Полночный гость - Марлен Сьюзон

На следующее утро, подоив корову и накормив животных, Джош вернулся в дом за мушкетом.

– Пойду в лес, – заявил он. – Добуду на ужин зайца или индейку.

Мэг, оставив не до конца застеленную постель, быстро оглянулась:

– Ты так и не нарубил дров, Джош. Нам едва хватит до завтра.

– Ну-у, Мэг! Вернусь с охоты и нарублю. Честное слово. Ну, пожалуйста? Без мяса ведь тоже плохо, правда?

Джош обожал ходить в лес, и сейчас, видя, как у брата горят глаза от предвкушения охоты, Мэг не нашла в себе сил ему отказать.

– Ладно. Только обещай, что сразу же по возвращении займешься дровами, договорились?

– Обещаю-обещаю! Слово Дрейка! – уже выскакивая из дома с мушкетом в руке, крикнул Джош.

– Зачем ты его отпустила? Нужно было заставить сначала нарубить дров, – нахмурился Стивен. Сегодня он поднялся с кровати вместе со всеми. Уже облаченный в новую охотничью рубаху и бриджи – те самые, оставшиеся от Чарльза, что Мэг переделала специально для него, – Стивен стоял у камина и смотрел на язычки пламени.

Прошло уже пять дней с тех пор, как к нему вернулось сознание. Он окреп и даже немного поправился. Если прежде Мэг ужасал вид его выпирающих ребер и впалых щек, то теперь ее мучили совсем иные чувства. Каждый взгляд на это красивое лицо заставлял ее сердце сжиматься от неясной тоски и смутных желаний.

Силы быстро возвращались к Стивену, следы кандалов на руках и ногах почти исчезли, да и спина выглядела гораздо лучше, хотя шрамы наверняка останутся на всю жизнь. Еще один... максимум два дня – и он двинется в путь. Казалось бы, возможность избавиться от лишней обузы должна была радовать Мэг. Но нет, сама мысль о том, что Стивен навсегда исчезнет из ее жизни, вызывала смятение и щемящую боль в груди.

– Ты уже несколько дней просишь Джоша нарубить дров, а он все откладывает. Как же так, Мэг?

– Считаешь, мне нужно быть с ним построже? Но что же делать, если он терпеть не может эту работу? – Мэг застелила постель и принялась убирать посуду, оставшуюся на столе после завтрака.

– И не только эту. Джош как может увиливает от домашних дел, а в результате тебе приходится работать в два раза больше – и за себя, и за него.

Как ни обидно это признавать, но Стивен ведь абсолютно прав, думала Мэг, сметая со стола крошки. Квентин, мастер заговаривать зубы и добиваться желаемого обаятельной улыбкой, был плохим примером для младшего брата. А уж про Чарльза и говорить нечего, хотя Джош едва ли принимал в расчет это несчастье в человеческом обличье.

– Ты обязана приучить Джоша сначала выполнять всю необходимую работу по дому, а уж потом заниматься тем, что ему интересно.

– Да я и сама понимаю, – виновато улыбнулась Мэг. – Но видишь ли... у меня не получается. Ну, не могу я быть с ним слишком суровой. Жизнь у него и так несладкая. Джош столько потерял...

Стивен отвернулся от очага, прислонился плечом к стене.

– Заметь, он потерял не больше, чем ты.

– Гораздо больше! – Между изящно очерченных бровей Мэг пролегла морщинка. – Джош лишился будущего. Такой способный мальчик... знаешь, он ведь по всем предметам был лучшим! Кроме латыни. Папа хотел отправить его учиться в Уильямсбург, в колледж. А может, в Гарвард или даже в Англию! И вот что вышло... Теперь у Джоша нет никакой надежды на образование. Все бы на свете отдала, лишь бы послать брата учиться, но раз это невозможно, то хотя бы ферма должна у него быть.

– Ну, а как же твое будущее, Мэг? Ты тоже заслуживаешь большего, чем эта лачуга посреди леса. Она пожала плечами:

– Жизнь полна сюрпризов. – Что верно, то верно.

Неожиданно прорвавшаяся в тоне Стивена горечь напомнила Мэг и о его собственной жизни. Если Стивен говорил правду, то он лишился даже большего, чем дети Энтона Дрейка.

– Все равно, Мэг, твое попустительство не принесет Джошу добра.

– Ты абсолютно прав. Но согласись, Джош и так делает очень много. Без помощи брата я бы просто не справилась.

Не сводя с нее пристального взгляда, Стивен медленно проговорил:

– С завтрашнего дня тебе будет полегче. На рассвете я уйду.

Казалось, кто-то вонзил нож в самое сердце Мэг. Уйдет! Она не думала, что этот момент настанет так скоро.

– Очень хорошо! – воскликнула она. И откуда только взялась эта бравада, если душа стонала от невыносимой тоски?

Искра разочарования вспыхнула и погасла в глазах Стивена.

– Рада от меня избавиться? – бросил он резко.

– Уже решил, куда направишься? – вместо ответа поинтересовалась Мэг. Она могла гордиться своей выдержкой. В ее голосе не прозвучало и намека на ту боль, что терзала сейчас ее душу.