Мэрианн - Техно Ведьма

— НЕТ!!!

«Как всегда пыталась всех спасти». Перечитывала я снова. Вспомнила, как она переживала, когда убили четверых слуг во дворце. Она знала о жизни каждого. И ей верили. Вспомнила и себя.

​

Холодный ливень водяной стеной умывал улицы графства. Сидя под узким навесом я взирала на пустую плошку для милостыни. Конечно, в такую погоду никто не собирался задерживаться и на минуту, чтобы подать монету, тем более взять на ночлег в тепло. Мой отец умер на войне пять лет назад, мать растила меня одна. Пока она работала на ткацкой фабрике, я содержала дом в чистоте и порядке. Но в один момент она начала заболевать и таять на глазах. Одни говорили что это дурной глаз, другие что вредные красители с фабрики, окрашивающие ткани в белоснежные и позолоченные цвета Крэйвол. Постепенно мама начала готовить меня к тому что я буду работать на фабрике вместо неё. Это пугало. Самые страшные подозрения оправдались и в один день она не проснулась. Когда об этом узнало окружение, то наш дом обнесли воры. Я пробовала пойти на фабрику, как рекомендовала мама, но меня не пустили и на порог, сказав что фабрика — не место для игр и велев прийти через пару лет.

И вот я сижу под ливнем обняв колени и смотрю на капли, бьющие по глади в миске для подаяний. Внезапно капли пропали. Подняв голову, я увидела женщину с мягкими чертами лица. Смотрев жалостью, она держала зонт надо мной.

Сначала Гвеневра определила меня в прачечную в особняк графства. Работы было каждый день много, руки регулярно были в мозолях, зато у меня была крыша над головой и еда. В благодарность я вела себя как можно прилежней. Со временем Гвен стала продвигать меня всё выше. Медленно, но верно, год за годом обучая этикету и правилам служения господам. Постепенно и вовсе стала мне как мать.

Всё это я вспоминала когда госпожа Мэри усаживала меня в карету и мы выезжали за пределы земель господина Ролланда. Когда же я узнала у леди Мэри куда мы направляемся, то страх подступил к горлу.

— Миледи, зачем же? Если всё это правда, то это сейчас самое опасное место для вас!

— Во всём случившимся нет моей вины, а значит и опасаться мне нечего.

«Святая наивность», подумала я, глядя в глаза госпоже. После смерти Его Величества, графа и Гвеневры она правда надеялась что просто придёт к королеве и всё объяснит? Я не знала, как её остановить, вспоминая последние слова Гвеневры, сказанные мне перед дорогой, о том чтобы я оберегала леди Мэри что бы ни случилось. Понимаю, для госпожи я наверное была простым подростком рядом с молодой женщиной. До Его Величества Мэри не один год воротила нос от кавалеров разных возрастов, за что многие слуги начали шептаться у неё за спиной о том что она останется одинокой девой. Сейчас же это была меньшая из проблем. Основная проблема, что у Мэри остались привычки и мировоззрение молодой графини.

​

Глядя на отъезжающий экипаж, тяжело вздохнула. Всё что могла, я сделала. Оглядевшись, порадовалась что хоть вещей минимально. Оплатив комнату с двумя кроватями, поднялась наверх и только тут дала себе волю подумать о происходящем. Перед глазами стоял образ Гвеневры. Почему-то в моей голове она была недовольна.

— Я пыталась! — Воскликнула в пустую комнату сама себе. К глазам снова подступили слёзы. Страх перед будущим, ведь я снова была одна, и сама распоряжалась дальнейшими действиями. В отличие от десятилетнего возраста я уже умела держать себя в руках. Подойдя к зеркалу привела себя в порядок. Далее спустилась к хозяину постоялого двора чтобы разузнать о еде. Бытовые хлопоты успокаивали

Гвен много кому была близка из слуг. К каждому она относилась с уважением. Бывало, что так же подбирала подростков с улицы, но и требовала от них достойного отношения. Если же такого не наблюдалось, то и они не задерживались при особняке, так что я могла гордиться собой, что достигла таких высот, как «приставленная» к молодой княгине. Об этом регулярно говорила и сама Гвен, когда я грустила или тосковала. Поэтому мне иногда казалось что опыта и знаний у меня даже больше, чем у господ. Да, я не знаю ни одного бального танца, как не знаю никаких языков и даже в общении с господами иногда теряюсь, в их манере вести светскую беседу. Зато я лучше знаю как устроен простой народ и быт. В итоге было даже своего рода обидно, как легко леди Мэри отмахнулась от моих опасений. Опасения же были и у Гвен, о чём она явно дала понять в нашу последнюю встречу. Особенно сомнителен был крупный кошель, который она сунула мне в карман передника когда мы отъезжали от особняка графов.

На следующий день я начала паниковать. Я ещё могла понять, когда разговор затягивается на несколько часов. Так же не удивилась бы, если бы Её Величество решила оставить Мэри на ночь. Но чтобы на столько… Я постаралась себя успокоить что с Мэри не может произойти ничего серьёзного. В конце концов, все разрушения и смерти принесли фрайфолы, а не крэйволы.

— Она же не могла просто меня бросить? — вопрошала я у своего отражения в пустой комнате. Так было спокойней. Словно там, в зеркале, за моим отражением через мои глаза смотрит Гвеневра. — Она бы обязательно подала бы мне весть, если бы решила продолжить путь одна? — Леди Мэри часто так смотрела на происходящее за ней через зеркало, не оборачиваясь назад. Сейчас же, спустя неделю страх одолевал так, что не хотелось ни выходить из комнаты, ни оставаться в ней одной.

Хозяин комнаты не задавал вопросов. Ему было главное, чтобы я вносила оплату снимаемой комнаты. Я же начала бояться происходящего. В моём кошеле почти не осталось монет, даже с учётом что «Приставленным» платили очень хорошо, но и мы в дороге не первый день. Комната на два стальных места так же была не из дешёвых.

Наконец, мой кошель опустел, я с горечью сжала дарованное Гвеневрой и пошла к хозяину договариваться чтобы комнату поменяли на самую дешёвую. Таковая оказалась под самой крышей. Потолок состоял из двух