Случайный любимый муж - Милли Адамс

Константин медленно кивнул:

— Мои родители очень меня любят, однако они причинили мне много вреда.

— Тогда, пожалуйста, спроси у самого себя, какой вред может причинить ребенку недостаток родительской любви. — Морган посмотрела на него с мольбой, желая, чтобы он понял, что она имеет в виду. — Без любви ничто в этом мире не имеет смысла. Моя мать была холодна ко мне. Когда я окончила школу и уехала, она словно отделалась от меня. После этого мы больше не виделись.

Я звоню ей пару раз в год, и мы разговариваем как чужие люди. Она ни разу не попыталась приласкать меня, поговорить со мной по душам. Я чувствовала ее отстраненность, и мне было больно. Все, чего я когда-либо хотела… — На ее глаза навернулись слезы, и она почувствовала себя неловко. — Все, чего я когда-либо хотела, — это быть кому-то небезразличной. Эти дети будут моим шансом на любовь. Она моя семья. — Она впервые это осознала, и ее сердце наполнилось любовью. Она безумно хотела этих детей. Они были ей нужны. — Для меня очень важно, чтобы ты… Я не хочу, чтобы ты был таким, как моя мать по отношению к нашим детям. Они не просили, чтобы у них была мать, которую никто никогда не любил. Они не просили, чтобы…

Константин поднял бровь:

— Чтобы у них был отец, непроницаемый, словно кирпичная стена?

— Я имела в виду не это. Я просто хотела сказать, что наши дети не должны нести груз нашего прошлого.

— Разумеется, ты права. Мне не хотелось бы, чтобы моя психологическая травма отразилась на моих детях. Именно поэтому я не хотел их иметь.

— Мне хотелось бы научиться лучше тебя понимать, потому что мы теперь муж и жена и будем вместе…

— Я тебе говорил, что у меня была сестра-близнец, — сухо произнес Константин. — Ее звали Афиной. Однажды, когда нам было восемь лет, мы играли на пляже. Там были наши родители и няня, которая присматривала за Алексом. Родители выпивали со своими друзьями. Это было их любимое времяпровождение. Они занимались тем же самым, прежде чем приехать на нашу с тобой свадьбу. Пока они развлекались, нас с Афиной похитили. Это сделали враги нашего дедушки.

Морган остановилась:

— Вас украли?

— Да. Нас удерживали два месяца.

— Ничего себе.

— Никто не пришел за нами. Мы ждали и надеялись, но никто не приходил. Иногда нас разлучали друг с другом. Когда мы были слишком напуганы, одного из нас приводили к другому, и мы видели страх на лицах друг друга. Однажды Афину забрали и сказали мне, что я никогда ее увижу, если не пройду испытание. Я его провалил и много дней провел один в полном неведении. Похитители говорили, что накажут меня, если узнают, что я плачу. Но я все равно плакал целыми днями. Что еще было делать напуганному восьмилетнему мальчику, у которого не осталось надежды? Когда дедушка вышел на похитителей и заплатил выкуп, Афины нигде не было. Он смог забрать только меня. В тот день на пляже родители недосмотрели за нами, но это было уже не важно. Афина пропала, и это была моя вина. Я много плакал и провалил испытание.

— Ты не должен себя винить. Ты был беззащитным ребенком, которого похитили ужасные люди.

— Это похоже на ситуацию с твоей матерью. Твой отец, конечно, был мерзавцем, но она не должна была винить тебя в том, что ее жизнь сложилась неудачно. Она могла бы сделать другой выбор. Я мог бы быть сильнее, но я был слаб. После того случая я больше никогда не позволял себе быть слабым. Я подвел свою сестру, Морган. Много лет спустя я подвел Алекса. После его смерти я дал себе слово, что больше никогда не подведу никого из своих близких.

— Ты уверен, что твоей сестры больше нет?

— С тех пор ее больше никто не видел. Тело ее не было найдено, но опытные преступники не оставляют улик.

— Мне так жаль. Мне жаль, что ты винил себя в произошедшем.

— Но я действительно был виноват и не боюсь признавать свою вину.

— Алекс, наверное, ее не помнил.

Константин резко вдохнул:

— Не помнить — это тоже своего рода горе.

— Должно быть, потерять своего близнеца — это особое горе. Говорят, что между близнецами существует особая связь. Я не знаю, что это такое. У меня никогда не было ни брата, ни сестры. Тем более близнеца.

— Удивительно, но эта связь существует на самом деле. После смерти Афины я, наверное, должен был перестать ее чувствовать, но почему-то чувствую ее до сих пор. Я не знаю, что это может означать.

— Что есть что-то сильнее смерти?

В ответ Константин лишь пожал плечами. В следующий момент они завернули за угол и оказались перед входом в роскошный сад с цитрусовыми деревьями и растениями с крупными листьями и красными и розовыми цветами. За садом стоял современный дом из дерева и стекла. Его фасад был повернут к океану внизу, и он идеально вписывался в окружающий ландшафт.

— Это мой дом. Другие дома, в которых ты бывала, принадлежат моей семье, но этот только мой.

У Морган возникло такое чувство, будто теперь она знает Константина лучше, чем кого-либо еще. Ее сердце болело за него. Он пережил ужасную трагедию и с тех пор чувствовал себя очень одиноким. А она до сих пор думала, что он как непроницаемая, бесчувственная стена. После того что произошло с его сестрой, он закрылся и не впускал никого в свой внутренний мир.

— Пойдем.

Они пересекли сад, поднялись по ступенькам, и стеклянная дверь открылась перед Константином.

— Здесь установлена система распознавания лиц, — пояснил он.

Когда Морган вошла в холл, у нее возникло такое ощущение, будто она попала в оранжерею. Пол был выложен каменной плиткой, потолочные балки и стены увиты тропическими растениями. Лестница из древесины теплого оттенка контрастировала с огромными стеклянными панелями, которые были повсюду.

В доме стояла тишина. Они действительно были здесь одни.

— Я совсем не этого ожидала.

— Что ты ожидала увидеть?

— Думаю, мрамор и лепнину.

— Это любят мои родители, а я предпочитаю, чтобы дом был из природных материалов и вписывался в окружающий ландшафт.

— Полагаю, если бы ты мог, жил бы здесь все время?

— Когда меня похитили, больше всего меня пугало одиночество, но в конечном итоге я кое-чему у него научился.

Иногда одиночество — это единственный способ обрести умиротворение. Если человек научится быть один, он сможет сделать все. Я научился находить в одиночестве новые цели.