Мы не твои. Том2 - Элен Блио

- Ты опять о чем-то важном задумалась, тебе скучно со мной? Ты устала?

Слава все время спрашивает меня о самочувствии, заботится обо мне.

Я уже пять дней живу у Киры, и, кажется, совсем не хочу уезжать от них!

Мне там хорошо. Я чувствую себя как дома.

И в свой родной дом возвращаться я совсем не спешу.

Правда, тётушке все-таки пришлось позвонить. Напомнить, что квартира моя, и что я туда хочу переехать. Пока. Пока не вернусь в Москву. Тогда я буду квартиру сдавать. Сама. И помощь тети мне совсем не нужна. И сдавать квартиру ее дочери я не готова! Прекрасно понимаю, что в этом случае ни копейки я не увижу, тётка под любым предлогом будет стараться не платить.

- Надь?

- Прости, Слав, задумалась… не сильно ли я у вас загостилась?

- Смеешься? – он сам улыбается, но я вижу, что глаза серьезны. – Хочешь уехать? На самом деле?

- Просто… у меня же есть квартира? Я могу сама… Стесняю вас.

- Я… я тебя чем-то обидел, Воробушек?

Хмурюсь. Не обидел, наоборот.

Сложно рядом с ним. Потому что он такой… положительный. Весь состоит из достоинств. А я…

- Прости, Надь, я…

- Это ты меня прости. Пожалуйста… не называй меня Воробушком, ладно? И… пойми. Мне…- закусываю губу, не знаю, что сказать, как сказать! Почему-то в жизни все вдруг стало очень и очень сложно.

- Тебе нужно время. Я понимаю. Это с одной стороны правильно, Надь. А с другой…

- Что с другой?

- Может, наоборот? Правильней сделать иначе?

- Как?

Смотрю на него не понимая. А он… Он внезапно резко прижимает меня к себе и целует. Крепко, но нежно.

И… это приятно, да. Но… только приятно. И все.

Когда меня целовал Илик я… я задыхалась от счастья.

Стою спокойно, не пытаясь оттолкнуть Славу, даже стараюсь отвечать. Но…

Он отстраняется. Смотрит внимательно.

- Сильно тебя зацепило, да?

- Что? – на самом деле я понимаю, о чем он.

- Твой горец.

- Да. Сильно. Прости.

- И ты меня прости. Я… Я, наверное, просто не знаю, как это бывает, когда вот так. Хотя… сейчас мне кажется, начинаю догадываться.

- Начинаешь?

- Да. Больно в груди. Когда вижу, что ты там, не со мной. Витаешь в облаках.

- Прости, пожалуйста, я…

- Это ты прости, - перебивает, берет за руку, подносит ладонь к губам. – прости, что я такой дурак. Я реально пытаюсь помочь, и… не соображаю, что творю. Ты… ты мне очень нравишься, Надя. Я очень хочу, чтобы ты улыбалась!

- Спасибо тебе. Я… я буду стараться!

Я и правда стараюсь.

Стараюсь улыбаться. Стараюсь получать удовольствие от жизни.

Стараюсь забыть.

Звонил Товий Сергеевич. Я не взяла трубку. Не хочу пока.

Не знаю, что он скажет, просто не хочу.

И вообще, взяла и поменяла номер телефона. Старый пока выключила. На время.

Пусть.

Хотя бы неделю еще пожить вот так. Просто пожить!

Кира много работает, занимается салоном, собирается открывать уже пятый в городе.

- Надь, а ты же медсестра?

- Да. Почти. Ну, то есть я работала, и сестрой и... сиделкой, сейчас мне нужно закрыть кое-какие предметы, вернее просто доехать в училище, подписать, получить диплом.

- А на косметолога не хочешь выучиться?

- На косметолога? Это же нужно… в медицинский поступать? Нет, я не смогу…

- Нет, погоди, есть косметолог с высшим образованием, да? Которая имеет допуск к разным сложным процедурам, уколы антивозрастные там, ботокс, диспорт, прочая красота. Они, как правило, должны работать в клиниках. А есть косметолог, работающий в салоне красоты. Ну, эпиляция, аппаратная косметология – лазер, бровки там, чистка лица, мезотерапия. Тут достаточно и твоего диплома. Пройти обучение и вперед. Я бы тебя к себе взяла. Зарплата у косметолога приличная.

- Я не знаю…Надо… надо подумать.

- Мам, ей вообще сейчас о другом надо думать! Она ребенка ждет.

- Я помню, Слав, но это не значит, что нужно сидеть, сложив ручки на животе, правильно, Надюш? И о своем будущем она тоже все-таки думать должна!

- О ее будущем может кто-то другой подумать.

- Кто, например? – Кира смотрит на сына, выгнув бровь, а я дико краснею, в груди печет, мне ужасно, невероятно стыдно!

- Например, муж. – Он смотрит на мать прямо, не увиливая, давая понять, что именно у него есть намерение стать этим самым мужем.

Боже, какой позор! Я никогда не чувствовала себя так чудовищно неловко!

Резко встаю из-за стола, чуть не сбив чашку, которая, к счастью, уже пустая.

- Извините, я… мне надо…

- Надя, тебе плохо? – Слава тоже подрывается встать, но я выставляю вперед руку. Пожалуйста, пусть хоть сейчас поймет, что это неуместно!

- Все хорошо. Я пойду.

Быстро взбегаю на второй этаж, захожу в свою спальню. Как жалко, что на двери нет замка! Впрочем, закрывать дверь в чужом доме – это совсем уже неприлично.

Сажусь на кровать. Что делать? Что мне делать?

Это ведь ужасно? Кира меня приютила, помогла мне, окружила любовью, заботой, а я… Я беременная, брошенная девчонка, получается, пытаюсь охомутать ее сына?

Нужно уезжать. Чем скорее, тем лучше. Съеду пока на квартиру. Потом… Потом вернусь в Москву, Товий Сергеевич найдет мне работу, он обещал. Буду жить, ждать малыша.

Не хочу быть ни для кого обузой! Я все смогу сама! Все!

Открываю шкаф, быстро снимаю вещи с вешалок, бросаю на кресло, стоящее рядом.

Потом решаю позвонить Товию. Совсем не хорошо, что я ему не ответила! Просто ужасно!

Слышу знакомый голос и на душе теплее.

- Надюшка, ты куда пропала? Все тебя обыскались!

Все? Не понимаю, о чем он, но щеки тут же загораются огнем.

- Надя, Ильяс очень хотел с тобой поговорить, он знает, что ты ждешь его ребенка. Это не я сказал, он сам узнал. Он… По-моему, он хочет вернуть тебя, девочка…

Слышу за спиной шум, поворачиваюсь, и вижу глаза Славы…

Глава 19

- Что ты молчишь? Ты же хочешь спросить кто звонил?

Слава усмехается.

- Извини, я влез невовремя.

- Все нормально. Звонил друг моего отца. И отчима тоже. Он…У него имя необычное. Товий. Товий Сергеевич. Он мне заменил папу, можно так сказать. Помог очень, когда я осталась одна. На