Найди свою звезду - Кэтрин Полански

Энн постаралась пробиться к Альберту, наперебой принимавшему поздравления от окружающих, и к Сиси — они стояли рядом.

— Поздравляю! — Она поцеловала Кершнера в горячую щеку. Альберт только что смыл грим, но переодеться еще не успел. — Ты был великолепен!

— Спасибо! — Кершнер кивнул ей и тут же заговорил с кем-то другим.

Энн стало обидно. Нет, так дальше продолжаться не может. Нужно срочно переходить к активным действиям, иначе она так и будет топтаться на месте, а Альберт никогда не обратит на нее внимания. Она отошла в сторону, взяла бокал с шампанским и принялась наблюдать, как Кершнер разговаривает с Люси, тоже не успевшей снять костюм итальянской революционерки — она пела в хоре. Вот Альберт подхватил ее и запечатлел на ее губах жаркий поцелуй. Фу, как банально. Энн затошнило от этой карамельной блондинки, и от этих фальшиво-сладких отношений.

— А где Матиас? — спросила Сиси, оглядываясь.

— Скоро появится, — ответил ей кто-то. — Шампанское он не пропустит!

Матиаса ведь тоже надо поздравить. Пожалуй, с него вообще следовало начать. Но прежде нужно покурить, чтобы избавиться от гадкого чувства. Энн попросила у парня из массовки сигарету и незаметно выскользнула за дверь.

В тупичке, отведенном под курилку, обнаружилась не только забитая до отказа пепельница, но и стул, на котором неподвижно сидел Реннер. Матиас еще даже грим не успел смыть, хотя бороду и усы отклеил и парик снял. Видимо, он пришел сюда покурить, но открытая пачка валялась рядом на подоконнике, а незажженную сигарету Матиас держал в опущенной руке.

— Эй! — Энн покачала ладонью перед глазами Матиаса; тот поднял голову и устало улыбнулся девушке. — Тебя там все ищут.

— Полагаю, что да. — Реннер с удивлением посмотрел на свою сигарету, порылся в кармане, достал зажигалку и дал прикурить Энн, а после закурил и сам. — Мне потребовалось несколько минут тишины, чтобы прийти в себя.

— Я даже не знаю, что тебе сказать. — Энн присела на корточки у стены. Матиас приподнялся, чтобы уступить ей стул, но девушка покачала головой. — Сиди, я насиделась в зале. Ревела почти весь второй акт.

— То-то я гляжу, у тебя глаза заплаканные.

— Между прочим, по твоей вине. Ты так играл, что хотелось выть в голос. Это даже лучше романа, — высказала свое искреннее и прочувствованное восхищение Энн.

— Спасибо, — кивнул Матиас, — очень приятно слышать это от тебя.

Его движения были замедленными, будто он двигался под водой. И под глазами были темные круги — Энн видела это даже сквозь слой грима.

— По-моему, тебе нужно не пить шампанское, а ехать домой отдыхать.

— Да. Я всегда так делаю. После спектакля я мертвый. Но нельзя разочаровывать людей. Пойдем? — Матиас затушил недокуренную сигарету и поднялся.

— Ладно, только недолго. Хорошо? — Энн было действительно его очень жаль, но восхищение талантом и трудоспособностью Матиаса перевешивало.

Реннер улыбнулся.

— Мне приятна твоя забота.

Постепенно жизнь вошла в определенную колею. Спектакли давали каждый день, популярность мюзикла росла как на дрожжах, в свободное от репетиций время исполнители вовсю давали интервью и даже появлялись в телепередачах. Правда, сил их смотреть ни у кого уже не оставалось, тем более что потом все равно можно было добыть запись в пиар-отделе. Энн переживала: ей так и не пришел ответ. Как будто все издания Германии сговорились и решили игнорировать начинающую журналистку. Внутреннее напряжение росло: приходилось что-то придумывать для Виктора, а чем дальше, тем сложнее Энн было врать этому замечательному человеку и остальным членам команды. Она подумывала, не отправиться ли к начальству и не признаться ли в том, что никакая она не корреспондентка «Франкфурт цайтунг»; останавливало лишь то, что Энн приблизительно представляла, какими глазами на нее все посмотрят. Рано или поздно, конечно, правда раскроется, но Энн как могла оттягивала момент катастрофы.

С Альбертом тоже прогресса не было. Более того, на Энн обратила внимание Люси — и конечно же немедля ее невзлюбила. Видимо, безошибочным чутьем блондинки Люси определила, что Энн неравнодушна к Кершнеру, хотя поводов было с гулькин нос — так, несколько ничего не значащих разговоров наедине в курилке. Кершнер же упорно не обращал внимания на Энн.

Матиаса в эти дни Энн почти не видела, разве что мельком; а когда они сталкивались, Реннер был неизменно любезен, и девушка уверилась, что тот поцелуй в гримерной был спровоцирован нервным напряжением. Хотя, как ни странно, грызла Энн по этому поводу какая-то мелкая досада. Почему-то хотелось, чтобы Матиас вправду проявил к ней интерес. И хотя здравый смысл подсказывал, что, не появись тогда девушка в гримерной, на ее месте могла оказаться и Хейди, досада не уходила. При редких встречах Энн приглядывалась к Матиасу, но он больше никаких поползновений не делал, все ограничивалось рукопожатиями.

Прошло две с половиной недели с момента старта мюзикла, когда однажды утром у Энн зазвонил мобильный телефон. Девушка, пившая в этот момент кофе в гордом одиночестве (Лизбет ушла к стоматологу), взяла аппарат и удивленно посмотрела на экран. Обычно ей раз в неделю звонили родители, но сегодня был не их день, да и номер немецкий, незнакомый. Еще пару раз позвонил Людвиг, но в данный момент, насколько Энн было известно, приятель должен был просиживать штаны в университете.

— Алло? — осторожно ответила Энн.

— Фройляйн Энн Лейси? — осведомился приятный женский голос.

— Да, я слушаю.

— Добрый день. Вас беспокоят из еженедельного журнала «Культурная жизнь Германии».

Энн чуть кофе на себя не пролила. В еженедельник она тоже отправляла свою первую статью и очень надеялась на ответ. «Культурная жизнь Германии» была солидным толстым изданием с немалым тиражом, одним из самых популярных журналов страны. В общем-то, Энн не рассчитывала на ответ оттуда.

— Меня зовут Карин Дильс, я — начальник отдела музыкальных обозрений, — представилась дама. — Меня заинтересовал ваш материал. Вы указали, что пишете цикл статей и работаете на площадке мюзикла. Это так?

— Да, и я могу предоставить необходимые материалы, — радостно ответила Энн.

— Было бы замечательно. Мы хотели бы обговорить возможность выпуска этого цикла статей к закрытию первой части мюзикла. Так как он уже стартовал, а возобновление спектаклей ожидается лишь осенью, нашим читателям было бы интересно в перерыве между сезонами прочесть о том, как все это выглядит изнутри.

— Я думаю, пиар-отдел поддержит эту идею, — замирая, ответила Энн.

— Полагаю, что да, — усмехнулась фрау Дильс. — Фройляйн Лейси, мы хотели бы видеть вас в редакции в следующую пятницу, и будет хорошо, если вы принесете все материалы, которые у вас есть на данный момент. Если все будет хорошо, мы заключим с вами контракт как с внештатным корреспондентом.

Энн записала координаты редакции, заверила фрау Дильс, что непременно будет в нужном месте в указанное время, и завершила разговор. Некоторое время девушка сидела, глядя на мобильник, потом шепотом сказала: