Разводные процедуры - Лика Ланц

Хм… сосед Марк — врач? Будет смешно, если гинеколог.

А я думала, какой-то бизнесмен, причём достаточно крутой, судя по его машине и одежде. Хотя, конечно же, что знает менеджер книжного магазина, пусть и такого большого, как у нас, о крутых бизнесменах? Будь он там супер-пупер какой-то магнат, вряд ли бы поселился в нашем доме. Достаточно хорошем, в добротном районе, но всё же. У нас тут не элитка, даже консьержки нет.

— Держи, — протянула я упаковку прокладок, как только вошла в комнату Кати.

Девочка оживилась.

— Спасибо большое. Правда, я не совсем поняла, как ими пользоваться, — сморщила она нос.

— Это просто, — подмигнула ей я и провела курс молодого бойца, затем отправила девчонку помыться.

Она даже повеселела, когда вышла из ванной.

— Я тебе ещё обезбол принесла и шоколадку. Аллергии нет?

— Нет! — Катю аж затрясло от предвкушения.

— Но таблетку выпьешь после того, как разрешит отец, договорились? Он уже в курсе. Понял.

— Бли-и-ин! — ударилась она головой о подушку.

— Пойдём, — протянула я ей руку, — прячься не прячься, а надо себя перебороть. Он тебе не враг.

Так мы и вышли из детской — я вела Катю за руку. Она пунцовела щеками и прятала глаза.

Марк уже выглядел не таким взъерошенным и растерянным. Больше напоминал выражением лица брюзгливого соседа, что по утрам доставал меня своими претензиями.

К счастью, он не стал казённым голосом отчитывать дочь за то, что она не рассказала ему о женском недомогании.

— Выпьете с нами чаю, Мила? — предложил он.

Я помотала головой.

— Я тут таблетку принесла. Сказала Кате, что только с вашего разрешения. Это обезболивающее. А мне пора. У меня там пёс ждёт очень-очень. Я с ним вечером не погуляла. Вы уж простите, ладно? Остальное — без меня.

Марк был, кажется против — по лицу читалось, но я всунула ему в руку таблетки и оставила папу и дочь дальше разбираться в их небольшой семейной драме-тайне самостоятельно.

— Пойдём гулять, — позвала я Лайтика, натягивая куртку и ботинки.

Пёс молнией метнулся к двери.

Ночь чудо была как хороша. Даже звёзды проглядывали в осколках неба, что зацепились за крыши домов.

Мы с Лайтиком даже отойти далеко не успели, как знакомый голос меня окликнул:

— Мила!

Ну, конечно же. Сосед Марк с котом. Ох, уж эти мужчины… Даже с дочерью толком не поговорил.

Глава 18

Я остановилась. Он догнал меня. Шёл быстро и целеустремлённо. Кот, как ни странно, не артачился, а скользил рядом. Огромный, хищный, сильный. Словно не избалованное домашнее животное, а дикий хищник в своей стихии.

Лайтик приветственно тявкнул и затанцевал. Вот же добряк…

Кот великодушно посмотрел на него свысока, но шипеть или бить лапой не стал. Позволял выказывать псу радость и приветливость по отношению к его царственной персоне.

Мы, наверное, точно так же смотримся. Я и Марк. Он — царь зверей, а я вислоухий щенок. Правда, я не всегда дружелюбна и пыталась кусаться… Но это уже детали, в которых кроется дьявол.

— Уже поздно, — пояснил сосед, хоть я ни о чём его и не спрашивала, — а здесь порой не совсем безопасно ходить.

— А вы меня, если что, отобьёте от обидчиков? — ухмыльнулась. Почти съязвила, но сделала это мягко.

— Безусловно, — сказал он сухо.

— Вы же доктор? — как ни крути, а мне любопытно.

— Я успешно занимался единоборствами, в отличной форме, и три раза в неделю посещаю спортзал. Если получается, то чаще, — всё так же сухо, словно он слегка оскорблён тем, что я в нём усомнилась.

— А ещё у вас боевой кот, который, если что, защитит, — всё же не удержалась я, чтобы подколоть. — Ну, улыбнитесь же. Я шучу.

Черты его лица немного смягчились.

— Простите. Я, кажется, перепсиховал с Катей. Мне даже в голову не могло прийти…

— Ведь она всё ещё маленькая девочка, правда? — сразу съехала я в минор, потому что очень хорошо его понимала.

— Вот именно. А она, оказывается, не то чтобы выросла… но вот. Я поблагодарить хотел. И не подумайте, я не бросил её. Она сама меня выпихнула. Сказала, чтобы я за вами приглядел. А то мало ли что. Она у меня хорошая, добрая девочка. А вы так помогли. И ей, и мне. У нас выдался очень непростой год. Развод с её матерью, склоки, скандалы, делёж имущества, новый район, новая школа… Работу никто не отменял. А Катя уже подросток. Есть моменты, — разоткровенничался Марк.

Я шла рядом и слушала. И понимала его очень хорошо. У меня сын — Катин ровесник. И как бы я особых трудностей с ним пока не имела, но кто знает, что ждёт меня впереди? На носу тоже развод. Неизвестно, как поведёт себя Олег. Сможет ли общаться с сыном? И не ударит ли это по Андрею? Сегодня очень тяжёлый выдался день и у нас. Со всеми этими объяснениями, с болью.

— Быть отцом — это непросто, правда? — грустно улыбнулась я и посмотрела Марку в глаза. Я хотела видеть его лицо.

— Быть отцом — это счастье, — твёрдо ответил он, а у меня сердце кровью облилось.

Потому что не все такие отцы, как он. Наш вон… подзатыльники раздавал ни за что. Ругался.

— Жаль, что не все мужчины думают так же, как вы, — пробормотала, отворачиваясь.

Я не хотела, чтобы он видел, что я очень близко сейчас к тому, чтобы разреветься. И в эту минуту его горячая ладонь накрыла мою. Неожиданно. Ободряюще. Сочувствующе.

— Всё пройдёт, Мила, утрясётся. Это просто нужно пережить, переболеть. А дальше будет легче. Я знаю, что не тот человек, который может давать советы или лезть, куда меня не просят, но я не могу вас не поддержать. Может, потому что тоже прошёл через это. Утешитель из меня тот ещё, конечно, но как умею, вы уж меня простите, — сжал он мою руку, и от его поддержки стало чуть-чуть легче.

— Спасибо, — поблагодарила я его и всё же подняла лицо вверх, не давая слезам пролиться, но они всё равно прорвали плотину моих потуг и текли по вискам и щекам, заползая на подбородок. — Пойдёмте домой, Марк. Уже поздно. Я сильная и справлюсь, но благодарю за поддержку. Наверное, я в ней нуждалась.

Мы отправились назад. Лайтик всё так же пытался дружить с Графом. Котяра важно ступал мягкими лапами и позволял к себе приставать, не выказывая ни благосклонности,