Стану тебе женой - Юлия Бонд

Следуя совету Радмира, возвращаюсь на кухню. Я уже не плачу, но внутри меня до сих пор всё трясётся, переворачивается. Нервно кусаю себя за указательный палец, зарываюсь пятернёй в волосах, обдумывая то, что услышала под кабинетом Радмира.

На самом деле мне очень страшно, но бросать Радмира я даже думать не смею! Я его до последнего вздоха, как и обещала.

Моё уединение нарушается через десять минут.

— Ну и что это было, Наташ?

Отрываю взгляд от окна, за которым вальсируют пушистые снежинки. Смотрю на Радмира пристально. Он всё понял, только как и я решил не разговаривать о наших проблемах при его друге.

— Я слышала ваш с Марком разговор.

— Я даже не удивляюсь, — криво ухмыляется, руки на груди скрещивает, — это у тебя такая привычка — подслушивать?

— Нет. Это вышло случайно!

— Да, ладно? — смотрит на меня с недоверием. — Тогда в СТО ты тоже случайно подслушала.

— Значит, вот как ты покупаешь-продаёшь? — спрашиваю, игнорируя камни, летящие в мой огород.

— Это был единичный случай.

— Его вообще не должно было быть!

— Согласен, но не все ведут бизнес честно.

— А ты честный?

— Стараюсь.

— Тогда почему в нас стреляли и где гарантия, что не будут стрелять ещё?

— Ты серьёзно готова узнать почему? — киваю в ответ.

Рад утягивает меня за руку, усаживая к себе на колени. Забравшись под футболку, ладонью гладит бедро вверх-вниз, вызывая в моём теле знакомый трепет.

— Влад — мой босс и по совместительству друг. Костюк — наш главный конкурент. Тогда на трассе стреляли люди Костюка. Они хотели нас напугать, точнее, меня, ты оказалась рядом со мной случайно.

— Ничего себе “напугать”! Они убить могли.

— Не думаю, что до этого бы дошло. Никто не ожидал, что я не справлюсь с управлением “Ровера”, выскочу на встречку и столкнусь с фурой.

— Всё равно это их не оправдывает. Рад, признайся мне честно, ты всё-таки бандит?

— Почему ты мне не веришь? Я сколько раз сказал тебе “нет”?

— Да потому что в обычных людей не стреляют посреди белого дня! А ещё друзья обычных людей не говорят, что лучше бы их считали мёртвыми любимые женщины, потому что так безопаснее.

— Наташа, речь идёт о больших деньгах. Очень больших! А Костюк не может смириться с тем, что он больше не лидер на аграрном рынке и поэтому постоянно вставляет палки в колёса.

— И чем же вы таким занимаетесь?

— Покупаем у фермеров нишевую культуру: зерно, кукурузу, семечки; собираем урожай на полях и перевозим его в элеватор. Там оно доводится до нужной кондиции и хранится до определённого времени, дальше отгружается в вагоны и следует в морской порт для международной торговли. Так что видишь, ничего криминального.

— Ты мне зубы заговариваешь, Рад.

— Милая, я не всё тебе рассказываю, да. Но это только лишь для твоего блага.

— Думаешь, сладкая ложь лучше горькой правды?

— Но я не вру тебе, Наташа. Я не торгую: людьми, оружием, наркотой, контрабандой. Ничего криминального нет. С Костюком — это временные трудности и в скором времени они закончатся.

— Рад, зачем тебе такая работая, хм? — смотрю на него пристально, заглядывая в глаза.

— Потому что она приносит много денег.

— Зачем тебе много денег?

— Глупый вопрос, не находишь ли? — дерзко улыбнувшись, ластиться ко мне, как мартовский кот, носом трётся о мою щеку.

— Если ты хочешь, чтобы я стала твоей женой, то ты должен считаться с моим мнением.

— Ну давай делись своим мнением, Наташа.

Обвиваю сильную шею обеими руками, ногтями царапаю кожу в том месте, где нравится Раду, отчего он, прикрывая глаза, расслабляется.

— Я слышала, ты хочешь выйти из этого дела.

— У кого-то не уши, а прям настоящие локаторы, — улыбается Рад, прикусывая мочку моего уха.

— Рад, подожди, — руками упираюсь в его плечи, — я ещё не договорила. Разорви с этим Владом все отношения как можно раньше. Нам с ребёнком не нужно много денег. Нам ты нужен, живой и невредимый.

Глава 11

— Мам, а можно мне ещё один кусочек тортика? — просит малышка, кивая на торт, что мы принесли в гости к тёте Тане.

— Да, конечно, зайка. Вот этот с вишенкой будешь? — аккуратно перекладываю кусок торта с большого блюда на тарелку, следом повторяю для Кати.

Когда девчонки уходят и мы с Танюхой остаёмся наедине, у меня звонит мобильный и я быстро принимаю вызов, ткнув пальцем на зелёную трубку.

— Привет, что делаешь? — хриплый тембр голоса ласкает мой слух и я едва не мурлычу в трубку.

— Привет, торт ем

— Вкусный?

— Угу, — отправляю засахаренную вишню в рот.

— Мля, Наташа, ты так сексуально причмокиваешь.

Тяжело дышит и мне нравится вот как сейчас: дразнить его и наблюдать за реакцией, которая точно не заставит себя долго ждать. Секунда, две, три…

— Пришли мне свою фотку, — требует Рад.

— Сейчас?

— Да. Хочу посмотреть, как ты ешь торт.

Жму на красную трубку, завершая звонок. Беру со стола кусочек торта и направляюсь с ним в ванную комнату, чтобы сделать пикантный снимок. Закрывшись изнутри на замок, снимаю кофту, оставаясь в одном кружевном лифчике. Немного приспускаю чашечки, подцепив пальцем горошину сливочного торта, размазываю по коже в чувствительном месте…

Распускаю волосы, немного качаю головой, чтобы появилась некая небрежность и объём. Смотрю на себя в зеркало и не узнаю. Выгляжу пошло. И если бы в таком виде появилась перед Радом, он бы точно меня всю жадно съел.

Делаю снимок, отправляю Радмиру. Под сообщением появляются две фиолетовых галочки — прочитал, но всё ещё не отвечает. Видимо, детально разглядывает… извращенец!

Мобильник оживает.

— Дразнишь меня? — спрашивает и я ласково мурлычу “угу”. — Я бы тебя сейчас всю этим кремом испачкал и съел.

— Так приезжай. Испачкай меня… всю.

Вздыхает.

— Не могу. Я от тебя за двести километров сейчас. Придётся в машине пофантазировать.

Теперь вздыхаю я. Он на работе. На своей дурацкой опасной работе, где платят огромные деньги и стреляют в людей посреди белого дня.

— Я скучаю, милый. Видеть тебя хочу. Когда ты приедешь?

— Скоро. Я договорился о венчании. Будет в пятницу в Покровском соборе. Я тебе деньги на карту отправил, купи себе подвенечное платье.

— Как? Уже?

— Ты будто не рада? — ухмыляется.

— Рада, но это неожиданно.

— Мы говорили с тобой на эту тему на выходных. Ничего не изменилось. Или ты передумала?

— Нет. Не дождёшься!

— Извини, детка, у меня вторая линия. Я перезвоню тебе позже, — прощается в спешке, а затем его голос становится хриплым: —