В первый раз - Эйми Карсон

— И как тебе первый раз с новичком? — пробормотала Жак.

— Такого я не ожидал, — ответил Блейк с ухмылкой.

Жак была единственной, особенной. В ней удивительным образом сочетались самые разные качества. Она была сексуальной, умной, ее находчивость граничила с нахальством, а дерзкая самоуверенность и уличные замашки уживались с невинностью.

Ее руки лежали на плечах Блейка; она лишь приподняла голову, желая заглянуть ему в глаза.

— Это хорошо? — спросила она. — Или плохо?

Блейк вздрогнул, заметив ее неуверенность.

— Ты потрясающая, — ответил он и попытался побороть внезапно пробудившийся инстинкт собственника. — Но у меня есть вопрос.

— Какой?

Блейк поднес руку Жак к губам и поцеловал татуировку на запястье:

— Что ты теперь будешь с этим делать? Изменишь ноты?

Она удивленно посмотрела на него:

— Возможно, просто перечеркну все это.

Блейк рассмеялся, в очередной раз очарованный женщиной, которая не пасовала перед препятствиями и вкладывала душу во все, что делала, не страшась последствий.

Он озабоченно нахмурился:

— Не забудь, завтра у нас первое слушание в суде.

— Я помню, — ответила Жак с горестным вздохом. — Но ты обещал мне ночевку, Костюмчик. — Она обвила руками его шею. — А это значит, что ты мой до рассвета.

Блейка снова охватило желание, и он перекатился, подмяв Жак под себя. Ее дыхание было мягким, голос стал ниже, когда она подвигала бедрами, устраиваясь поудобнее.

— А невинным уступки не полагается?

— Если так проявляется твоя невинность… — он прижался к ее шее, вдыхая аромат клубничного шампуня, — то что же будет, когда ты расхрабришься?

То, что последовало за этим, лишь подтвердило очевидное: Блейк нажил-таки себе неприятностей.

Настал следующий день. Жак пыталась поудобнее устроиться на жесткой деревянной скамье в коридоре здания суда.

Сегодня утром она проснулась с восходом солнца. Она была одна. На ней по-прежнему была футболка, а простыня прикрывала ее голые ноги. Рядом лежала записка с напоминанием о слушании.

Жак вздохнула, расправив черно-белое хлопковое платье. Страх сковал ее настолько, что вряд ли сегодня она поведет себя легкомысленно. Конечно, первое утро после замечательного секса вряд ли стоило проводить в храме Фемиды, но раз уж Жак суждено пережить это, она хотя бы будет хорошо выглядеть.

Правда, от этой мысли легче не стало.

Здесь было полно народу, и Жак пыталась хоть на секунду отвлечься и перестать высматривать Блейка. Если он не появится, ей придется туго. Жак необходимы его уверенность и поддержка. Однако она боялась оставаться с Блейком наедине, пока между ними сохранялась неловкость и действовали определенные правила, которых принято придерживаться после единственной восхитительной ночи.

Но будет ли эта ночь единственной?

Сердце Жак бешено застучало, когда в коридоре появился Блейк. Неизменный костюм шикарно смотрелся на нем. На теле Блейка, которое она теперь знала лучше, чем свое собственное, не было ни единого места, которое не облизала бы Жак, а кое-где даже остались следы. Вернулись воспоминания, ее лицо запылало.

Заметив наконец Жак, Блейк остановился на мгновение, затем подошел ближе. Его брови удивленно приподнялись.

— Ты надела платье?

Не этих слов она ожидала от него.

Раздраженная, Жак поднялась и скрестила руки на груди. Она все же не утратила чувства юмора: к платью прилагались пиджак спортивного покроя, черные легинсы и туфли на пугающе высокой чернобелой платформе, которая напоминала о гангстерах тридцатых годов.

— Это все, что ты можешь сказать, после того как сегодня утром удрал из постели?

На мгновение Блейк с силой сжал губы, но затем развел руками, словно отступая.

— Здесь не место и не время обсуждать подобные вопросы, — бесстрастно произнес он.

— Можно было обсудить это за завтраком.

— У меня была назначена встреча на семь утра.

Жак вздрогнула:

— Ну ладно, шесть утра — рановато для завтрака. Но ты мог хотя бы разбудить меня и попрощаться.

Блейк приподнял бровь:

— Я пытался, но ты спала как убитая.

Это, наверное, расплата за испытанное ночью удовольствие.

— Я так сильно устала не только по своей вине. Ты тоже приложил к этому руку.

Глаза Блейка блеснули, в них отразились предупреждение и жажда одновременно. Жак была возбуждена и опустошена. Блейк не вел себя как подобает любовнику. Сейчас он был просто человеком, который научил ее, что оргазм может быть намного сильнее, если в процессе участвуют два человека. Но он с самого начала высказался предельно ясно.

Они смотрели друг другу в глаза, и, поскольку лицо Блейка так и осталось равнодушным, Жак решилась испытать удачу в последний раз:

— Я и правда могу рассчитывать только на одну ночь?

Он опустил взгляд, желая создать хотя бы видимость того, что ему жаль.

— Я не только представляю тебя в суде, но также занимаюсь самым важным за всю историю моей карьеру делом, — произнес Блейк. — Поэтому мне нужно… сосредоточиться.

Жак впилась взглядом в его лицо, задержавшись на губах, которые были невероятно чувственными и искусными. Они заставляли ее стонать и трепетать от наслаждения.

— Блейк! — послышался мужской голос с противоположного конца коридора.

Отринув прочь смущающие мысли, Жак посмотрела на седовласого мужчину, который приближался к ним. Еще один законник в костюме.

Мужчина остановился и хлопнул Блейка по спине:

— Рад видеть тебя, сынок.

Они быстро переговорили о деле.

Прежде чем уйти, мужчина наклонился поближе к Блейку, словно желая сообщить ему важную новость.

— По всем данным, дело Менендеса выгорит. Твое имя первое списке на повышение. Карьера у тебя в кармане.

Жак старалась не выказывать удивления, наблюдая за удаляющимся мужчиной. Ее лицо немного смягчилось.

— Твой отец гордился бы тобой, — произнесла она.

Какая-то эмоция озарила лицо Блейка и тут же пропала — слишком быстро, чтобы Жак могла распознать ее.

Гордость? Решимость? Или что-то еще?

— Спасибо, — ответил Блейк.

— Чем занимался твой отец?

Он взял Жак за локоть и повел по коридору, а ее непослушное сердце радовалось его прикосновению, пусть и мимолетному.

— Он был прокурором южного округа Флориды, назначенным президентом.