Снежинки на твоих губах - Барбара Уоллес

Сильнее всего он желал припасть к ее губам. И обнять ее, как в тот первый вечер в своей квартире. И целовать, пока у него не перехватит дыхание.

Вместо этого Макс притянул Арианну к себе, делая вид, что защищает ее от пешехода, торопливо переходящего на другую сторону улицы. Она наклонилась и прижалась щекой к его плечу. Несмотря на кружащийся снег, Макс почувствовал слабый апельсиновый аромат ее духов на влажном шарфе.

– Похоже, мне придется как-нибудь приехать в Коринтию, – сказал он, отпуская ее. Он сразу почувствовал потерю и пожалел, что тротуары в городе не слишком узкие.

Арианна улыбнулась ему, и он приободрился.

– О-о, обязательно! Вам у нас понравится. Воздух пахнет виноградом и океаном, а летом небо синее, как море. У нас даже есть название этого цвета – коринтский голубой.

Как ее глаза.

– Если я приеду, ее высочество сама покажет мне страну? – спросил он.

– Конечно. Вы будете королевским гостем. Вы даже можете привезти с собой Дария, – прибавила она.

– Дарий? В королевском замке? Хотел бы я на это посмотреть!

Это была несбыточная мечта. К тому времени, когда Макс приедет в Коринтию, если вообще туда приедет, Арианна выйдет замуж и начнет совершенно новую жизнь. Он не хотел думать об этом прямо сейчас. Он постарается, чтобы о сегодняшнем дне у него остались только приятные воспоминания.

Макс взял Арианну за руку.

– Пойдемте, – сказал он. – Я покажу вам еще более красивые рождественские украшения.

– Остался один квартал, – произнес Макс.

– Я не могу поверить, что вы даже не намекнули мне, куда мы идем, – ответила Арианна. Хотя в данный момент ей было все равно, куда они идут и долго ли еще до места назначения. Она слышала сердцебиение своего ребенка. Шел снег, прямо как в сказке. И Макс держал ее за руку. Жаль, что не каждый день она ощущает такое волшебство.

Арианна посмотрела на мужчину рядом с собой и удостоилась от него игривой усмешки.

– Честно говоря, я думал, что вы уже догадались, – произнес он. – Подождите до того, как мы придем, и вы все увидите.

Получается, он ведет ее в знакомое место? Оглядев Пятую авеню, Арианна увидела только магазинные витрины. Красиво оформленные, но ничего особенно примечательного. Но она все равно радовалась, идя вслед за Максом.

С ним все казалось особенным. Встречаясь с Маноло, она постоянно испытывала сомнения. Хорошо, что ее подозрения оправдались. А вот Максу она доверяла с самого начала. Рядом с ним она чувствовала себя в безопасности. Не просто в безопасности. Она ощущала себя по-настоящему особенной, несмотря на привилегии, данные ей от рождения.

И сейчас ей следует насладиться этими ощущениями. Через неделю ее пребывание в Нью-Йорке станет обычным воспоминанием. Она уедет, и Макс найдет другую женщину, о которой будет заботиться, а Арианна станет его прошлым. Она будет очередным персонажем в нескончаемой веренице женщин, которых он опекает. Если ей нужны доказательства, то следует просто вспомнить, с каким видом он выходил из смотровой комнаты после того, как услышал сердцебиение ее ребенка. Арианна жаждала почувствовать с Максом единение, а он не мог дождаться, когда выскочит за дверь.

Однако сейчас она будет радоваться каждой секунде рядом с ним. У нее будет достаточно времени для меланхолии после.

– Мы пришли, – объявил Макс и указал на проход между магазинами.

– Переулок?

– Место для гуляний, – уточнил он.

Они свернули за угол, и Арианна ахнула. Место для гуляний, как назвал его Макс, представляло собой длинный сад, с обеих сторон которого были освещаемые ангелы и солдатики. Их белые огоньки направляли людей по пешеходной дорожке, по краям которой были установлены ели и пластиковые леденцы. На противоположном конце, едва видимая сквозь снегопад, располагалась знаменитая статуя Прометея у Рокфеллеровского центра, к которому примыкал каток. А перед центром стояла огромная ель.

– Вы говорили, что хотите увидеть главную елку, – сказал Макс. Да, Арианна упомянула об этом в такси, в тот первый вечер, когда Макс привез ее к себе домой. И он это запомнил. Было невозможно описать словами, что для нее означал этот его жест. – Отсюда она выглядит намного красивее, чем с верхнего этажа дома.

– Она прекрасная, – ответила Арианна, глядя на ангела. Декоративные белые силуэты ангелов исчезали за снежной пеленой и походили на звезды. – Я не предполагала, что увижу такую красоту.

– Летом в центре прохода устанавливают отражающие бассейны, – произнес Макс, указывая на полосу на красной ковровой дорожке. – Я помню, как моя мама привела меня сюда однажды. Я был маленьким и пытался поднять со дна монетки. Я весь вымок. Более того, она заставила меня бросить все собранные монетки обратно в воду.

– Бедный малыш.

– Не скажите. Я все-таки припрятал от нее по крайней мере двадцать пять центов.

Арианна рассмеялась, представив себе малыша Макса, сидящего в вагоне метро в мокрой одежде и расстроенного из-за того, что его затея не удалась.

– Вы уже тогда были предприимчивым, – заметила она.

– Эй, не надо издеваться. Для пятилетнего ребенка двадцать пять центов – куча денег. Я мог купить на них полшоколадки.

Скорее всего, он положил эти деньги в свою копилку. Невозможно стать миллионером, не уважая деньги. Ей нравилась эта черта Макса. Большинство мужчин ее круга были богаты от рождения. Они считали деньги чем-то само собой разумеющимся. А вот Макс знал, каково жить в нищете. Теперь, когда он богат, он помогает нуждающимся людям.

Арианна прониклась к нему еще большим уважением. Ей стало интересно, удастся ли какой-нибудь женщине завоевать его сердце, или он будет цинично отзываться о любви до конца своей жизни. Неправильно, если такой мужчина не будет счастлив в любви.

И неправильно ревновать его к женщине, которая существует только в ее воображении.

Чтобы отвлечься от размышлений, Арианна указала на павильон, где вокруг елки толпилось много народу. Люди бегали туда-сюда, словно возводя строительные леса.

– Что там происходит? Неужели есть опасность падения елки?

– Сомневаюсь, – ответил Макс. – Скорее всего, они готовятся к сегодняшнему вечеру.

– А что сегодня будет?

– Церемония зажжения елки. Похоже, строители устанавливают сцену и телевизионные камеры. Вероятно, они проверяют освещение. Будет неприятно, если гирлянды на елке не зажгутся.

– Такое однажды случилось с моим отцом на ежегодной церемонии зажжения дворцовой елки. Кто-то забыл подключить все гирлянды, поэтому зажглась только половина из них. Отец отшутился, сославшись на шалости эльфов, но после он был очень недоволен.

– Представьте, если бы это произошло на глазах тридцати миллионов человек.