Прошлое забыть нельзя - Элизабет Харбисон

— Программа стипендий, над которой работал мой отец. Теперь здоровье его бывшего партнера ухудшается, и он предложил мне встать во главе.

— Ах, так вот в чем дело — помочь членам Лиги плюща найти подходящую школу.

— На самом деле, это стипендия для детей из неблагополучных семей, чтобы у них были те же возможности, что и у членов Лиги плюща^[1], о которых ты так пренебрежительно отзываешься.

Джо сразу стало стыдно. Всякий раз, как он пытался увидеть в Дарси лишь избалованную, эгоистичную богачку, она доказывала ему обратное.

— Извини, я не имел это в виду… Это было очень грубо с моей стороны, извини.

Она посмотрела на него долгим взглядом, затем сказала:

— Забудь об этом. Пора полить индюшку жиром, да и овощами заняться. Почему бы тебе не помочь?

— Это в женском-то деле? — поддразнил он, следуя за ней в свежеокрашенную кухню. — Что ты там делаешь? Пирог?

— Тебе нужен тыквенный пирог на День благодарения. — Она разминала холодное тесто тьшьной стороной руки. Тесто липло к рукам, и Дарси потянулась за мукой. Пакет упал, и мука просыпалась ей на свитер. — Черт, — Дарси надела фартук.

Джо рассмеялся. Он уже видел это когда-то, он все помнил, помнил, как шел к ней, а сердце поднималось к самому горлу.

— Помощь не нужна, мэм?

Дарси отвернулась, широко раскрыв глаза.

— Джо…

Он облокотился о буфет, до боли желая протянуть к ней руку и не двигаясь.

— Знаешь, вот так я рисовал нас в своих мечтах о будущем. Мы в кухне, как семья.

— Мы не семья, — голос у нее прозвучал странно высоко.

— Мы сможем когда-нибудь поговорить о том дне? — спросил он.

— О каком?

— Ты сама знаешь — о последнем дне, когда я тебя видел. Мы были на кухне, и ты делала пирог, а твой дед ворвался и разрушил нашу жизнь. По крайней мере, мою.

Дарси сжала губы.

— Это было давно. Я едва помню.

— А я помню, будто это было вчера. — И Джо шагнул к ней. — Ты стояла вон там, пытаясь надеть фартук, а я вошел и обнял тебя, вот так, — и он показал.

Дарси задрожала. Его руки тоже. Дарси отвечала на поцелуй вначале робко, потом более страстно.

Наконец она заговорила:

— Мне надо полить индюшку, — и направилась к плите, вытянув поднос из духовки.

— Очень на тебя похоже — ускользнуть, когда тебя загнали в угол.

— Ты совсем меня не знаешь, Джо Тайлер. — Она полила индюшку и задвинула поднос обратно.

— Ты так считаешь?

— Конечно. Вот хотя бы наш разговор про стипендию. Ты думаешь, что я испорченная богатая девица. Признайся.

Он чуток подождал, пока нарастающая тишина достаточно подергала Дарси за нервы, а потом повернулся к ней, и она увидела его широкую улыбку.

— Я, видишь ли, не сомневаюсь, что ты прекрасно знаешь мое к тебе отношение.

Череда эмоций прошла по лицу Дарси.

— Нет, не знаю.

Он пожал плечами и поднял мешок начищенной моркови.

— Что ж, коль ты не знаешь, — улыбаясь, он бросил ей мокрую морковь, — тогда, наверно, и нет смысла говорить.

Во второй половине дня Дарси и Рики, как могли, украсили столовую. Они развесили по стенам открытки с индюшками и пилигримами, а в центре стола соорудили декоративное украшение из высушенных тыкв и кукурузы.

В пять часов обед был на столе. Рики вернулся с улицы еще в четыре, как раз чтобы успеть посыпать пюре из батата и овощи алтеем.

Втроем они сидели за длинным, отполированным до блеска обеденным столом из красного дерева. Приводя стол в порядок, Дарси потратила больше времени, чем Джо полагал разумным, но теперь, окруженная сиянием свечей в тусклых подсвечниках, она была рада, что не поленилась.

Дарси взглянула на Джо — он приоделся к обеду, и впервые она его видела «вычищенным». Дарси не могла отвести от него глаз. Неверное мерцание свечей подчеркивало прекрасную лепку его лица, которое обычно было скрыто бородой.

— Это великолепно, Дарси. — Джо отправил в рот большую порцию пюре батата со сметаной и удовлетворенно закивал с полным ртом.

— Спасибо. — Дарси не могла не признать, что все получилось совсем неплохо.

— Моя учительница говорит, что День благодарения — это когда ты остаешься со своей семьей, — заявил Рики, отколупывая коричневый алтей с пюре и отправляя его в рот. — Мы теперь семья? А ты сказала, что вам с папой надо чаще целоваться, если вы хотите стать семьей.

Дарси стало жарко, а Джо расхохотался:

— Думаю, ты опять все перепутал, сынок. Если бы мы собирались стать семьей, мы бы с Дарси поженились и все такое, — и коварно посмотрел на Дарси. — А это навряд ли случится, а, Дарс?

— Навряд ли. — Дарси еле дышала. — Прежде всего, мы бы никогда не смогли договориться о месте жительства, — голос Дарси звучал вполне миролюбиво. — Она покачала головой. — Не могу себе представить, как ты переезжаешь в Калифорнию.

Джо сжал губы.

— А ты определенно не вписываешься в Оклахому.

Дарси согласно кивнула.

— То, что мы сейчас здесь… — она сделала паузу, — это не так уж плохо.

— Ты так думаешь? — Он понимающе приподнял брови.

— А ты? — спросила она быстро.

— Я? Да, тоже так думаю.

Дарси задумчиво подняла бокал.

— Конечно, у каждого из нас есть обязательства.

— Мне казалось, тебе отчаянно хочется убраться отсюда.

— Если не ошибаюсь, ты уже обещал кому-то свои услуги, независимо от того, что произойдет здесь.

Джо бросил взгляд на Рики, который сосредоточенно гонял вилкой горошек по тарелке.

— А еще есть батат? — Тарелка у Рики была еще полной, но он уже съел всю хрустящую корочку запекшегося алтея.

У Дарси вырвался вздох облегчения — напряжение становилось невыносимым.

— Ты собираешься посмотреть Санта-Клауса в супермаркете? — Она перевела взгляд на Джо. — Я думаю, он там появится с завтрашнего утра.

Изумлению Джо не было границ.

— Я не…

— Санта-Клаус будет в супермаркете? — Рики чуть не захлебнулся от счастья. Глаза у него радостно засияли.

Дарси не могла скрыть удивления — она-то была уверена, что Рики ездит по праздникам в супермаркет смотреть на Санта-Клауса и играть на детских площадках.