Луна над Эдемом - Барбара Картленд

— Я не верю, что найдется хотя бы один молодой человек, который, увидев вас сейчас, с восторгом не согласился бы взять вас в жены, — ответил он. — Взгляните в зеркало, Доминика. Вы сами увидите, как вы прелестны и обворожительны.

Она слабо улыбнулась, но тревога не исчезла из ее глаз.

— Сегодня вы достаточно потрудились, — сказал лорд Хокстон. — Наденьте одно из ваших новых платьев, и я отвезу вас на ленч в отель Галфейс.

Доминика взглянула на него с удивлением, но когда она объяснила мадам Фернандо, куда она собирается поехать, та одела ее в простое, но тоже очаровательное платье из цветного муслина, украшенное розовыми лентами.

Ко всем платьям прилагались туфли, перчатки и ридикюли. Напоследок мадам надела на нее небольшую шляпку, отделанную венком из шелковых розовых бутонов и завязывающуюся под подбородком такими же лентами.

— Вы хотите, чтобы я выбросила то платье, в котором вы приехали? — спросила мадам Фернандо.

У Доминики вырвалось восклицание ужаса:

— Что вы, нет, конечно! Оно еще совершенно целое, а у меня пять младших сестер!

— Несомненно, в будущем вы будете отдавать им более красивые платья, — улыбнулась мадам Фернандо.

— Я уже думала об этом, — ответила Доминика, — но пока… — Она замолчала. Она не могла объяснить мадам Фернандо, что ее отец пришел бы в ужас от того туалета, который сейчас на ней, Доминика уже заранее беспокоилась, как бы ей незаметно пробраться к себе в комнату по возвращении и, прежде чем он увидит ее, переодеться в одно из своих стареньких платьев.

Он так часто осуждал тех представительниц своей паствы, которые питали слабость к экстравагантным туалетам. Он считал легкомыслие страшным грехом и был уверен, что красивая одежда развращает тех, кто ее носит.

— Пожалуйста, упакуйте ту одежду, в которой я приехала сюда, — сказала Доминика, — и я заберу ее с собой.

— Те платья, которые, уже готовы, пришлют к вам домой сегодня вечером, мадемуазель, — сказала мадам Фернандо. — Остальные мы станем доставлять по мере того, как они будут готовы. А после четверга мы будем отправлять ваши туалеты поездом прямо в Канди. Я обговорю это с милордом.

Когда Доминика вышла из примерочной, она увидела, что лорд Хокстон выписывает чек. Она знала, что сумма должна была быть огромной, и чувствовала себя виноватой, оттого что столько денег было израсходовано только на ее платья, когда с их помощью можно было бы накормить многих голодных.

Но в то же время она не могла не испытывать приятного возбуждения от того, как она теперь выглядела, и от обилия роскошных нарядов, — она даже не все их запомнила.

Она подошла к лорду Хокстону в тот момент, когда он протягивал чек мадам Фернандо. Он, улыбнулся Доминике и вдруг заметил немую мольбу в ее взгляде.

— В чем дело? — спросил он.

— Я хочу кое о чем попросить вас, — сказала Доминика. Вы, конечно, вправе отказаться, но я не могу промолчать.

— Я вас слушаю, — тихо произнес он. Она отвела его в сторону, чтобы мадам Фернандо не могла услышать, о чем они будут говорить.

— Вы мне купили столько прекрасных платьев — «гораздо больше, чем я могла представить себе даже в мечтах, — сказала она. — Но… не позволите ли вы мне вернуть одно из них назад и взамен купить новые шляпки для моих сестер? Мы всегда ходим в черных с тех пор, как умерла мама, и девочкам придется носить их еще много лет! Мы уже ненавидим этот цвет!

Ее голос прервался от волнения, но взглядом она пыталась заставить его понять.

— Всего лишь одним платьем меньше? — взмолилась она. — Вам это ничего не будет стоить!

Лорд Хокстон улыбнулся ей, а затем повернулся к мадам Фернандо.

— Мадам, — сказал он. — У меня для вас есть еще один заказ.

— Ну конечно, милорд, — улыбнулась она.

— У мисс Рэдфорд, — медленно произнес он, — есть пять сестер самого разного возраста. Я хочу, чтобы вы сшили для каждой из них обычное воскресное платье, примерно такое, какое сейчас на Доминике. К ним понадобятся шляпки, и все платья должны быть непохожими друг на друга и соответствовать их возрасту и индивидуальности. Я думаю, будет лучше всего, если сегодня вечером вы пошлете кого-нибудь в дом викария, чтобы снять мерки.

— С огромным удовольствием, милорд! — довольным тоном ответила мадам Фернандо.

Она проводила лорда Хокстона и Доминику до дверей, рассыпаясь в изъявлениях благодарности.

Когда наконец коляска тронулась с места, Доминика повернулась к лорду Хокстону.

— Я не могла представить, чтобы кто-нибудь мог быть таким добрым и чудесным! — воскликнула она. — Я так благодарна вам, милорд! От всего сердца!

— Мне это доставило удовольствие, — ответил он и к собственному удивлению понял, что так оно и было.