Дивный сад любви - Дэй Леклер

Уинн пробормотала, потупившись:

– Я, должно быть, упустила что-то из виду…

– Все было бы забавно, если б не было так серьезно. До того, как Джейк женился на вас, действия его были разыграны как по нотам. Он берет простую, практичную, уравновешенную женщину, женится на ней и ведет ее в суд.

– Практичную? А я на нее не похожа?

– К сожалению, вы не совсем отвечаете запланированным критериям. – Поколебавшись, Питер добавил: – Но дело не в этом. Единственным существенным требованием было, чтобы жена добровольно, без принуждения встала перед судьей, а если потребуется, и перед всеми собравшимися в зале суда, и сказала бы то, что необходимо. Но после того, как Джейк привел вас в свой дом, он только и думает что о практическом выполнении условия.

Какого условия? – хотелось спросить Уинн, но она постеснялась. Было очевидно: Питер считал, что Джейк посвятил ее во все подробности.

– Вы говорите, Джейк особенно беспокоится об этой части завещания. Почему?

– Он не хочет ставить вас в… щекотливое положение. Джейк попросил меня устроить встречу с судьей более… частного характера, так сказать. – Питер как-то странно передернул плечами. – Ну… в конце концов, вам не придется стоять перед судом и рассказывать всем жителям Честерфилда, что вы практически осуществили брак. Хотя, я согласен, и во время обеда говорить об этом не очень приятно.

Уинн побледнела, кружка ее застучала о стол.

– Так я должна…

– Невероятно, да? – кивнул Питер. – Мистер Честерфилд был такой чудак. Он очень хотел, чтобы Джейк по-настоящему женился.

– Почему? – снова спросила она.

Питер уселся поудобнее.

– Вы лучше задайте этот вопрос Джейку. – Он допил кофе и встал, прихватив с собой два печенья. – Извините, что я, как Винни-Пух, поел и сразу ухожу. Мне нужно было только удостовериться, что все готово.

– Спасибо, что зашли.

– А я благодарю за гостеприимство. Увидимся вечером.

Еще целый час после его ухода Уинн, накрывая на стол и готовясь к вечеру, мысленно прокручивала разговор с Питером. Но почему Джейк не предупредил ее? Может быть, намеревался сделать это прямо перед обедом, накануне прихода гостей? Непонятно.

К ужину все было готово. Мягким, матовым блеском сияло столовое серебро. Прекрасный стол вишневого дерева она отполировала так, что тот сиял, как люстра; в самом центре стола, в красивой серебряной вазе красовался букет, принесенный Питером. Оставалось только принять душ и переодеться.

Джейк вошел в спальню, когда она выходила из ванной комнаты.

– Я видел стол, – сказал он. – Ты здорово поработала. Спасибо.

– Мне бы не хотелось, чтоб у Рэндолфа был повод для замечаний.

Он усмехнулся.

– Это его не остановит. Но все равно – спасибо.

– Дасти с мальчиками уехал?

– Только что. Они в восторге от одной мысли о том, что поедут в ночное с настоящими ковбоями. Чик так обрадовался, что связно сказал несколько слов. Он скоро начнет говорить, вот увидишь. Все ковбои доброжелательно относятся к нему.

– Я рада.

– Он хороший паренек, только вот не повезло ему… – Джейк вздохнул, как бы собираясь с силами. – Послушай, мне надо поговорить с тобой, – произнес он, подходя к ней сзади и снимая с ее головы полотенце.

Ну вот, подумала она. Сейчас скажет правду об этом званом обеде.

– Какие-нибудь проблемы?

– Никаких проблем. Я просто думаю, ты должна знать… что судья Грейдон может задать тебе кое-какие вопросы.

– О чем?

– О нашем браке. – Он запустил пальцы в ее влажные волосы, погладил по затылку. – Этот Грейдон – занудливый старикан, так что отнесись к нему с юмором, ладно?

– Но ты хочешь, чтоб я ответила на его вопросы?

– Да. Если он зайдет слишком далеко, я его остановлю.

– О, Джейк, – прошептала она, – я так рада, что ты вошел в мою жизнь.

Он закрыл глаза. Уинн обхватила его руками за шею. Больше всего на свете ей хотелось сейчас сказать ему только три слова: я люблю тебя. Для нее было бы большим наслаждением произнести их, но она знала, что у Джейка эти слова вызовут боль и тревогу. Не стоит усложнять ему жизнь, подумала она. Однако, не в силах удержаться от прилива нежности, она поцеловала его долгим страстным поцелуем.

Он крепче прижал ее к себе.

– У нас ведь уже нет на это времени, так ведь?

– Наверное, нет. Если мы хотим встретить гостей.

– Вообще-то можно повесить табличку «Чувствуйте себя как дома» и оставить дверь открытой. Если мы задержимся, судье и вопросов никаких не придется задавать.

– Что и требовалось доказать?

– Что и требовалось доказать.

– Я не знаю, как они вообще могут сомневаться. Ни одна женщина не устоит против такого мужчины.

Он тихо засмеялся, прижавшись губами к ее уху.

– Ты сама такая красивая, что я уже не могу терпеть. Но… Оденься, пока я приму душ. А то еще мгновение – и я утащу тебя в постель на целые сутки.

– Заманчиво звучит, мистер Хондо, очень заманчиво.

Он поцеловал ее страстно, ненасытно, и поцелуй этот говорил яснее всяких слов. Надежда окрылила Уинн.

Или… может, это ложная надежда?