Музыка судьбы - Элизабет Хардвик

Ну и ну! Кажется, день для телефонного звонка деду выбран не совсем удачно, подумал Алан. Странно, но с утра ничто, казалось, не предвещало разочарования.

Жизнь в замке у деда текла своим чередом. Помимо основного здания четырнадцатого века поместье включало в себя парк. Имелись также сотни акров земельных угодий, часть которых отводилась под загоны для лошадей, остальные площади были поделены между арендаторами, которые к тому же снимали несколько комнат в замке. Несмотря на то, что к поместью был приставлен постоянный управляющий, старый О'Мейл сам активно занимался делами.

Забавно было слышать, как он называл своих внуков Уилсона, Кевина и Алана мальчишками, ведь всем троим уже перевалило за тридцать!

– Кроме того, – продолжал звучать в трубке голос деда, – в следующие выходные я и сам, возможно, буду принимать гостей.

– Гости? – с интересом откликнулся Алан.

– Ну, у меня же могут быть друзья, мой мальчик, – немного смягчившись, хрипло ответил старый О'Мейл. – Несмотря на почтенный возраст, я еще неплохо держусь в седле!

Алана вдруг осенило. И он, улыбнувшись, спросил:

– А этот гость случайно не женского пола, дед?

– Не дерзи мне, пожалуйста, – предупредил старый О'Мейл.

– Так, значит, я прав, и мы с тобой говорим именно о гостье, – догадался Алан, понимая теперь, что нужно, во что бы то ни стало добиваться согласия деда на приезд Джулии. – Чего стесняться, ведь ты еще многим молодым можешь дать фору!

– Следи за тем, что говоришь! – рассердился дед.

Такого внезапного осложнения, как приезд к деду его новой пассии, Алан не ожидал. И пока не знал, как правильно выйти из создавшегося положения. Ведь речь шла все-таки не о родителях, а о деде, который вел независимую жизнь, и с которым они виделись все реже и реже.

– Значит, ты отвечаешь мне отказом, так? – медленно спросил Алан.

– Нет, я этого не говорил, просто хочу подчеркнуть, что мой дом – это не то место, куда ты можешь привозить свое очередное увлечение.

– Джулия – не очередное увлечение, – перебил его Алан. – Я получил заказ написать ее портрет. Вот и все!

– Как ты сказал? Джулия? – вдруг переспросил дед. – Ты, случайно, не имеешь ли в виду манекенщицу по имени Джулия?

– Вот именно о ней я и говорю, – оживился Алан. – Хотя для меня сюрприз, что ты следишь за миром моды, – шутливо произнес он и подумал, что делать это было не так уж сложно, ведь фотографии Джулии печатались на обложках многих журналов.

– Ты далеко не все обо мне знаешь… – ответил дед.

– Я и сам теперь в этом убедился, – подтвердил Алан. Он никогда не слышал раньше, чтобы в поместье у деда гостила женщина.

– Так, когда же тебя ждать? – спросил старый О'Мейл.

– Точно не скажу. Сначала мне хотелось заручиться твоим согласием, а уже потом строить более определенные планы.

– В моем согласии можешь не сомневаться, – заверил его дед.

– Хорошо, я позвоню тебе в конце недели, чтобы подтвердить точную дату приезда. Идет? – на всякий случай спросил он.

Как раз через час у него была назначена встреча с Ламбертом Уиндемом, после которой ему станет известно, сможет ли Джулия поехать с ним в Ирландию. Гораздо охотнее он решил бы этот вопрос с самой Джулией, но, раз уж заказчиком портрета был Ламберт, Алан все-таки решил переговорить с ним.

Уже два дня прошло с тех пор, как Джулия заезжала к нему домой. Два бесконечно долгих дня, в течение которых Алан едва ли мог думать о чем-нибудь еще. Но он намеренно выдержал эту паузу, прежде чем договорился о встрече с Ламбертом Уиндемом. С одной стороны, этого времени было достаточно, чтобы гнев Джулии понемногу улетучился, с другой – ему не хотелось выглядеть нетерпеливым!

Главным, конечно, было второе.

Каждое утро при пробуждении он думал о Джулии, вспоминал свои ощущения в те краткие мгновения, когда она была в его объятиях, вкус ее нежных губ. О'Мейл не мог припомнить, чтобы какая-то другая женщина овладевала его душой так сильно. Теперь это случилось, но при этом эта красавица продолжала оставаться неприступной как крепость!

– Отлично, – послышался в трубке голос деда, прервавший грустные размышления Алана. – Но, пожалуйста, позаботься о том, чтобы сообщить мне точный день своего приезда.

– Постараюсь не застать тебя врасплох, – заверил он, все еще до конца не понимая, как отнестись к новой подружке деда, хотя, если принять во внимание ее возраст, вряд ли такой термин можно было считать подходящим.

– Искренне надеюсь, что ты будешь вести себя учтиво, мой мальчик, – сурово предупредил старый О'Мейл. – Я не потерплю твоих замечаний и тем более колкостей в адрес моей гостьи.

– Буду вести себя как истинный джентльмен, – пообещал. Алан.

– Да уж, постарайся, – попросил на прощание дед и положил трубку.

Поразмыслив несколько минут, Алан поднялся с кресла. До назначенной встречи оставалось немного времени. Необходимо было переодеться.

Разочарование вновь вернулось к нему, когда часом позже, войдя в гостиную дома Уиндема, он не обнаружил там Джулии. Наверное, она сегодня снова работает, уныло подумалось ему.

Ламберт Уиндем был одет официально: на нем был темно-серый костюм, белая рубашка и красно-серый галстук. Светлые волосы были коротко подстрижены, на висках отчетливо проступала седина. Последнее обстоятельство даже добавляло ему некоторую привлекательность. В пятьдесят с небольшим лет Уиндем был довольно симпатичным мужчиной и выглядел весьма респектабельно.

Но, взглянув на него, Алан вдруг осознал, какую сильную неприязнь он испытывал к этому человеку! И дело было не только в его высокомерии, которое проявилось при первом же общении. Этот мужчина жил с Джулией, проводил с ней каждый день и, может быть, каждую ночь! Алану была ненавистна сама мысль об этом.

– Присаживайтесь, – коротко бросил Ламберт. – Хотите выпить что-нибудь? – холодно предложил он, когда Алан уселся в кресло. – Чай? Кофе? Или предпочитаете что-нибудь покрепче?

В его голосе Алан ощутил легкую насмешку.

– Нет, благодарю вас, – столь же холодно отказался Алан, – Я приехал, чтобы поговорить о портрете Джулии.

– Ах, да! – кивнул Уиндем, притворившись, что вспомнил. – Так что же вы решили?

Антагонизм к этому человеку еще более возрос, и Алан решил, что надо поскорее изложить суть дела и отправляться восвояси!

– Я согласен ускорить темпы работы, – просто ответил О'Мейл. – Но только не здесь. Я решил, что лучше это будет сделать в Ирландии, в поместье моего деда.

– Мистер Уиндем, мисс Джулия проснулась, – доложила вошедшая в гостиную экономка.