Устать друг без друга - Элен Алекс

А потом они выпили за красоту, молодость и здоровье двух наших ненормальных бабок, которые восседали тут же за столом. И которые за все эти годы не только никуда не делись, но и очень даже распрекрасно себя чувствовали.

А по поводу моего дня рождения они даже нарядились в свои любимые розовые чепчики и теперь составляли моему идиотскому розовому платью шикарный идиотский фон.

Забыла также рассказать, что во время всего торжественного ужина я, мой великовозрастный кузен и моя семилетняя кузина пили разбавленный вишневый сок, который нам наливали из одного и того же графина.

Взрослые даже не догадались позволить нам с кузеном Чарли пить из какого-нибудь другого графина, отдельного от графина маленькой Моники. Чтобы мы могли хоть делать вид, что у нас в фужерах – легкое спиртное.

За столом велись такие разговоры.

– Ну, – спросила мамина любимая сестра, моя старая любознательная тетушка Мэгги, – и чем закончилась та история, которая началась три года назад? Я имею в виду историю о том молодом человеке, в которого был влюблен весь ваш город, и про ту милую девушку, которую, как тогда говорили, и симпатичной-то можно было назвать с большой натяжкой.

Я пыталась прожевать салат, который казался мне резиновым.

– А в этого молодого человека и сейчас влюблен весь наш город, скажи, Розмарин, – беззаботно обратилась ко мне моя мать. И не дождавшись от меня ответа, мило продолжила: – И эта история еще ничем не окончилась, и скоро будет ее продолжение, – сообщила моя бесчувственная мамаша, не прекращая уплетать при этом праздничную еду.

– Ах, ах, как вовремя мы приехали! – радостно закатила глаза моя старая чувствительная тетка.

– Это та самая история, о которой ты рассказывала мне три года назад, дорогая? – заинтересованно спросил мой изрядно моложавый дядюшка Чарльз свою очаровательную жену.

– Да, дорогой, та самая, я так счастлива! – улыбнулась ему моя тетка.

И оба они мило разулыбались друг другу и были просто в восторге от ситуации.

Я и не подозревала, что сплетни так сближают людей.

– И когда будет продолжение? – обратился уже напрямую к моей матери мой дядюшка Чарльз, так близко к сердцу вдруг воспринявший всю эту историю, которая уж кого-кого, а его-то совсем вроде никак не должна была касаться.

– Да не сегодня завтра, – прожевала свою индейку моя беззаботная мать.

– Да что ты говоришь, – чуть не упала со стула от счастья моя тетушка Мэгги, – какая радость!

И тут уж мне просто пришлось пролить на свое ужасное платье разбавленный вишневый сок и тем самым избавить хоть на некоторое время свою нежную душу от столь вопиющего дискомфорта.

Все кругом заохали и заахали, и только мой отец, Дик Фарли, понимающе мне подмигнул. Я же встала и мило всем улыбнулась, и извинилась, и отправилась переодеваться.

И, поднимаясь по лестнице, я услышала их дальнейший разговор.

– Она тоже влюблена в Александра, – сочла нужным сообщить всем присутствующим одна из моих ненормальных бабок.

На что моя мать едва не подавилась своей вкусной едой.

– О, мой бог, Дик Фарли, неужели это правда? – вдруг прозрев, ужаснулась моя мать.

Отец мой был спокоен, как всегда.

– К сожалению, этот аспект ее жизни мне не известен, – сказал мой отец.

– Дик, но надо же с этим что-то делать, – засуетилась моя мать, – и перед гостями вот теперь так неудобно получилось.

– Ничего, ничего, – успокоил ее мой добрый дядюшка Чарльз, – мы же тут все свои.

– А Александр – это тот самый человек, по которому сходит с ума весь ваш город? – понимающе спросила моя тетушка Мэгги.

– Да-да, это тот самый молодой человек, – покивали ей головой обе мои ненормальные бабки.

– Ах, как это мило! – воскликнула моя расчувствовавшаяся тетушка, утонченная ценительница чужого горя.