Красавец для чудовища - Евгения Кретова

Инга вернулась в машину.

Итак. Версий три.

Первая и основная – происки конкурентов – зашла в тупик. Вчерашние совещания только подтвердили это. Хромов что-то знает: больно он приглядывался к ее не выспавшемуся лицу, – но в подробности явно не посвящен. Возможно, тупо воспользовался ситуацией и объединил усилия с кем-то. С кем? С тем, кто все продумал изначально. И этот «кто-то» совсем рядом, имеет доступ в офис, в базу данных, знает систему хранения документов. Или имеет такого человека в сообщниках.

Вторая – невероятная и, судя по разговору с Каравалли, ложная, – работа итальянского князя. Против этой версии говорит то, что нет у него мотива уничтожить репутацию «Jus Olympic». Фирма ему нужна крепкая, чистая, без «хвостов» и темных пятен.

Третья – она может быть связна с первой, что более всего вероятно, – под Ингу «копает» кто-то из своих, из сотрудников. Тогда этот кто-то может по-тихому сливать информацию о контрактах, пакостить, а при наличии хорошего повода и прикрытия, нагадить по-крупному. И лучшая кандидатура для этого – Князев.

Она вывернула на МКАД, порадовалась на то, что пробка по внешнему кольцу, тут же отметила, что обратно этим маршрутом лучше не возвращаться.

Князев, по ее данным, в настоящий момент находился в поисках работы. Не привыкший к суете, в своем резюме на крупном рекрутинговом портале он указал желаемую должность – «начальник правовой службы». Ну, ок. Ела она таких начальников на завтрак, обед и ужин.

Серебристая Ауди припарковалась во дворе новостройки. Инга вышла из автомобиля, огляделась. Милый благоустроенный мирок с пластиковым детским городком, безопасным резиновым покрытием и ровными рядами скамеек по периметру.

Машину Князева увидела почти сразу: синий Паджеро у первого подъезда.

Подошла ближе. Ярко-голубой глазок на лобовом окне мигал, сообщая о работающей сигнализации. Инга прищурилась, ударила автомобиль по колесам. Фары мигнули три раза и погасли.

Покачав головой, треснула кулаком по капоту. Этого чувствительная сигнализация не выдержала, а любопытство хозяина заставило его выглянуть во двор. Инга с удовольствием наблюдала лысую макушку несостоявшегося начальника правовой службы на балконе пятого этажа. Скрестила руки на груди и демонстративно присела на капот, поманила бывшего сослуживца пальцем.

Лысая макушка исчезла за стеклом.

Пока Князев спускался, устроилась удобнее. Активировала диктофон на сотовом, сунула его в наружный карман сумочки, а саму сумочку пристроила рядом, на капоте беззвучно заливающегося Паджеро. Князев выскочил меньше, чем через минуту:

– Ты чего творишь! – он рванул через проезд, размахивая на ходу руками. Помятая физиономия говорила, что мужчина только что встал. Инга поморщилась.

– С каких это пор вы позволяете мне «тыкать»? – Инга невозмутимо изогнула бровь. – Я с вами на брудершафт горячительное не распивала.

– Зато вы сидите своим задом на моей машине. Отойдите от тачки, Инга Павловна.

Инга хмыкнула, но не пошевелилась:

– Боря, вы мне лучше скажите, какая муха вас укусила десять дней назад? – Князев нахмурился, соображая. Инге пришлось подсказать: – Ну же, напрягите извилины, Борис. Вы же неглупый вроде человек… Прошедший понедельник. Прокуратура. Заявление о якобы невыплаченной заработной плате и выходном пособии…

Она холодно улыбнулась и прищурилась нарочито приветливо. Князев сжался:

– Не понимаю, о чем вы говорите…

Инга кивнула, подхватила сумочку:

– Я так и думала. Только вынуждена предупредить, что ваше заявление не найдет подтверждения, так как бухгалтерская документация подтверждает факт выплаты вам всего до копеечки.

Лицо Князева вытянулось, на лысине проступили бисеринки пота:

– К-как подтверждает? Это… Так ведь…

Инга наблюдала за реакцией.