Временная мама - Ольга Алёшкина

— Да, не в этот раз! – в голос согласились мы.

Обманывать деда оказалось не так-то и просто. Он насупил брови, когда я ему сказала, что Игорь навещает маму, неожиданно вернувшуюся из Испании. Мать Игоря действительно улетела туда на заработки, год тому назад.

— Вы должны были ехать вместе, раз вы семья, — сказал он.

— Но вы тоже моя семья, я хотела остаться с вами, — возразила я. Сведенные брови разгладились, дед немного потеплел и спросил:

— А мальчик где?

Славика он звал мальчиком и никак иначе. Сомневаюсь, что у деда непорядок с памятью, дело тут в другом: он его так и не принял. Справедливости ради замечу, виделись они всего пару раз, возможно, позже бы, когда привык…

— Славик у своей мамы на каникулах, — ответила я и успокоила себя: вроде и не обманула.

— А ты уверена, что они не одну и ту же маму навещают? — с прищуром заметил дед, на что Зоя Федоровна воскликнула:

— Побойся бога, Иван, что же ты такое говоришь-то!

— Дед, Никитка для тебя стих подготовил, — влезла Лидка, рассеивая всеобщее замешательство. Она подтянула за руку моего племянника, выставив его вперед, как щит, тот замер перед дедом и вздернул подбородок. Смешной.

Стишку умилились все, включая меня, дед даже слезу пустил. Вручил Никитке подарок, прижал к себе ребенка и, поглядывая на меня, вздохнул:

— Ещё бы правнучку дождаться...

Я почувствовала укор в этом вздохе, но мысленно отмахнулась – мне решать, когда заводить детей.

— Так, все моем руки и за стол! — скомандовала мама. — Лиза, расставляй бокалы, а ты, Лида, вон ту салатницу прихвати.

Праздновали в гостиной, за длинным столом, который раздвинули по случаю праздника. В полночь, с опозданием в пять минут, пришло сообщение. Были и другие: от подруг, коллег, от Федорова, но это, обычный смайлик в «ВК», оказалось для меня самым важным. «С новым годом!» — раскинув руки, кричал на нем дед Мороз. От Славика. Не забыл про меня.

«И тебя с новым годом! – набила я, и вторым предложением добавила: — Пусть все твои мечты исполнятся, будь счастлив!»

Ночью мне не спалось. Утро уже, конечно, приближалось, но я все сидела в полумраке гостиной и пялилась в телевизор. Всё уже разбрелись по спальням, деда и Зою Федоровну увез домой, так кстати непьющий зять, оставаться с ночевкой дед категорически воспротивился. Последней ушла мама, подозрительно долго возившаяся с посудой в серванте. Я сделала звук на минимум и сказала:

— Ты иди, мам, я немного посмотрю ещё, и тоже лягу.

— Ты грустишь, — повернулась она. Не спрашивает, констатирует будто.

— Нет-нет, — заверила я и ткнула в экран: — Фильм досмотрю.

Шла одна из советских комедий, название не вспомню, которые вечно на новогодние праздники транслировали. Фильм меня абсолютно не интересовал, но это лучше, чем вертеться с боку на бок в кровати. Мама ушла, я перевела взгляд на горящую огнями елку и тяжко вздохнула: у меня хорошая семья. Нет, правда. У меня клевая сестра, замечательные родители, дед мировой, просто дотошный, отчего так паршиво-то на душе? Может, зря я на отпуск с Максом не согласилась? Заплатила бы за себя сама, в номерах разных могли бы поселиться… вполне себе вариант.

Я проверила мессенджер, последний раз он был онлайн больше часа назад. Перечитала все поздравительные сообщения от него и отложила трубку, попутно зацепив конфету из вазы, развернула и сунула в рот. Сладкое, говорят, гормоны радости повышает. Желейная масса прилипла к эмали, я развернула смятый в ладони фантик – «Жужа». Из тех, что я с собой прихватила. На вкус они, конечно, так себе, хотя Никитка подтаскивал, пока мать не пресекла эти «вражеские» набеги.

«Хорошо бы должок вернуть, алаверды…» — вяло подумала я, и даже воодушевилась немного.

Беда в том, что бить следовало, так сказать, по больному, а не одного уязвимого места соседа я не знала. Я вообще не имею о нем ни малейшего представления. В таких условиях фантазии особо не разгуляться. Может Лидку подключить, наверняка, что-нибудь да придумаем совместно?

Я все-таки выключила телик и побрела спать, чувствуя себя ребенком, который ждал чуда от новогодней ночи, а оно не случилось. Ребенком, которому ещё невдомек, что все чудеса мы себе устраиваем сами.

«Завтра я проснусь, начну отсчет нового года и новой жизни, — твердо решила я. — А прошлое оставлю в прошлом. Аминь».

И все-таки уснула, не подозревая, насколько я не права.