Любовь - это не иллюзия - Джанель Денисон

— Я остаюсь, Джейд.

— Этот прохвост заморочил тебе голову!

Мэрайа с улыбкой посмотрела в сторону бакалейного магазина, куда зашел Грэй, пока она звонила из телефонной будки рядом с магазином. Да, она безумно влюблена в этого мужчину!

— Джейд, у меня нет ничего срочного ни в офисе, ни на заводе, так что ты справишься; в крайнем случае это подождет до моего приезда.

— Мэрайа, оставь мне хотя бы телефон, чтобы я могла дозвониться, если что-то потребуется.

— Увы, здесь нет телефона, поэтому мне повезло.

— Как удобно, — брюзжала Джейд.

— Здесь очень милое романтическое гнездышко. — Мэрайа намеренно подстрекала сестру.

— Ты совсем обезумела. Что заставило тебя сбежать с Грэем на целую неделю?

Любовь, подумала Мэрайа. Надежда. Грэй поделился с ней частью своего прошлого, чего раньше никогда не было. Она хотела успокоить его. Со временем бесконечная любовь и терпение, она была теперь почти уверена, изгонят эти страхи и принесут уверенность, что он станет любящим мужем и отцом.

Отец Мэрайи научил ее сражаться за то, во что она верила. Она верила в Грэя и в то, что его чувство могло расцвести. Ей надо было показать ему, насколько чудесна любовь. Показать, что любовь замечательна и не имеет ничего общего с воспоминаниями его несчастного детства.

— Неужели все мои усилия были напрасны? — спросила Джейд. — Неужели ты не выучила ни одного урока, которые я преподала тебе за последние недели?

— Например?

— Например, не доверять сладким обещаниям.

Это был лозунг Джейд, а не Мэрайи. Кроме того, Грэй еще ни разу не дал ей повода не доверять или сомневаться в нем.

— Я верю, что намерения Грэя честны.

— Ты спала с ним, да?

— Не твое дело.

— Спорю, он обещает тебе все на свете, да?

— Ничего он мне пока не обещает!

— Что ж, учитывая мечтательность, звучащую в твоем голосе, ты рассчитываешь, что он предложит тебе руку и сердце. Сдаюсь, Мэрайа. — Джейд вздохнула, уступая поле битвы. — Ты безнадежна. В следующий раз, когда Грэй разобьет тебе сердце, вспомни, что я говорила об этом.

* * *

Сидя на огромном гладком валуне за домиком Марка, Грэй смотрел на озеро, чувствуя себя довольным и отдохнувшим первый раз в жизни.

Это был замечательный летний день, жаркий, но легкий ветерок и высокие сосны, окружающие озеро, создавали живительную прохладу. Отдыхающие катались по озеру на лодках, дети на плотах и надувных камерах проплывали мимо домика Марка.

Почему так долго задерживается Мэрайа? — гадал Грэй. Она обещала, что выйдет через несколько минут. Он уже соскучился по ней.

Она уговорила его открыться ей и рассказать о своем болезненном прошлом. Ожесточение, так долго жившее в нем, ослабло, уступая более приятным переживаниям, которые Мэрайа пробудила в нем. Его чувства к ней также изменились за последние несколько дней. Они стали богаче, сильнее и глубже. Грэй чувствовал себя самым счастливым человеком на земле, и Мэрайа имела самое прямое отношение к этому.

Он не был уверен, можно ли назвать это новое чувство любовью.

— Грэй! — Мэрайа села рядом с ним на валун. Она придвинулась поближе, захватив его ноги своими. — Что ты делаешь?

— Жду тебя.

— Ну вот, я здесь. — Она улыбнулась и весело поцеловала его в щеку. — Чем хочешь заняться сегодня?

Глядя на эти чудесные губы так близко от него, чувствуя ее ноги, он хотел только одного: целый день заниматься любовью с ней — в кровати, на диване, в солярии среди буйства природы, перед теплым камином… сотни эротических сцен промелькнуло пред ним.

— Мы бы могли исследовать одну из тропинок за домиком Марка, отправиться в пеший поход.

Обняв его за талию, Мэрайа погладила его плоский живот.

— Грэй, я здесь для того, чтобы расслабиться. Я против того, чтобы ты мучил меня таким образом.

— Мы найдем простую тропинку. — Подняв ее ноги, он опустил их себе на колени и начал разминать их. — А когда вернемся, то сможем облегчить любую боль в джакузи. А если и это не поможет, то я буду счастлив стать твоим личным массажистом.

— Хмм, — она довольно хмыкнула. — Звучит соблазнительно.

Грэй едва не застонал, когда ее груди прижались к его спине.

В этот момент вниз по дорожке промчались трое мальчишек и с разбегу бросились в воду. Кто нырнув, кто плашмя, тут же всплыв на поверхность, брызгая друг в друга водой. Грэй рассмеялся над шумными детьми и их трюками.

— Хм, похоже, им весело, а? — спросила Мэрайа.

— А тебе жарко и не по себе? — лениво протянул он. — Может, тебе надо остыть?

— Я в полном порядке. — Мэрайа толкнула его в бок, чтобы он вел себя прилично. — Я имею в виду, этим мальчишкам, кажется, очень весело.

Они следили за детьми еще несколько минут, потом Мэрайа спросила:

— Ты когда-нибудь скучал по брату или сестре, которых у тебя не было?

— Как можно скучать о несуществующем? — резко сказал Грэй, пожав плечами. Благодарение Богу, Мэрайа оставила без внимания его резкий тон. Он не хотел говорить о том, как ребенком мечтал о брате или сестре, с кем можно было бы играть или делиться секретами. Какое счастье, когда с тобой рядом человек, который нуждается в тебе, заботится и любит так же, как и ты как и ты.

Мэрайа рассмеялась, когда один из мальчишек толкнул другого в воду, затем третий сразу же прыгнул за ними.

— Представить себе не могу, какое бы у меня было детство без Джейд.

— Вероятно, спокойное, — сухо отозвался Грэй.

— И одинокое, — задумчиво добавила она.

— Ага, — согласился он. — Вы двое хорошо ладили?

— Не всегда, — признала Мэрайа, в голосе ее слышалась сестринская любовь. Она задумалась. По ее лицу было видно, что она погрузилась в воспоминания.

— Обычное соперничество сестер?

— Да нет, мы никогда не соперничали. Мы сердились и спорили по пустякам. Но быстро мирились. Джейд всегда оказывалась рядом, когда была нужна. И теперь тоже. Я не обменяла бы ее дружбу ни на что другое. Ничто не может сравниться с любовью и дружбой сестры. Ты не знал этого, Грэй.

— Я говорил тебе, что мои родители не были способны общаться с детьми. У меня не было ни брата, ни сестры. И друзей у меня было немного, потому что мой отец отпугивал их.

— Посмотри, как братья могут веселиться вместе. — Она показала на резвящихся в воде детей. — Неужели тебе не хотелось бы смотреть, как растут твои собственные дети, радоваться за них, быть частью их жизни. Я хочу, чтобы у меня было много детей.

Грэй пытался отгородиться от чувств, зарождавшихся в нем.