Сила соблазна - Майя Родейл

— Дорогая Аннабел, мы требуем объяснений, — пробормотала Софи, едва Аннабел успела опуститься на стул. Остальные дамы тоже прислушались.

— Мы с Оуэнсом пришли к взаимопониманию, — ответила Аннабел, не позаботившись приглушить голос. Поймала взгляд Оуэнса, сидевшего на другом конце комнаты. Тот ухмыльнулся и ободряюще кивнул. Что ни говори, а он по-мальчишески красив!

— К какому именно взаимопониманию? — осведомилась Джулиана.

— Если верить Оуэнсу, мужчины обожают соперничество. А мне нужно заставить Найтли гадать, о ком именно я пишу. Таким образом, я смогу свободно писать о своих приключениях.

— Что же, он прав, — согласилась Элайза. — Я нахожу чрезвычайно сложным писать об Уиклифе, не открывая своей роли горничной в его доме.

— Но ты же хочешь, чтобы Найтли узнал о твоих чувствах к нему? — спросила Софи. Справедливый вопрос.

— Хочу, чтобы он понял, какова я на самом деле. И влюбился в меня. Не желаю, чтобы он разгадал, о ком я пишу только из-за глупой ошибки, — пояснила Аннабел и решительно добавила: — Кроме того, я никогда еще так не веселилась. И я работаю.

Дело не в том, что теперь она могла вести беседу с Найтли. Аннабел чувствовала себя другим человеком. Смелой авантюристкой в красивых платьях и бесстыдных шелковых панталонах! До чего же ей нравилась Новая Аннабел!

Дальнейший разговор продолжался шепотом. Аннабел поведала об истории с шалью. Они склонили друг к другу головы и так увлеклись, что Аннабел едва заметила появление Найтли. Но все же заметила, поскольку думала о нем постоянно.

Он снова поймал их за разговором: мисс Свифт и Оуэнса, наглого молодого щеголя! Они явно флиртовали, а Аннабел даже хихикала! Он ничего не упустил. Ни подмигиваний, ни улыбок!

И не мог понять, почему это так его волнует. Волнует — и все тут.

Теперь же он поймал Пишущих Девиц за тихим разговором. Неужели они обсуждают его собственную невинную поездку с ней в экипаже? Но он вел себя как джентльмен! Не мог же он отпустить ее ночью одну, позволить рисковать жизнью из-за шали!

Он поступил правильно. Как истинный джентльмен. Вот только совершенно не чувствовал себя таковым ни в тот момент, ни после. Мысль о том, чтобы овладеть Аннабел, возвращалась с поразительной регулярностью.

— Сначала дамы, — объявил Найтли, входя. Но вместо того, чтобы улыбнуться, насупился. Какое ему дело до того, что между Оуэнсом и Аннабел разгорается роман? Пусть флиртуют, целуются, женятся… ему все равно. Лишь бы не вели себя так в рабочее время.

Но они продолжали строить друг другу глазки через всю комнату! Омерзительно!

— У меня последние сплетни! — сообщила Джулиана.

— Я так и надеялся, — сухо обронил он.

— Насчет пропущенного сезона леди Марсден, — продолжала Джулиана. Гренвилл вздохнул. Найтли разозлился на него, потому что был заинтригован тайной, особенно после знакомства с вышеуказанной леди. Во время прогулки он узнал, что она презирает газеты, жаждет покинуть Лондон, а ее любимым времяпровождением являются танцы. Какая ужасная пара из них получится!

Но он тем не менее попросит ее руки. Ради «Уикли».

И ради того, чтобы навсегда забыть проклятые слова, которые преследовали его годами:

«Вышвырните ублюдка. Ему здесь не место».

— Я провела расследование. Не поднимая шума, разумеется, — продолжала Джулиана. — По официальной версии, она тяжело болела. Однако многие говорят, что у нее появился любовник, причем не ее круга — настоящий скандал! Похоже, брат нашел связку любовных писем и был вне себя от гнева. Положительно взбесился! Запер леди Лидию в ее комнате на целый год!

— И кто ее любовник? — спросила Софи, которой явно не терпелось узнать все.

— Она так и не открыла его имени, — драматично объявила Джулиана.

— И все же ее освободили из заточения, — заметила Элайза столь же драматично.

— Если Марсден действительно запер сестру на год, — вмешался Найтли. Но от него дружно отмахнулись.

— Полагаю, лорд Марсден сдался и решил, что лучше всего выдать ее замуж, — пояснила Джулиана. — Тогда вся эта история станет проблемой другого мужчины.

Она слегка пожала плечами. Очевидно, еще не успела узнать о его тайном сговоре с Марсденом.

Значит, проблема другого мужчины… это проливало совершенно новый свет на всю историю. Однако не меняло того факта, что она сестра влиятельного маркиза.

А леди столь высокого статуса не толкались в очереди, чтобы выйти замуж за незаконнорожденного, да к тому же бизнесмена, пусть и очень богатого.

— Значит, тайные любовники… самая интересная тема для читателей, — откликнулся Оуэнс с другого конца комнаты. А потом подмигнул… подмигнул!.. Аннабел, которая кокетливо захлопала ресницами.

Тошнотворное зрелище. Воистину. В конце концов, это деловое совещание!

— Прошу учесть, — резко бросил Найтли, — что именно лорд Марсден возглавляет парламентское расследование скандала в «Лондон таймс». Я не желаю, чтобы он обратил внимание на «Уикли».

— Однако в обществе ни о чем другом не говорят, — страстно возразила Джулиана. — У меня такое чувство, что вот-вот разразится скандал.

— Мне это безразлично, — отрезал он. И ему действительно все равно, тем более если издательство закроют. Кроме того, леди Лидия, как выяснилось, особенно ненавидит газетчиков, и вряд ли его делу поможет то обстоятельство, что его собственная газета напечатает о ней грязную сплетню.

— Не поверите, на что я пошла, чтобы раздобыть эту информацию, — вскинулась Джулиана.

Найтли только плечами пожал.

— Знать ничего не хочу, — отрезал он. — Когда ваш муж все узнает и в ярости ворвется в мой кабинет, хотелось бы честно ответить, что мне ничего не известно.

— Прекрасно. Возможно, мне следует только упомянуть об этом, — не сдавалась Джулиана, как и подобало настоящему газетчику.

— Никаких упоминаний о Марсденах в этой газете, — сурово объявил Найтли. Джулиана потрясенно охнула. Остальные неловко молчали. Он только что нарушил один из основных принципов газеты. «Все и вся годится в употребление».

Ну и черт с ними!

Однако выражение лица Аннабел тронуло его сердце. Досада и осознание предательства… трудно иначе описать то, что читалось в ее больших голубых глазах. Но он не желал об этом думать. Он принял решение, и теперь оставалось только его выполнить.

Кроме того, у нее есть Оуэнс с его подмигиваниями и улыбками, романтическими вздохами и тошнотворно нежными взглядами, которыми они, кстати сказать, обменивались.

— Прошу вас, мисс Свифт. Если уж разговор зашел о таинственных любовниках, можете сказать, есть ли добавления к вашей колонке? — сухо осведомился Найтли.

Черт побери, он сказал «таинственные любовники»? Да он слабеет прямо на глазах! Но это только в присутствии Аннабел. В остальных случаях его слабым не назовешь! Какого дьявола с ним творится?!