Нянь - Чарли Маар

Глава 19

Теона

Мне очень хорошо. Тепло и спокойно. Я вижу во сне красивый пляж с золотистым песком, голубое море и зеленые горы. Меня будто окружает что-то мягкое. Будто кто-то укрывает теплом и нежностью мое уставшее тело.

Я улыбаюсь и потягиваюсь. Делаю глубокий вдох, сразу ощущая приятный хвойный аромат, а затем в животе становится жарко. Щекочущее чувство поднимается снизу-вверх и рождает сладкий трепет в груди. Чье-то дыхание касается моего уха и ползет по шее.

Резко распахиваю веки.

Дыхание?

Поворачиваю голову набок и тут же упираюсь взглядом в крепкую грудь мужчины.

Илья Бриг лежит на моей кровати, в моей комнате, и обнимает меня своей лапищей. Это его дыхание скользит по моей шее! Какого черта он спит тут?!

А Никита, тем временем, сладко сопит между нашими телами.

Я осторожно тянусь к сыну и трогаю лоб. Горячий, но не сильно.

Пусть малыш поспит еще немного.

– Илья? – шепотом зову мужчину, разглядывая его умиротворенное лицо и длинные пушистые ресницы.

Даже у меня таких нет! Я уже думала об этом?

– Илья?! – снова зову, когда мужчина не реагирует.

Впрочем, он и теперь не реагирует.

Проклятье!

Поджав губы, откидываюсь головой на подушку, но в тот же миг снова подскакиваю, потому что ладонь Брига неожиданно скользит вверх по моей пояснице и поглаживает.

В памяти яркой вспышкой рождается момент из прошлого, когда я уже просыпалась в одной постели с ним. И чем это закончилось, я тоже помню…

– Бриг, если ты притворяешься спящим, чтобы полапать меня, я тебя убью! – шиплю на мужчину и стараюсь аккуратно смахнуть с себя его руку так, чтобы при этом не разбудить сына.

Уголки губ Брига еле заметно дергаются вверх.

Вот же… Он нифига не спит! Обманщик!

– Все собираешь новые истории, чтобы потом рассказывать другим девушкам? – щипаю мужчину за плечо.

– Ауч!– смеется Илья.

Но глаза так и не открывает.

– Знаешь, Колючка, а таких историй, как с тобой, у меня почти нет. Точнее, они и есть только с тобой, – хрипло говорит мужчина все еще с закрытыми глазами.

– Не подмазывайся! Немедленно выметайся из моей кровати. У тебя своя есть! Что ты вообще здесь делаешь?

– Так ты же сама была не против вчера ночью, чтобы я остался, – улыбается Илья во все тридцать два.

– Я была не против, чтобы ты остался на поболтать! Речи о «спать в одной постели» не шло!

– Да? Нууу, я так сразу и не понял. И ты уже уснула, так что я не мог переспросить. Вдруг ты хотела, чтобы я остался, и разозлилась бы, если бы я этого не сделал?

– Ты же понимаешь, что несешь полную чушь опять? И открой уже глаза!

Он сразу подчиняется. Веки распахиваются, и теперь я вижу, как внутри его зрачков пляшут смешинки и веселые черти.

– Открыл. Довольна?

– Еще нет! Но буду довольна, когда ты встанешь с кровати!

– А если я не хочу?

– Что значит, не хочешь?! Я хочу.

– Не обманывай, Тео. Я знаю, что нравлюсь тебе, – хмыкает мужчина.

Его горячая рука, которую мне недавно удалось с себя спихнуть, вновь ложится мне на талию и слегка сжимает.

Ощущения слишком приятные, чтобы их можно было просто терпеть. Как и полтора года назад в касаниях этого мужчины, в голосе и запахе есть что-то такое, что затуманивает разум. Мои мысли будто покрываются толстым слоем патоки. Очень трудно через этот слой пробраться здравому смыслу.

Вчера ночью мне действительно было очень хорошо с Ильей. Да и днем тоже. Я имею в виду наши разговоры, его шуточные истории и советы по работе.

Я не глупая, и понимаю, что к Илье меня влечет, но дело не только в этом. Мне с ним интересно. Это все усложняет. Потому что, когда тебе с человеком хорошо как с личностью, становится сложнее его отпускать.

– Убери руку, наглец! – все же пытаюсь сопротивляться зову инстинкта. – Мне нужно проверить сына!

Его брови тут же сходятся на переносице, а хмурый взгляд упирается в малыша, спящего между нами.

– Как он? Температура есть?

– Небольшая вроде. Но все равно стоит измерить точно.

Илья, наконец, убирает ладонь с моей талии и осторожно поднимается.

– Где градусник? Я подам.

– Там. На тумбе, – указываю пальцем.

Когда Бриг поднимается с кровати, вместе с ним сразу уходит тепло и становится как-то некомфортно. Даже Никита заворочался.

«О чем ты, Тео? Ты же сама просила, чтобы он встал. Не выдумывай! Это просто прохладный воздух так действует!»