(Не)зависимость - Терин Рем

- Ты о чем? – искренне не поняла я.

- О капитане и тех мужчинах, что ты по дурости назвала мужьями.

- Ты слишком высокого о себе мнения Инси. Может ты мне и аин, но особого влечения к тебе я больше не испытываю. С Сергассом я зашла бы так далеко, как я того хочу, если бы ты не появился, да и остальные мужья мне очень нравятся. Может, когда узнаю их лучше, то буду питать к ним те же чувства, что и к вам с нагом, - уверенно ответила я.

- Даже к висельнику? Прекращай этот цирк Сандра. В ближайшем храме можно будет разорвать ваши узы. Капитана я еще готов терпеть, но не всех тех бродяг, что ты собрала вокруг себя, - покраснел от злости эльф.

- Богиня благословила наши узы татуировками. Ты действительно хочешь, чтобы я от них отказалась и обрекла на долгую и мучительную смерть? – ужаснулась я, не веря, что мой идеально спокойный ушастик способен на такую жестокость.

- Я не хочу им смерти, но и делить тебя с ними не хочу! Если бы ты хоть изредка думала, прежде чем говорить, то мы не оказались бы в такой ситуации. Хотя я тоже очень виноват, видимо я разгневал Пресветлую своими богохульными речами, раз она так меня наказала, - с досадой и усталостью сказал эльф, присаживаясь лицом к выходу. Я обняла аина со спины и положила голову ему на плечо, как всегда делала, чтобы утешить своего гордого эльфа.

- Я не хочу от них отказываться Инси. Они и вправду мне все по-своему дороги, ну кроме висельника, которого я не знаю, но думаю, раз Пресветлая вмешалась, значит и он достоин шанса. Я не знаю, как быть в этой ситуации, и думаю решать только тебе: или мы все станем семьей или я все же потеряю аина и большую часть своей души. Не заставляй меня делать такой выбор, пожалуйста. Мама счастлива с семью мужьями, и никто из них не обижен. Не отвергай меня, пожалуйста, - сказала я целуя его в острый кончик уха, от чего его кожа покрылась мурашками.

В ответ мой эльф сгреб меня и поцеловал так, что я забыла, как дышать.

- Хорошо Сандра, я приму еще четверых мужей, но у меня есть два условия, - сказал аин, упрямо выдвинув вперед подбородок, как всегда делал, когда не готов был дальше уступать. Я замерла в ожидании. – Во-первых: нас будет пятеро и больше никаких мужей, - хмуро сказал он, а я в ответ только радостно закивала. Конечно больше никого!

- А во-вторых, я хочу быть с вами с Сергассом, когда вы будете…, - окончание фразы Инси не договорил, смутившись, но и так было понятно, о чем он.

- Хорошо, но зачем тебе это? – мысль о том, что рядом будут сразу двое моих мужчин, одновременно смущала и заводила.

- Мне понравилось видеть, как ты сгораешь от страсти, в руках нага. Хочу быть с вами, меня учили этому, - сказал эльф, краснея, но с взглядом полным решимости.

Я только кивнула, хотя еще не знаю, как буду уговаривать моего змея на это безобразие, только ради того, чтобы наладить отношения со всеми своими мужчинами я готова на многое, а Сергасс, самый разумный из них.

Позавтракав, мы выдвинулись в путь.

В день битвы погибли около половины отряда Сергасса и пятеро эльфов Инсиниэля. Их тела кремировали еще вчера, а урны с прахом поместили в одну из уцелевших кибиток. Раненных было много, но моя целительская магия быстро вернула их в строй, из-за чего сама я сутки пролежала с истощением в ставшей родной кибитке Сергасса. Приятной неожиданностью стало повышенное внимание моих новоявленных мужей. Особенно удивил Дерик. Великан сменил гнев на милость и пытался пусть и немного неуклюже, но все же очень мило ухаживать за мной.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Он постоянно был, рядом оттеснив Айверса и нага, поражая меня своим остроумием и дружелюбием.

Как относиться к своему внезапному замужеству я еще не решила, но раз Пресветлая дала свое благословение в виде татуировок, то с этими мужчинами мне предстоит прожить всю жизнь.

Каменная пустыня постепенно сменилась редколесьем и через несколько дней мы добрались до границы пустоши. Последние сутки пути до ближайшего городка мы решили не останавливаться на привал, торопясь найти моего самого загадочного спутника.

Николас Ренаро.

Совсем недавно я был уверен, что белая полоса закончилась вместе с моей короткой и бесцельной жизнью.

Еще пару месяцев назад я был сыном наместницы Рандо. Пусть это небольшой город, но он стоит на самом краю Гиблой пустоши и является отправной точкой всех караванов, поэтому наша семья была весьма зажиточной.

Мать очень любила своего мужа Фернана, несмотря на то, что он не мог стать отцом ее детей из-за проблем со здоровьем. Чтобы успокоить родных, она взяла в мужья еще и моего отца, так что мы были единственной семьей в городе, где у женщины только два супруга. Семьдесят лет назад мама родила меня и больше ни разу не посетила спальню папы. Устав от одиночества и пренебрежения со стороны супруги отец сбежал когда мне было только десять лет, однако я никогда не чувствовал себя одиноким, ведь Фернан и мама дарили мне все свое тепло.

А год назад и без того шаткое здоровье папы ухудшилось и он сгорел за пару месяцев. Ни жрецы, ни сильнейшие целители ничего не смогли сделать и однажды тот, кого я всегда звал отцом, просто не проснулся.

Мама от горя перестала жить. Она не интересовалась ни делами города, ни растущим недовольством чиновников и горожан, а потом и она ушла вслед за своим любимым, выпив яд. В тот день, когда ее не стало, я понял, что остался совершенно одиноким. Где мой настоящий отец мне неизвестно, время стерло из моей памяти даже его имя.

День прощания с мамой стал самым черным в моей жизни. Бесконечная вереница малознакомых лиц, сочувственные речи и лживые сожаления, и когда я уже решил, что все закончилось, в наш дом ворвался отряд стражи. Мне скрутили руки и зачитав какие-то глупые обвинения в воровстве.

Месяц я провел в сырой и грязной камере, не имея возможности оправдаться.

В какой-то момент пришло осознание, что мне не выбраться из этой западни. Потом была площадь,