Жена короля-дракона - Лили Орландо

Стоило хотя бы отправить в замок часть отряда. Если Ванкаст виновен в разжигании восстания, дополнительное время будет играть ему на руку. Но разделяться сейчас не лучшее решение. За любым поворотом может ждать ещё одна засада. А он пока не способен сражаться.

Значит, придётся вернуться в замок и отправить больший отряд из гарнизона. А самому отдаться в прелестные руки жены.

К демонам этих бунтовщиков. Сегодня он позволит себе побыть обычным человеком и немного поболеть в заботливых женских руках.

* * *

Я промыла рану тёплым отваром шалфея и взялась за иголку. Пальцы немного подрагивали. Пришлось остановиться и сделать глубокий вдох. Иначе причиню ему лишнюю боль.

Свела края раны вместе и чуть запнулась, прежде чем проткнуть их иголкой. Вспомнила, как Кадан пнул меня ногой, когда я зашивала ему бедро. Конечно, брат сделал это неосознанно, от боли. Но я всё равно боялась к нему приближаться. Пришлось попросить Треллана и Коилина его придержать.

А вот Йонн даже не вздрогнул. И я подавила желание заглянуть ему в лицо и проверить, не потерял ли он сознание. Конечно, нет. Король-дракон – сильный воин. Он не станет, словно нежная барышня, падать в обморок из-за какой-то царапины, как он сам сказал.

Хотя я старалась действовать осторожно, чтобы не причинять лишней боли, но кожа была скользкой от крови. И пальцы всё же иногда соскальзывали.

В такие моменты я замирала, ожидая реакции Йонна. Но всё, что он делал, это втягивал воздух сквозь зубы. А мне хотелось плакать от собственной неловкости и жалости к этому сильному мужчине, который даже не стонет, чтобы не пугать меня.

Когда слезинка всё же скатилась по щеке и упала на плечо Аодхфайонна, он протянул руку и коснулся моей ноги. Осторожно сжал, поддерживая.

И я всё-таки разрыдалась.

– Эй, – мягко произнёс он, – Оксианна, прекрати разводить сырость.

– Да, конечно, больше не буду, – всхлипнула я и попыталась утереть рукавом слёзы, вот только они всё не заканчивались.

Йонн встал. Я собралась возражать, что ему нельзя двигаться. Но он не слушал. Просто обнял меня, прижал к своей груди. И я затихла, слушая мощные удары его сердца.

Не знаю, сколько мы так стояли. Казалось, время перестало существовать. Я наслаждалась объятиями короля-дракона, вдыхала его аромат, к которому сейчас примешивался запах крови и шалфея.

Не сразу, но мои руки тоже сомкнулись за спиной Аодхфайонна. Я обняла его. Так, как обняла бы мужа. Словно имею на это право. А осознав, что так оно и есть, сдавила ещё сильнее.

Он был так близко. Такой сильный и нежный, родной.

Мне захотелось поцеловать его. Я чуть отодвинулась, чтобы поднять голову. Мои руки скользнули по чему-то влажному на его спине. И я вдруг осознала, что это – кровь.

О боги! Мой муж истекает кровью, а я ещё заставляю себя утешать.

Решительно высвободившись из объятий Йонна, усадила его обратно на стул. Он не сопротивлялся. Только посмотрел так, что у меня перехватило дыхание. Губы сами собой раскрылись в ожидании поцелуя.

Скорее зашла ему за спину, чтобы совладать с собой. Что же я делаю? Йонн ранен. Ему больно. А я думаю о поцелуях. Королю-дракону сейчас нужно совсем другое.

Чувствуя, как от смущения пылают щёки, я вернулась к ране. Мне потребовалось около часа, чтобы зашить разрез, смазать заживляющей мазью и наложить повязку из плотного полотняного бинта.

Затем я кликнула служанок, чтобы убрали окровавленные тряпки и тазик с водой. А сама пошла в ванную, вымыть руки.

– Оксианна… – позвал Йонн, в голосе звучал вопрос. Я оглянулась. – Ты останешься?

– Да, – даже не задумалась, прежде чем отвечать. Для меня сейчас не существовало иных решений.

Когда я вернулась, служанок в комнате уже не было. Король-дракон сидел на кровати, собираясь стянуть сапоги.

– Подожди! – крикнула, испугавшись, что швы разойдутся от резкого движения. Йонн обернулся, удивлённо глядя на меня. Я смутилась своей несдержанности и уже тише добавила: – Не двигайся, тебе нужно беречь рану.

Аодхфайонн долго смотрел на меня, а потом кивнул. На лице у него появилось довольное выражение. Словно у кота, которому перепала целая миска сливок.

Борясь с обуявшей меня неловкостью, я подошла. Стянула сапоги. Дальше следовало снять с Йонна штаны. Я окончательно смутилась, но всё же попросила его встать, а потом начала расстёгивать пуговицы. Пальцы были неповоротливыми и постоянно соскальзывали. А уж когда Аодхфайонн накрыл их своими ладонями, и вовсе задрожали.

Я почувствовала на щеке тёплое дыхание и подняла взгляд. Губы мужа коснулись моих. Осторожно. Трепетно. Словно бабочка махнула крыльями.

– Тебе нельзя двигаться, – прошептала я, когда Йонн начал меня раздевать.

– Хорошо, – так же тихо выдохнул он в мои губы, – тогда двигаться будешь ты.

Аодхфайонн не позволил мне смутиться. Его поцелуи становились всё жарче и откровеннее. Я совсем забыла о стыде. Мне хотелось только одного, чтобы эта сладкая пытка никогда не прекращалась.

Даже не заметила, как мы оба оказались без одежды. И когда Йонн опустился на постель, потянув меня за собой, послушно легла на него сверху.

Аодхфайонн лежал и вроде бы не двигался, исполняя моё приказание. Но его руки были повсюду, они успевали ласкать меня в самых потаённых местах. Я поняла, что в первую ночь не испытала и сотой доли тех удовольствий, которые он мог мне подарить. Я отпустила себя, убрала все запреты, забыла о чести и смущении. И тоже ласкала его, жадно отвечала на поцелуи, чувствуя, как копится внутри томительное напряжение.

А потом Йонн приподнял мои бёдра и заставил опуститься на себя. Я почувствовала, как он наполняет меня. Тягуче-медленно. Плавно. До упора.

Я ощутила, как подрагивают мышцы в месте, где мы стали единым целым. И замерла, вбирая в себя наслаждение этой дрожью.

В этот миг мир перестал существовать, взорвавшись каскадом разноцветных искр. Кажется, я кричала. И тогда Йонн притянул меня к себе и поцеловал, заглушая мой крик.

А потом он нарушил мой запрет, перевернув меня на спину и начав двигаться сам. Вот только мне и в голову не пришло ругать его за непослушание.

Глава 11

Утром я проснулась от щекочущего шею дыхания. Улыбнулась, ещё не осознавая, где и с кем нахожусь. А потом открыла глаза.

Йонн обнимал меня, крепко прижимая к себе, словно боялся, что убегу, пока он спит. Но я не собиралась убегать. Не теперь, когда он начал становиться для меня дорогим человеком.

– М-м, – он