Ее порочный лучший друг - Адель Найт

— Сначала скажи. Ты хочешь профессора?

Она зажмуривается, стискивая глаза.

— Не смей от меня прятаться. Ни одну свою часть, — выдыхаю я, прижимая лоб к ее лбу. — Ты меня не потеряешь. Поверь мне. Поверь в нас.

Ее глаза открываются, потемневшие от желания.

— Да, я хочу профессора. Но тебя — сильнее.

Воспоминание о том, как ее взгляд затуманился от похоти, когда я рассказывал, как был с двумя сразу, сжимает мне яйца от желания и сердце — от надежды.

— Ты можешь иметь нас обоих.

Ее губы приоткрываются от удивления, а мое сердце замирает — теперь уже не от страха, а от ясной цели.

— Ты можешь быть с кем угодно… Только позволь мне быть рядом, прошу.

— Да, — шепчет она и сжимает мой ворот в кулаке, вжимаясь в мои губы с такой силой, будто хочет впиться в саму душу.

Поцелуй — яростный, жадный, такой, что ноги подкашиваются.

Мы — вихрь губ и языков, рук и дыхания. Толкаем, тянем, прижимаемся, будто пытаемся слиться в одно целое.

Мои пальцы снова и снова вонзаются в нее — с каждым толчком я все сильнее хочу, чтобы она разлетелась на кусочки. Хочу показать моей чудесной Лейси, как мы идеальны вместе.

Она должна знать, как я благодарен ей за доверие. За то, что позволила себе отдаться фантазиям, желаниям. За то, что выпускает наружу ту женщину, которая раньше пряталась за румянцем.

Где-то вдалеке хлопает дверь и я тут же вспоминаю, что мы все еще в коридоре моего дома. В любой момент кто-то может пройти мимо и увидеть нас.

Я начинаю отстраняться, но она мотает головой.

— Пойдем внутрь, — шепчу я ей в губы.

Она снова качает головой, закидывает одну ногу мне на бедро, открываясь шире и удерживая меня на месте.

Ее пальцы впиваются в мою руку, она яростно двигается на моей ладони, в рваном, отчаянном ритме. Я ловлю ее стон губами и в этот момент она сотрясается, ее тело в конвульсиях прижимается ко мне, пока ее сладкая влага покрывает мою руку густыми, липкими каплями.

Я стону ей в шею, мои яйца болят от напряжения, требуя разрядки, но все это затмевается одним чувством — восторгом.

Моя чудесная Лейси наконец-то берет то, чего хочет.

Желание взять ее прямо сейчас, прижать к стене и трахнуть так, чтобы все могли видеть, ревет во мне, как зверь.

Но я хочу не спешить. Хочу изучить каждый дюйм ее тела языком, запомнить каждую линию ее изгибов пальцами… и дать ей именно то, чего она жаждет.

Я отпираю дверь и веду ее, шаг за шагом, назад — вглубь своей квартиры.

Она улыбается мне мечтательно, расслабленно, пока я захлопываю за нами дверь.

— Мы сейчас будем трахаться? — мурлычет она.

— Во всех комнатах, — рычу я. — Но сначала… позвоним профессору.

Глава 12



Лейси

Профессор Гибсон стоит у двери Олли, с бутылкой пино-нуар в руке и растерянным выражением на лице.

Олли лениво облокотился на косяк, скрестив руки на груди. Его взгляд скользит вниз по телу профессора, и я невольно представляю каждую грязную фантазию, которую он бы воплотил в кабинете, окажись он там с нами.

Это происходит наяву. Мне достался Олли и новое, захватывающее лицо самой себя, которое я только что открыла.

— Прошу прощения, я, кажется, ошибся квартирой, — произносит профессор Гибсон.

Если бы это случилось всего пару дней назад, я бы в панике спряталась. Но после вкуса профессора на моем языке и огня от прикосновений Олли на коже — пора стать главной героиней собственной истории.

— Вы по адресу, — говорю я и выхожу из-за спины Олли.

Лицо профессора бледнеет, он переводит взгляд с Олли на меня.

— Что здесь происходит?

Я улыбаюсь, стараясь развеять его тревогу.

— Все в порядке. Пожалуйста, заходите. Я все объясню.

Голубая рубашка обтягивает мышцы на его руках, а черные брюки сидят низко на бедрах, притягивая мой взгляд к его сильным бедрам. Щеки заливает жар — я вспоминаю, как чувствовала его вес у себя на языке.

Профессор Гибсон ловит мой взгляд и лишь на секунду колеблется, прежде чем переступить порог квартиры Олли.

Он ставит бутылку вина на стеклянный кофейный столик с глухим стуком и засовывает обе руки в карманы.

— Объяснение было бы кстати, — произносит он.

Пальцы Олли касаются моей спины — теплые, уверенные, ободряющие. Он как будто напоминает мне: я могу получить все, чего хочу. Надо лишь попросить.

— Я писательница, — начинаю я. — И моя следующая книга… о развратном профессоре.

— Простите? — переспросил профессор Гибсон, нахмурив брови.

Я подхожу к книжной полке Олли, где гордо выставлены печатные издания моих книг, и протягиваю одну из них профессору:

— Я — Л. А. Райт.

Он берет книгу, и его брови, еще секунду назад нахмуренные, медленно поднимаются, когда на смену недоумению приходит удивление.

— Вы пишете эротические романы?

— Да.

Он переворачивает книгу в руках, рассматривая обложку, затем наугад листает страницы.

— Любопытно. Вы совсем не такая, какой я вас представлял.

— Простите? — его комментарий застает меня врасплох. С учетом всех его поэтичных речей о взаимном уважении на занятиях, профессор Гибсон оказался таким же недалеким, как и все остальные.

— Я не сужу, — отвечает он, и в его искреннем взгляде тает моя досада. — Просто не ожидал, что автор такого содержания окажется такой молодой и…

— Завораживающей, — заканчивает Олли, подступая вплотную, так что от его жара по моему позвоночнику пробегает дрожь. Кончики его пальцев медленно скользят по моему предплечью и ниже — до бедра, где край юбки касается кожи.

Он начинает проводить ногтями по моей коже — туда-сюда, легкими, цепкими движениями. Мои ноги подкашиваются, я прижимаюсь к нему спиной, пытаясь удержаться, пока он сминает подол юбки в кулаке и медленно тянет его вверх.

Глаза профессора Гибсона прикованы к пальцам Олли, а я, затаив дыхание, ловлю каждую реакцию своего Развратного Профессора. Его губы приоткрыты, грудь тяжело вздымается с каждым сбивчивым вдохом.

Рука Олли замирает в миллиметрах от того, чтобы обнажить мою голую