Музы и мелодии - Ребекка Яррос

Брат не сказал ни слова о том, что я обнималась с рок-звездой. Вместо этого он пристально посмотрел на Питера.

Если бы мы играли в «Неловкость» (прим. редактора: настольная игра, предназначенная для того, чтобы друзья, пары и члены семьи выяснили, насколько хорошо знают друг друга), то перешли бы на новый уровень.

Издалека Лору окликнула брюнетка, которая показалась мне смутно знакомой:

— Нужно, чтобы ты выступила первая и сообщила о пожертвованиях.

Кивнув, Лора одарила нас лучезарной улыбкой и, сказав Питеру, что ей пора, поспешила прочь.

Я осталась наедине с тремя мужчинами: с тем, кого любила всегда, с тем, кого любила когда-то, и с тем, кто притворялся, что любит меня.

— Вот почему я не хожу на встречи выпускников, — прошептала я Никсону.

— Представь, как весело мне было бы на твоей встрече выпускников, — он подмигнул.

— Ну, если тебе когда-нибудь понадобится бэк-гитарист... — начал Питер.

Убейте меня.

— Он точно тебе не позвонит, — рассмеялся Джереми.

— Почему? Потому что его девушка принимает решения за группу? — огрызнулся Питер, закатывая глаза.

— На самом деле, так и есть, — заявил Никсон таким тоном, словно это очевидно.

Я покраснела, когда их взгляды устремились на меня.

— Она помощник менеджера, — добавил Никсон, пожав плечами.

Я была помощницей у менеджера, но сейчас, похоже, не лучшее время спорить о семантике.

— Давай найдем родителей, — тихо сказала я Никсону.

— Это бред! — в голосе Питера было столько недоверия, сколько можно уместить в двух словах.

— Это чистая правда, — возразил Никсон спокойно.

— Ты работаешь с Hush Note? Быть не может! — Питер покачал головой.

— В принципе, это не секрет. — Мой уверенный взгляд встретился с его растерянным.

— Но мы все же держим это в секрете, — признался Джереми. — Полагаю, если бы ты хотела, чтобы кто-то узнал, то опубликовала бы это в социальных сетях. Которых у тебя нет.

У Никсона отвисла челюсть.

— Нет социальных сетей?

— Нет времени на них, — я приподняла брови.

— Просто подожди, пока мы снова не начнем спорить о том, почему я обязан их иметь, — он усмехнулся.

— Ты сам знаешь, что это не одно и тоже.

Единственными, кому была интересна моя жизнь — семья.

— Разве?

— Абсолютно, — подтвердила я. — У меня было бы всего шесть подписчиков, и все они живут в этом городе. Кроме того, я приглядываю за соцсетями другого человека, чтобы там его жизнь казалась не такой… э-э… красочной, как реальная.

— Я бы подписался на тебя, — Никсон слегка наклонился, в его карих глазах плясало злорадство. — Мне бы хотелось узнать, какой твой факультет в Хогвартсе, и кто ты из принцесс Диснея.

Я не смогла сдержать улыбку, когда он упомянул эти глупые тесты.

— Но не узнаешь.

Он провел языком по нижней губе и изучающе посмотрел на меня.

— Первое проще простого. С такими мозгами, ты точно из Когтеврана. Волосы у тебя, как у Ариэль, но ты проводишь дни взаперти с чудовищем, так что я скажу: Белль.

— Дурак.

— Я прав, — он опустил взгляд на мои губы.

— Теперь все ясно, — сказал Питер, лопая маленький пузырь, в котором мы с Никсоном снова оказались.

— Что именно? — спросил Джереми.

— Вот так ты работу получила? — Питер с вызовом кивнул на Никсона.

Меня замутило.

— Нет.

Никсона напрягся. Он напоминал кота, готовящегося к нападению.

— Нет? Правда? Когда ты закончила колледж? Четыре года назад? — Питер ухмыльнулся.

Странно, как одна и та же мимика — я имею в виду ухмылку — делает одно лицо отвратительным, а другое, к примеру, Никсона, сексуальным.

— Лучше бы тебе держать свои намеки при себе, — проворчал Джереми.

— И все четыре года она работала на нас, — Никсон обнял меня за талию. Я прижала его ладонь локтем, как будто это хоть как-то защитит от надвигающегося взрыва. В этой толпе были сотни телефонов. — Я скажу это один раз. Если ты намекаешь, что она обязана своей карьерой тому, что переспала со мной, то это не так. Я познакомился с ней после того, как ее приняли на работу, и до недавнего времени у меня не хватало смелости подкатить к ней, потому что, как видишь, Зои явно вне моей лиги.

Питер сглотнул.

Тошнота прошла, но у меня перехватило дыхание от слов Никсона, даже если он сказал это, только чтобы заткнуть Питера.

Микрофон взвизгнул, заставив толпу вздрогнуть.

— О, извините! Всем привет! Я Лора Уиткомб, но вы это уже и так знаете, — она сверкнула улыбкой, и толпа захихикала.

— Ты намного сексуальнее, — прошептал Никсон мне на ухо.

— Перестань.

— Спасибо вам всем, что пришли на семьдесят девятый ежегодный осенний фестиваль! — Лора захлопала, и толпа последовала ее примеру. — Итак, у вас осталось два часа, чтобы сделать ставки на аукционе тортов, и пожарная служба заверила меня, что у них еще много хот-догов. Я просто хочу сообщить, что мы уже удвоили прошлогодние пожертвования!

На этот раз я присоединилась к аплодисментам. Сегодня вечером было сделано много добрых дел.

— У нас больше не запланировано никаких развлечений на вечер до объявления результатов аукциона, но я случайно узнала, что среди зрителей Никсон Винтерс из группы Hush Note. Разве это не удивительно?

Вокруг раздались одобрительные возгласы.

— Вот черт, — прошептала я, поникая плечами. — Никсон, прости.

На его челюсти дрогнул мускул. Обычно Никсон спокойно относился к публичности, если это было на его условиях, но сейчас ситуация была далека от нормальной.

— Давайте попросим его сыграть что-нибудь специально для нас? — Лора подняла руки.

Радостные возгласы усилились.

— Ну, уж нет, — прошипела я.

Я даже не могла вспомнить, когда Никсон в последний раз выступал трезвым... или сольно.

Я повернулась к нему.

— Я позабочусь об этом. Оставайся с Джереми.

Не дожидаясь ответа, я высвободилась из его объятий и стала протискиваться сквозь толпу. Меня пробрал озноб без теплоты рук Никсона, но гнева было достаточно, чтобы сжечь прическу Лоры.

Я поднялась на сцену по боковым ступенькам и поманила ее пальцем.

— Оу! Зои Шеннон,