Дороже жизни - Кей Мортинсен

– Почти так же, как настоящий драгоценный камень.

– Она восторженная натура. И любопытная. Мне приходится многому учиться, чтобы поспеть за ней. Я уже неплохо разбираюсь в жуках, но червяки пока остаются для меня загадкой.

– А как насчет пчел, похожих на дирижабли? – с тревогой поинтересовалась Сандра, видя, как огромное полосатое и мохнатое создание берет курс прямо на нее. – Гудит, как реактивный самолет!

– Сиди спокойно, он тебя не тронет. Секунду спустя громадный шмель вознамерился доказать ошибку Филиппа и вошел в крутое пике. Сандра с воплем схватилась за руку Филиппа, пытаясь увернуться… и через мгновение оба оказались в воде, хохочущие и фыркающие. Она поспешно кинулась к лестнице, чтобы выбраться, так как ей не понравилось уже знакомое исступление в его глазах. Разумеется, он поймал ее прежде, чем она взялась за поручни. Неожиданно Сандра услыхала чей-то голос. Они оба обернулись, причем Филипп все еще не выпускал ее талию. Возле бассейна стояла Лорена. На ней были шорты и замшевая безрукавка, руки уперты в бедра, а на лице выражение холодного презрения. К изумлению Сандры, Филипп так и не снял руки с ее талии.

– Привет, Лорена. Это Сандра, она…

– Вместо того, чтобы развлекаться с уголовниками, обратил бы внимание на свою племянницу.

Только по тому, как напряглась его рука, Сандра догадалась о его истинных чувствах. Голос же Филиппа прозвучал совершенно спокойно.

– Джолли спит.

Раздался всплеск. Сандра обернулась и увидела девочку лет пяти или шести в розовом нарядном платьице, украшенном немыслимым количеством лент, бантиков и рюшечек. Нора собственной персоной. Девочка занималась тем, что целенаправленно спихивала в бассейн все, что попадалось ей на пути: шезлонг, темные очки Сандры, полотенце, тапочки Джолли, тарелку, кувшин с апельсиновым соком. Филипп рванулся к ней.

– Нора, ради Бога!

Лорена с вызовом посмотрела на него.

– Вот видишь, чего ты добился?

Девочка с истошным воплем кинулась прочь от Филиппа, прижалась к ногам матери и заканючила:

– Не подходи ко мне! Мамулечка, спаси меня, мамулечка-а-а!

Сандра стояла, до глубины души потрясенная этой сценой. Филипп и Лорена не сводили друг с друга глаз. Во взгляде женщины пылали ненависть и вызов, во взгляде Филиппа – усталость, растерянность и беспомощность, да такие сильные, что Сандре немедленно захотелось обнять его, защитить. Сандра тихонько выбралась из бассейна, не очень зная, что ей делать дальше, и боясь, как бы не проснулась Джолли, хотя Филипп и утверждал, что сейчас ее не разбудить и пушками. В этот момент Филипп прошептал:

– Забери Джолли в дом!

Она осторожно подхватила маленькое теплое тельце, прижала к себе. Наконец-то моя дочь в моих объятиях, пусть даже по такому отвратительному поводу, счастливо думала Сандра, унося девочку. Она уложила ее в большое мягкое кресло на веранде и села рядом, буквально пожирая глазами любимое личико. Если бы не страх разбудить малышку, она покрыла бы поцелуями ее всю.

Через некоторое время Сандра решила выглянуть и узнать, что творится у бассейна. Филипп стоял над Норой и строго говорил:

– Нора, так вести себя нельзя! Лорена фыркнула в ответ:

– Она расстроилась, потому что ты забыл, что Джолли идет с нами к Марии на день рождения. Нам пришлось потратить время, чтобы зайти сюда, и теперь она пропустила выступление клоунов…

– Я говорил, что Джолли не пойдет. Ей это ни к чему, к тому же здесь ее мать…

В этот момент Джолли глубоко вздохнула и открыла сонные глазки. На несколько секунд Сандра превратилась в ледяную статую, но девочка вновь заснула, и Сандра продолжила наблюдение.

– Но ты обещал! Обещания нужно выполнять.

– Это было неделю назад, Сандра еще не появилась…

– Ты сказал, что она…

На этот раз Джолли окончательно проснулась и немедленно заревела в голос. Сандра пыталась успокоить ее, однако девочка не желала ее слушать. Филипп возник в дверях и подхватил малышку на руки.

– Она ничего не слышала, Филипп, она просто проснулась и заплакала.

– Ничего страшного, Сандра, она просто испугалась.

Вот так. Испугалась собственной матери. У Сандры ослабели ноги. Ей очень хотелось расплакаться еще громче, чем Джолли.

Филипп ворковал с всхлипывающей и пыхтящей Джолли, ловил губами ее слезы. А затем сделал вид, что собирается откусить ей носик и ушки. Слезы были немедленно забыты, всхлипывания уступили место радостному хихиканью.

Так просто! Если бы и она могла проделать все это. Но она нелюбима, она чужая!

О Боже, я потеряла свое дитя, в тоске думала несчастная женщина. Сможет ли она вернуть любовь Джолли?

На пороге появилась Лорена с крайне недовольным видом.

– День рождения, Филипп, мы должны идти…

– Я спрошу у нее.

Глаза Сандры полыхнули опасным огнем. Она не отпустит свою дочь с этой ненормальной бабой и ее кошмарной доченькой!

– Филипп! На два слова!

Он понял, что она хотела сказать.

– Не волнуйся, за рулем будет Анастасия, она и приглядит за Джолли.

– Но…

– Доверься мне. Неужели я отпущу ее, куда не следует?

– Это ее не касается! – яростный голос Лорены.

– Она мать Джолли! И имеет полное право знать, куда отправляется ее дочь.

– Да неужели! Эта женщина убила твоего брата, или ты забыл?

Сандра похолодела, понимая, что Джолли все слышит. Филипп стремительно подошел к Лорене и прошипел:

– Ни слова больше, или я дам волю собственной ярости! Сейчас я одену Джолли, а ты подождешь ее в машине. Если она согласится ехать, то будет готова через пару минут. На этот раз ты далеко зашла, Лорена. Когда приедешь, поговорим.

Сандра, обессилев, рухнула в кресло и уставилась пустым взглядом в стену. Он считает ее виновной в смерти брата и никогда не сможет простить ее, это же ясно, как ясно и то, что у нее нет и никогда не будет доказательств собственной невиновности. Ей хотелось кричать от бессилия. Он просто вежлив – как с Анастасией, например.

– Филипп, я не хочу, чтобы она ехала!

– Зато я хочу. Мне надо поговорить с тобой, и как можно скорее.

– Но ты говорил, я смогу побыть с Джолли…

– Да, но это было до этой сцены…

– Сцены? Больше похоже на Армагеддон!

– Ты преувеличиваешь, Сандра!

– Нет, если говорить о Джолли!

– Я должен уточнить кое-что. Праздник устраивают для детишек. Анастасия присмотрит за Джолли. Что до Лорены, то она кричит только на меня, на Джолли – никогда.