Яшмовая долина - Девни Перри

Но Джаспер направился в сторону улицы, неся меня к своему Yukon.

Пассажирская дверь с хлопком открылась, и он усадил меня на черное кожаное сиденье. Запер меня внутри, затем обогнул капот, сел за руль и завел двигатель. Бросив быстрый взгляд в зеркала заднего вида, он отъехал от тротуара и направился по Мэйн-стрит.

Он нажал кнопку на панели управления. Мой подогрев сидений. Затем увеличил температуру, взглянув на меня, и нахмурил брови.

Как он узнал, что мне холодно?

О, точно. Я дрожала. Было ли это от холода? Или это была просто паника?

Я не спрашивал, куда мы идем. Мне было все равно. Я просто закрыла глаза, ожидая, пока тепло не проникнет в мою кожу и дрожь в пальцах не прекратится.

Внедорожник замедлил ход, прежде чем Джаспер свернул за угол. Затем шорох шин сменился хрустом, когда мы съехали с тротуара на гравийную дорогу. Я приоткрыла глаза, когда мимо пролетел дорожный знак.

Олдерсон-роуд. Он вез меня в свою хижину.

Странно, я была там всего один раз, но мысль об этом домике немного успокоила меня. И этот разговор, независимо от его исхода, лучше всего было бы провести наедине.

— Прости, — прошептала я. — За то, что психанула.

— Это моя вина, — Джаспер подвинулся, положив руку на руль. — Тебе лучше?

Я кивнула.

— Ага.

Поездка по гравийной дороге еще больше успокоила мои нервы. Грохот колес, тряска, которых не было на асфальте. Это напомнило мне о ранчо, о бесчисленных часах, которые я проводила, катаясь на переднем пассажирском сидение с папой, пока он проверял ограждения пастбищ или пересчитывал скот.

К тому времени, как мы добрались до дома-шалаша, тошнота и потные ладони исчезли. Мои колени слегка дрожали, когда я выпрыгнула из Yukon и последовала за Джаспером внутрь, где меня встретил запах костра и парфюма Джаспера.

— Что случилось с твоим обеденным столом? — спросила я. Вместо круглого дубового стола, который был здесь в прошлый раз, когда я была здесь, стоял черный складной столик для игры в карты с четырьмя стульями в тон.

— Я купил это место, — он бросил ключи на маленький кухонный остров. — Позвонил владельцам несколько недель назад, чтобы спросить, могу ли я продлить срок аренды. Они хотели продать этот дом. Вот я и купил его. Большую часть мебели тоже. Но они захотели забрать стол.

— Ты купил хижину?

Означало ли это, что он останется в Куинси? Даже после аннулирования брака?

У меня снова закружилась голова, поэтому я подошла к карточному столу и опустилась на один из складных стульев.

— Прости, — сказал Джаспер. — Прости за то, что рассказал им.

— Кто знает?

— Только Фостер и Талия. Это случилось за минуту до того, как ты вошла.

Я с трудом сглотнула.

— А Лайла?

Он тяжело выдохнул, прислонившись к острову.

— Полагаю, Талия расскажет ей об этом.

— Но ты не сделал этого?

Он покачал головой.

— Я не знал, что она что-то чувствует ко мне.

Мое сердце бешено заколотилось.

— А ты? Чувствуешь к ней что-то?

— Нет.

Облегчение пронзило меня насквозь, мышцы расслабились. Возможно, это было глупо — чувствовать, что я имею какие-то права на Джаспера. Ладно, это было определенно глупо. Мы были бывшими любовниками и вскоре станем бывшими супругами. Но все же, при мысли о нем с Лайлой, мне хотелось кричать.

— Мне придется рассказать Лайле, — сказала я. — Если Талия еще не сказала.

Телефон снова завибрировал в кармане пальто. Я не стала проверять, кто звонит на этот раз. Слишком боялась увидеть на экране маму или папу.

— Я злюсь на тебя, — пробормотала я.

— Я тоже на тебя злюсь. Ты сказала, что расскажешь им через пару недель. Но ты этого не сделала.

Я нахмурилась.

— Я в курсе.

— Тебе не кажется, что так будет лучше? Если люди узнают об этом от нас, а не из сплетен?

— Или вовсе не узнают, — пробормотала я.

Джаспер изучал моё лицо, его глаза сузились.

— Ты же не собиралась им говорить?

Обвинение, презрение в его голосе заставило меня вздрогнуть.

— Никому не нужно было знать.

Его челюсть сжалась.

— Вот почему ты хочешь аннулировать брак.

— Ты действительно хочешь, чтобы все знали?

Джаспер не ответил. Он лишь бросил взгляд на остров и стопку писем на его поверхности.

Стало тихо. Слишком тихо. Может, он и не возражал против такого долгого молчания, но меня от него передергивало. Винил под моими бедрами заскрипел.

Он имел право злиться. Я тоже.

Но ущерб был нанесен. Обеими сторонами.

Скрывать этот брак было уже невозможно.

— Как ты им рассказал? — я спросила у Джаспера. — Фостеру и Талии? Как ты им рассказал?

Возможно, я могла бы воспользоваться его объяснениями, потому что в данный момент мои собственные ускользали от меня.

Он вздохнул.

— Сказал им, что я проебался.

Жестоко. Но эффективно. И правдиво.

— А дальше?

— Сказал: «Я женился на твоей сестре». Талия решила, что я про Лайлу. Потом в дверь вошла ты.

Психанула и объявила о нашем браке.

— Уф, — я опустила локти на стол, позволив голове упасть в ладони. — Ну и ситуация.

Мой телефон снова завибрировал. Любопытство пересилило, и я вытащила его. Талия. Она звонила три раза. Лайла — только один раз.

— Как нам это исправить?

Вопрос был риторический, но Джаспер ответил.

— А если мы отзовем адвокатов?

— А? Что ты имеешь в виду? Мы должны добиться аннулирования брака. Или… развода. Нам нужны адвокаты.

Джаспер уставился на стопку писем с острова, его взгляд был сосредоточен на том, что лежало сверху.

— А что, если мы останемся женаты?

Я потерла уши. Похоже, сегодня они не работали как надо.

— Повтори-ка.

Он выпрямился, его взгляд метнулся ко мне.

— А что, если мы останемся женаты?

— Ты хочешь остаться женатым. Как это исправит ситуацию?

— Выслушай меня. Что, если этот брак не был какой-то ошибкой по пьяни?

— За исключением того, что это была ошибка по пьяни.

Неужели он забыл, что мы оба были в состоянии алкогольного опьянения, когда вошли в часовню Кловер и испортили себе жизнь?

— Это знаем мы, — сказал он. — Никто другой этого не знает.

— Я не понимаю.

Я прижала пальцы к вискам, чтобы избавиться от головной боли, которая, первоначально, и привела меня в кофейню Лайлы. Она на мгновение утихла во время приступа паники. Но снова нарастала, бушуя у меня в голове.

— Вместо того чтобы скрывать это, что если мы признаемся? Скажем всем, что