В первый раз - Эйми Карсон

— Блейк! — вскрикнула она, впиваясь в его плечи.

Сердце готово было выскочить из груди. Он пытался вновь обрести рассудок. Ее лоно было невероятно узким и горячим. И влажным. Но Блейк должен был остановиться. Должен был вздохнуть.

Подумать о…

— Блейк… — прошептала Жак, мягко подавая бедра вперед, словно нуждалась в большем.

Он снова и снова входил в нее. Его дыхание сбилось, тело дрожало, он закрыл глаза, изо всех сил пытаясь вернуть самообладание. Но с каждым толчком удовольствие нарастало, он почти достиг вершины. Невероятное напряжение, утоляющее жажду давление стали блаженной мукой.

— Жак… — Его стон был громким, огонек разума еще теплился. — Нужен презерватив, — выдавил он. — Надо добраться до спальни.

Но Жак продолжала вращать бедрами, ее тихий страстный крик наполнял Блейка удовлетворением. Несмотря на все попытки, страсть победила. Он поднял ее ногу выше, немного отклонился и излился.

Резкий болезненный вздох сорвался с губ Жак, и Блейк наконец открыл глаза. Зажмурившись, она все еще цеплялась за его плечи.

— Не двигайся.

Выражение ее лица и боль, звучавшая в голосе, наконец проникли в затуманенное сознание Блейка, и он вдруг прозрел. Он взглянул вниз, на их переплетенные тела: очевидное доказательство заставило его заледенеть. Жаклин Ли не просто носила тату «Как девственница». Она и была девственницей — до того момента, пока Блейк не сошел с ума.

— Черт подери, Жак, прости меня, — хрипло произнес он, отстраняясь от нее.

Жак вновь стояла на дрожащих ногах, ее тело трепетало от пережитых наслаждения и боли. Его руки все еще поддерживали ее, но неожиданно потерянная близость сбивала с толку, и Жак остановила потрясенный взгляд на лице Блейка.

Он был расстроен.

— Почему ты не сказала? — ошеломленно спросил он.

— Я думала, что сказала.

Блейк взъерошил волосы.

— Увидев твое тату, я подумал, что ты чувствуешь себя девственницей, но никак не являешься ею.

Его обезумевший взгляд был так похож на взгляд Джека, которым он одарил Жак, когда впервые попытался заняться с ней любовью. И если Блейк был так опечален ее невинностью, что же он скажет, когда узнает всю правду о прошлом?..

Жак сглотнула:

— Извинишь меня на секундочку?

И она, приняв как можно более достойный вид, вошла в дом, пересекла прихожую и, не останавливаясь, устремилась в ванную. Жак заперла дверь, ее сердце бешено билось.

Очевидно, Блейк решил, что она сумасшедшая.

Стараясь успокоиться, Жак трясущимися руками сняла шорты и футболку и включила горячую воду в душе. Она встала под струю воды, желая забыть потерянный взгляд Блейка. Она прислонилась к стене, позволяя теплу разлиться по телу и смыть все тревоги.

Вскоре Жак вышла из душа и потянулась за полотенцем; тут она увидела свое отражение в зеркале и машинально коснулась шрама на животе. Она изо всех сил боролась с тошнотой.

Сегодня Блейк ничего не заметил. Но нельзя же заниматься любовью с человеком и быть при этом одетой. В этот раз просто повезло. Потом ей придется объяснять, почему она отказывается снять футболку.

Жак закрыла глаза, пытаясь успокоиться, но шум, донесшийся из-за двери, не дал ей такой возможности.

— Жак, — позвал Блейк. — Все нормально? Черт подери… — громче произнес он. В его голосе звучала тревога. — Открой.

Тяжело дыша, она наспех нацепила футболку, удостоверившись, что грудь прикрыта. Ткань тут же прилипла к влажной коже. Затем дотянулась до полотенца и обмотала его вокруг талии.

Жак распахнула дверь и, высоко задрав подбородок, холодно встретила грозный взгляд Блейка. Он посмотрел на нее, выругался и принялся мерить шагами прихожую.

Странное зрелище взволнованного Блейка принесло неожиданное облегчение. Кто-то же должен был сохранять спокойствие в данной ситуации, а он — всегда такой сдержанный — в этот раз, кажется, был не в состоянии.

Жак оказалась права: Блейк носил брифы. Эластичная Ткань облегала соблазнительный, крепкий зад. Она вздрогнула, вспомнив об их недавнем занятии, и, когда Блейк приблизился к ней, с трудом подняла взгляд на его лицо. Сейчас последует серьезный разговор, и она не должна таращиться на него, как глупая школьница.

«Не смотри вниз, Жак, — пронеслось в голове. — Не смотри вниз».

Блейк провел рукой по волосам и, резко остановившись, внимательно оглядел Жак с ног до головы, словно проверяя, нет ли ранений. Все было в порядке, слава богу, а с неловкостью они попозже разберутся.

— Я в порядке, — уверенно ответила Жак. — Я не должна была вот так уходить. Наверное, ты прекрасно обошелся бы и без мелодрамы. Извини.

Она открыла дверь шире и прислонилась к косяку. Ни один мужчина не заслужил выслушивать ее истерики.

— Ты достоин лучшего.

— Ты о чем? — Он махнул рукой в сторону спальни. — Господи, я должен был любить тебя в постели, а не…

— Мне понравилось.

Было темно, и на ней была одежда — это самое главное.

Блейк проигнорировал замечание Жак:

— Если кто-то и достоин лучшего, то это ты.

Жак скрестила руки на груди:

— Я получила то, что хотела. Почему мы остановились, когда началось все самое интересное? — Она разочарованно вздохнула. — Я отлично развлекалась, пока ты вдруг не психанул, озаботившись моим здоровьем.

Блейк пораженно уставился на нее:

— Развлекалась? Ты содрогалась от боли.

Он скрестил руки на широкой груди, и Жак попыталась скрыть восхищение.

— Я не психанул, — четко произнес он.

— Ну, а я не содрогалась от боли, — парировала она.

Блейк красноречиво посмотрел на Жак, показав, что раскусил ее ложь.

— Хорошо, признаю, было немного больно, — сдалась она, сделав шаг вперед. — Но все равно было классно.

Повисло тяжелое молчание. Жак знала, что Блейк все еще хочет ее, она видела желание в его глазах.

Но этот чрезмерно ответственный человек не мог избавиться от чувства вины.

— И могло быть еще лучше, если бы я знал, что ты не шутила насчет невинности, — сказал Блейк. — Я был бы помягче, — тише произнес он. — И выбрал бы позицию, в которой тебе было бы легче.

Жак слабо улыбнулась:

— Мне понравилась наша позиция.

Она заметила, как его взгляд стал еще жарче.

— Для тебя это было слишком, — осторожно сказал он.

Ее сердце громко стучало.

— Почему ты не даешь мне судить об этом?

— Так… чего ты хочешь? — не выдержал Блейк.