которые она снимала с его счетов во время его отсутствия.

— Вполне достойная партия для него, я считаю, — не удержалась я от злорадного комментария.

— Не скажи. Если честно, я так и не понимаю, что их связывает с Ксендрой. Я бы заподозрил внушение, но его проверяли специалисты.

— Она очень красива, — пожала я плечами и сделала маленький глоток сладкого свежевыжатого ягодного сока. — Мужчины любят глазами.

— Мужчины любят всем тем же, чем и женщины. Есть зайтаны более прекрасные, чем Ксендра, но к ним Алекс равнодушен. Он вообще всегда был равнодушен ко всем, кроме неё. И тебя, судя по твоему рассказу.

— Тарнис, не начинай. Ты видишь этот цвет? И я вижу, — я показала на серый контур на метке.

— Насчёт метки новостей пока нет. Мои люди собирают информацию во всех библиотеках мира, но пока ничего. Ни одного намёка или даже мифа о возможности снятия метки.

— Не очень обнадёживает, — тяжело вздохнула я.

— Мы только начали, иногда нужная информация попадается спустя месяцы поиска и по совсем иному поводу. Теперь мои сборщики информации будут обращать внимание на все сведения, которые связаны с метками, брачными ритуалами и Обрядами Единения, даже когда ищут что-то другое.

— Спасибо, Тарнис. Я хотела поговорить о твоём гонораре. Получается, что я могу себе позволить платить в полном объёме. Кроме того, я переживаю о том, что получится, если Алекс узнает о твоей роли в этой истории. Я не хочу разрушать вашу дружбу.

— И в этом вся Аня, — рассмеялся он. — Не переживай, я же не покушаюсь на тебя, как на женщину, а всего лишь защищаю от Ксендры. И что-то мне подсказывает, что тут мы с Алексом действуем в одном ключе.

— Перестань, мы это уже проходили. Я знаю, что видела и слышала. Он планирует от меня избавиться! — сердито возразила я.

— Что же, пока что этому нет никаких свидетельств, кроме одного разговора, произошедшего при неясных нам обстоятельствах.

— Тарнис, чего ты добиваешься? — тяжело вздохнула я.

— Того, чтобы ты не делала поспешных выводов. Иногда выжидательная позиция самая верная, и стоит выслушать все стороны, прежде чем принимать решение.

— Решение приняла не я. Если даже отбросить этот разговор, то всё равно его мотивы понятны.

— Не скажи. Всё не так просто. Но ты права, до получения новых данных нет смысла возвращаться к старой теме.

— Ты понимаешь, это такое странное ощущение, одновременно хочется говорить-говорить-говорить о муже и в то же время забыть и никогда не упоминать. Меня бросает из стороны в сторону.

— Думаю, это нормально. Знаешь, я восхищён твоей выдержкой. Другая на твоём месте рыдала бы, наматывая сопли на косу, а ты держишься, планируешь будущее, устраиваешь аукцион и заботишься о детях.

— Я делаю это исключительно из эгоистических соображений. Мне кажется, иначе я сойду с ума, — невесело хмыкнула я.

— Даже если так. Я видел многих людей в разных ситуациях, и точно говорю, что твоё самообладание достойно похвалы.

— Спасибо, — тепло улыбнулась я ему. — Знаешь, у нас в мире есть такие смешные картинки. И вот на одной из них нарисована сидящая в горящем доме собака, это такое животное из нашего мира. Животное-компаньон. Так вот, дом горит, а собака сидит, улыбается и говорит: «Всё хорошо!». Хотя любому понятно, что дело дрянь, всё же в огне. Вот и я также, встаю с утра и говорю себе: «Всё хорошо!», а на самом деле всё катится к чертям.

— Даже не знаю, что меня больше забавляет: что животные в вашем мире живут в домах, что они разговаривают, или что ты пытаешься мне таким образом что-то объяснить.

— Собаки не разговаривают, — окончательно запутала его я.

— А кто такие черти и почему к ним что-то катится?

Пришлось объяснять. И про чертей, и про собак, и про остальные особенности нашего мира. А ту картинку я даже попыталась нарисовать, но вышло ещё хуже, над моими попытками Тарнис сначала вежливо посмеивался, потом хохотал, уже не сдерживаясь. Но зато от мыслей об Алексе я действительно отвлеклась.

Следующее утро наступило ближе к полудню. Мне снилась Олеська, устраивающая разнос на вчерашнем аукционе и гоняющая зайтана Талия по всему помещению метлой из молодого папоротника, тогда как воспитанные динозавры, пришедшие делать ставки, лишь укоризненно смотрели на происходящее.

К обеду приехал Тарнис с новостями: наш аукцион произвёл фурор, и на следующий приглашение попросил сам король. Я совершенно растерялась, не зная, хорошо это или плохо. Частный дознаватель от такого тоже был не в восторге: с одной стороны, весело прятаться у всех на виду, с другой — игра вышла на новый уровень.

— Зато денег выручишь за свои украшения порядочно.

— А что если, наоборот, никто не захочет перечить королю?

— Не факт, что он вообще будет участвовать в торгах, возможно, просто полюбопытствует.

— Думаю, лучше, если торги проведёт зайтан Талий или его старший сын.

— Не говори