Что скрывается за чертополохом - Саманта Янг

А я всегда верила в борьбу безумия с безумием.

— Так это ты засранка, преследующая моего мужчину! — крикнула я.

Глаза Хлои вспыхнули.

— Твоего мужчину?

Я почувствовала, как Уокер подошел ко мне сзади, коснувшись моей спины, ясно понимая мою игру. Не желая ощущать жар его тела, я вплотную приблизилась к Хлое.

— Да, моего мужчину. У нас общий ребенок, — солгала я.

Хлоя уставилась на Уокера через мое плечо.

— Ты женат?

Он молчал, а я стояла с ней нос к носу.

— Да, и у нас есть ребенок. Мы брали перерыв. И теперь мой мужчина говорит мне, что ты его беспокоишь. Он сказал тебе, что не хочет иметь с тобой ничего общего. — Я ткнула в нее пальцем. — И что? Думаешь, если будешь вести себя как психованная, измотаешь его, и он захочет вернуться к тебе?

Я толкнула ее, и она отступила на тротуаре, держась настороженно. Скрывая торжествующую ухмылку, я понизила голос и сказала:

— Думаешь, это ты психованная, Хлоя? Что ж, у моего мужчины есть определенный типаж. И ты еще не видела настоящую психованную… но увидишь, если когда-нибудь снова прикоснешься к Уокеру. Если хоть еще раз свяжешься с ним. — Теперь наши лица почти соприкасались, и я знаю, какой обезумевшей я выглядела, когда прошептала: — Ты когда-нибудь стреляла в кого-нибудь, Хлоя? Потому что я стреляла.

В ее глазах вспыхнул страх, и я почти почувствовала себя плохой, когда она испуганно отшатнулась назад.

— Я не знала, что у него кто-то был.

— Неважно, был у него кто-то или нет. Человек говорит тебе оставить его в покое, ты оставляешь его в покое. Быть преследуемым — не весело. Хочешь, я тебе это докажу? Потому что у меня есть время. Я могу преследовать твою задницу на работе, у тебя дома, в твоем городе. Куда бы ты ни пошла, я буду там. Хочешь?

Хлоя нахмурилась, но покачала головой.

— Неприятности мне не нужны. — С этими словами она бросила на Уокера последний обиженный взгляд и поспешила по улице к «Межесвету».

Я следила, как она садится в свою машину, понимая, что напротив «Флоры» собрались зрители, но не обращала на них внимания. Хлоя сорвалась с места, будто адские псы щелкали зубами у выхлопной трубы ее автомобиля. Она промчалась мимо нас, даже не взглянув.

Наконец, я повернулась лицом к Уокеру.

В животе порхали бабочки.

Потому что Уокер Айронсайд откровенно мне улыбался.

Я никогда не видела у него такой улыбки.

Один уголок губ был приподнят выше другого, а в уголках его глаз образовались притягательный морщинки.

Эта улыбка была чертовски сексуальной.

Я покраснела с головы до ног, но заставила себя улыбнуться.

— В прошлой жизни ты была актрисой? Потому что я почти поверил, что ты обезумела, — пошутил он.

Рассмеявшись, я пожала плечами.

— Без понятия, откуда это взялось. Но было весело.

Плечи Уокера тряслись от смеха, и я старалась не изумляться этому зрелищу. Его улыбка смягчилась, а выражение лица стало почти нежным. От этого в груди вспыхнула сильная боль.

— Зачем ты это сделала?

— Монро могла упомянуть, что подружка на одну ночь доставляет тебе хлопоты. Я догадалась, что речь шла об этой женщине, и мне не понравилось, что она тебя толкнула. Она поступила так, зная, что ты ей не ответишь. — В этом я тоже была абсолютно уверена. — И я у тебя в долгу.

Фирменное угрюмое выражение Уокера вернулось на место.

— Ты мне ничего не должна.

Я ухмыльнулась.

— Теперь нет.

Уголки его губ снова дернулись.

Меня наполнило тепло, и дистанция, которую я ощутила между нами на прошлой неделе, была забыта.

— Келли собирается на день рождения друга, и у меня есть лишние пирожные. Хочешь зайти выпить с ними кофе, пока ее нет?

В этот момент поведение Уокера изменилось. Будто стена опустилась, его лицо перестало что-либо выражать, а тело напряглось.

— Нет, — прямо ответил он. — У меня дела.

Мне потребовалась секунда на то, чтобы надеть броню и скрыть за ней свои раненые чувства. Но мне удалось. Я улыбнулась сквозь боль.

— Конечно. Тогда, хорошего дня.

Пока Келли веселилась на празднике, я поехала к Монро, чтобы все ей рассказать. Взяв с нее клятву сохранить мою тайну. А ей захотелось устроить Уокеру хорошую взбучку. Но я ей сказала, что в этом случае буду не лучше Хлои, наказывая Уокера за то, что он не хотел того же, что и я.

— Тогда, возможно, нам стоит найти тебе кого-то другого, кем можно увлечься.

— Ходить на свидания? — я вздохнула. — Где мне найти время для свиданий?

— Ты выкроишь время.

Монро достала ноутбук и ввела что-то в поисковик.

— Вот, — объявила она через несколько минут. — Через две недели в Инвернессе состоится вечер быстрых свиданий. Мы могли бы присмотреть за Келли.

— А если к тому времени у тебя самой родится ребенок?

Монро покраснела от волнения.

— Тогда за Келли присмотрит Риган.

Я посмеялась над тем, как она смело распорядилась временем бедной Риган, будто она и так для меня мало всего сделала.

— Я подумаю.

Не знаю, говорила ли я серьезно в тот момент.

В понедельник после стычки Уокера с Хлоей не было никаких признаков того, что Уокер присматривает за мной. Никаких следов его в поместье. В конце концов, я сдалась и спросила о нем Монро, и она сказала, что он в отпуске. Она не знала, где он, но он уехал из Ардноха в субботу и, по словам Бродана, будет отсутствовать две недели. Она также сказала, с немалой долей любопытства в голосе, что, по словам Бродана, Уокер каждый год брал две недели отпуска в одно и то же время.

Меня это заинтересовало, но я понимала, что, скорее всего, никогда об этом не узнаю. Уокер не говорил мне, что собирается уехать из поместья. Он не знал, что его отсутствие заставит меня чувствовать себя в меньшей безопасности. Он не знал этого, потому что не хотел знать. На самом деле, я подозревала, что его бы еще больше обеспокоил тот факт, что в его присутствии я чувствовала себя в безопасности.

Он не хотел быть для меня таким человеком.

Мы с Уокером не были друзьями.

Мы были никем.

ГЛАВА 8

Шел конец первой недели сентября, и