Любой ценой - Карен Хокинс

Из всех Херстов ты больше всех похожа на нашу бабушку. Никто больше не верит ни в магию, ни в амулеты. Ты помнишь сказки, которыми она нас пугала, когда мы были детьми? Для нее не существовало сказок про принцесс, про рыцарей и их славные дела. Нет, она всегда рассказывала истории, в которых ведьмы пожирали плохих детей, а злые короли правили своими странами, насылая проклятия на тех, кто смел им противоречить.

Подобно братьям Гримм, она упивалась темными сторонами мира. Тебе нравились эти истории, а мы все просто съеживались от страха. Может, поэтому ты среди нас единственный исследователь и тебе нравятся вещи, которых мы стараемся избегать.

Из письма Майкла Херста своей сестре леди Кэтлин Херст-Маклейн, написанного два года назад

В тот же день Лидс вытер кровь, которая шла у него из носа, и оглядел подсобное помещение конюшни для хранения конской сбруи.

— Ну все, — сказал он.

— Ага, — согласился Стюарт, придерживая носовым платком порезанное ухо. — Было не так уж и страшно. В конце концов, они всего лишь шотландцы.

Он взглянул на шестерых лакеев и двух кучеров, которые лежали у стены, связанные по рукам и ногам. У Лидса и Стюарта тоже были царапины, но их противники были в гораздо более плачевном состоянии, при том что только двое из них были в сознании.

— По тому, как мистер Херст сегодня дрался, можно было понять, что он точно происходит из шотландского рода, — сказал Лидс.

Стюарт покосился на закрытую дверь и сказал:

— Таких людей, как мистер Херст, еще поискать, несмотря на то что он носит эти дурацкие французские кружева.

Лидс кивнул:

— Он одевается так, словно ничего тяжелее вилки не может поднять, не говоря уже о том, чтобы сжать кулак.

— Но уж когда сожмет… — Стюарт в восхищении покачал головой. — Это надо видеть.

Дверь открылась, и вошел мистер Херст. Он уже опять был в перчатках, галстук в полном порядке, трость, как всегда, зажата под мышкой. Только небольшая царапина на подбородке свидетельствовала о том, что он принимал участие в драке.

— Вы крепко их связали?

— Да, сэр, — ответил Стюарт. — Лидс их связал, а я сам проверил все узлы.

— Хорошо. Спасибо, что помогли мне.

— Ой, что вы! — усмехнулся Лидс. — Это было такое удовольствие.

— Да, — подтвердил Стюарт. — Это было весело.

Роберт рассмеялся:

— Драка была отменная.

— А что теперь с ними делать, сэр? — спросил Стюарт.

— Продержим их здесь до утра, а потом посадим в почтовую карету и отправим обратно в Эдинбург, к хозяину. Жаль, что мы не увидим физиономию Энистона, когда к нему вернутся его слуги, — сказал Роберт.

Стюарт потер подбородок.

— Похоже, этот Энистон здорово вам насолил, сэр.

— Насолил? Нет, я употребил бы другое слово.

От одной мыли об Энистоне Роберт ощущал в груди такую тяжесть, словно ее придавили камнем.

Стюарт откашлялся.

— Сэр, я хотел уточнить. Мы отправим их обратно живыми?

— Разумеется, живыми. Просто я не хочу, чтобы кто-нибудь из них поехал за нами. Пусть это будет посланием Энистону, которое он никогда не забудет. Сейчас вы можете их оставить. Просто хорошенько заприте дверь и держите ключ при себе. Я не хочу, чтобы кто-нибудь случайно наткнулся на них и освободил.

— А что, если слугам гостиницы понадобится зачем-либо прийти в эту кладовку? — спросил Стюарт.

— Я уже разговаривал с хозяином. Он обрадовался возможности заработать несколько дополнительных монет и сдал нам кладовку на то время, на какое она нам нужна.

— Да, сэр, — сказал Лидс. — Мы будем по очереди спать в соседней комнате и не спустим с них глаз.

— Отлично. Я пойду и распоряжусь насчет комнаты. Скоро приедет Бюффон с моим багажом. В Балнагон мы прибудем завтра, ближе к ночи. — Тогда и начнется настоящая работа, подумал Роберт. — Когда прибудет Бюффон, позаботьтесь о его карете и лошадях, но не разрешайте ему распаковывать мой багаж. У меня в чемодане есть все, что мне необходимо.