Предатель. Я к тебе не вернусь! - Кира Вербицкая

— Тогда что ты делаешь за местом продавца? Ты собираешь цветы и продаёшь их, будучи заразной? — он уставше цыкает и смотрит на свои часы на крепком запястье. Я хотела купить такие Марату на день рождения, но выбрала другие.

Будь это мой муж, особенно после того, что он устроил и ушёл, я бы начала огрызаться на его слова, но сейчас просто тихо мямлю.

— …Нет… у меня просто голова болит и…

— Выпей таблетку. Взрослая баба же. Или тебя всему учить надо? Мамка не научила? — его голос становится ещё более невыносимым, словно я маленькая девочка, которую отчитывает отец, хотя этот мужчина примерно одного возраста с Беркутовым.

Его густые брови хмурятся, а губы сжимаются в тонкую линию, стоит ему снова посмотреть на часы. Спешит.

— Пожалуйста, не грубите. Я сделаю вам скидку. — говорю первое, что приходит в голову. Ведь люди сразу добреют от скидки, даже если спешили до этого.

Но только после сказанного понимаю. Это было глупо.

Костюм на заказ, где даже запонки к нему стоят дороже всего этого цветочного магазинчика.

Те самые часы, которые я хотела купить Беркутову, тоже стоят не одну тысячу долларов.

Даже деловые, просто чёрные, лакированные туфли точно такие же дорогие, как и всё остальное.

Но самая большая цена тут у другого…

Тяжёлый, хищный взгляд. И опасная ухмылка. Вижу её, когда мужчина усмехается моим словам и закатывает глаза от абсурдности.

Сердце испуганно сжимается. В голосе мужчины слышатся рычащие нотки.

— Мне не нужна скидка. Ты тратишь моё время. — точно, у таких мужчин время это самый ценный ресурс и никак иначе, — Я уже три раза сказал, что мне нужно.

Мне стыдно. Лицо покрывается пятнами. Незнакомец замечает это и ещё более настойчиво таращится на меня. Видит мою уязвимость и внезапно в его взгляде появляется какой-то странный блеск. Опасный.

— Я всё всё сделаю. Пожалуйста, повторите… — ещё тише мямлю. После случившегося до этого я ни на что не гожусь. Тем более с покупателем.

— Всё сделаешь? — снова усмехается и я понимаю, что теперь не слышу раздражения. А… флирт?

Моё тело тут же напрягается. Как струна, которую натянули так, что ещё мгновение и она порвётся.

Никогда не любила флирт посторонних мужчин. Я не такая, чтобы с каждым встречным флиртовать. Ненавижу наглых, переводящих обычный диалог в это.

И мне не кажется. Его взгляд изменился, стоило увидеть мою полную покорность. А в тоне голоса больше нет угрозы, что он прибьёт меня в ту же секунду.

Уже хочу ощетиниться, словно я маленький, колючий ёжик. Но внезапно перед глазами всплывает Марат.

Его наглые слова, его наглые поцелуи. Его наглый напор, несмотря на предательство.

И Анжела. Беременная. В нашей квартире. И голая. В нашей спальне. Снова эта паршивая картинка измены, от которой меня всю выворачивает словно наизнанку.

— …Да… — на автомате соглашаюсь с незнакомцем, — Просто повторите.

Воспоминания рассеиваются и я вижу, что подобно Беркутову ранее, незнакомец тоже теперь смотрит на мою грудь и думает явно не о том, что там симпатичный кулон в ложбинке.

— Здесь же есть Каллы? Мне нужен букет из двадцати одной белой. Подвяжи его атласной лентой. Пусть выглядит простым, но нежным и симпатичным. Как девки любят.

Они все одинаковые, да? Кому он хочет подарить этот букет, пока смотрит на мою грудь?

Я сомневаюсь, что маме или сестре. Не сказал бы "как девки любят". Не верю, хоть и не знаю его.

Паршиво. Меня тошнит. В горле скапливается тяжёлый ком.

На автомате делаю букет, пока он продолжает смотреть на меня. Краем глаза вижу, что оценивает, как товар.

Как делал это и Беркутов сегодня. И, наверное, с Анжелой так же произошло. Ей это понравилось и она разделась, решив расслабиться.

А он только и делает, что её обвиняет, а сам будто особо ничего не сделал. Ну ошибся, но понял же ошибку. С кем не бывает.

Вдруг он себе вообще сразу двух жён хочет? Есть же такие мужчины, которые и с двумя, и с тремя…и больше.

Она забеременела ещё шесть недель назад, сказала ему, он притащил её к нам покувыркаться, а потом и жить с ним. А передо мной делает этот цирк, чтобы я не устраивала скандалов и успокоилась? А потом всё равно сделает так, что мы втроём жить будем.

Вместе.

Глаза слезятся. Чёрт.

Мне просто погано. Марат изменил мне, но нагло трогает меня и целует. А моё тело ещё и дрожит от этого, до сих пор верное мужу-предателю.

Это я такая глупая? Или все любящие женщины тоже? Всегда верные. Всегда хорошие. Потому что любят. Как бы над нами не издевались.

Протягиваю букет незнакомцу и принимаю деньги. Он оставляет крупную сдачу.

— Это тебе. Классные сиськи, но грустное лицо. Развесели себя.

Мне хочется прямо на него вырвать и бросить деньги ему под ноги. Но он разворачивается и уже отходит к входной двери.

Пока ты верная, любишь только его, живёшь только ради него. В любой момент он может вот так посмотреть на чужую грудь и попку и захотеть её. И если он "недостаточно сильный", чтобы сопротивляться. Он тебе изменит и даже не посчитает чем-то серьёзным.

Ну плохо, но не настолько, чтобы не простить.

Мне снова невозможно противно от Марата.

И противно от себя, когда я говорю следующее. Почему то не имею сил мыслить здраво. А желаю, просто невозможно желаю отомстить.

— Стой. Классные сиськи, говоришь? Ну так пригласи их на ужин.

20 глава

Его зовут Артур и вечером, в десять часов мы будем ужинать в его собственном ресторане. У нас будет свидание, которое вряд-ли закончится просто провожанием до дома, судя по тому, какой он человек.

Хочу ли я этого? Нет. Ни капли. Но в момент, когда я предложила ему пригласить меня на свидание, я думала лишь о том, что не хочу быть глупой терпилой. Хочу отомстить. Чтобы он понял, какого это.

Раз Марат мне изменял. То и я могу себе позволить.

Хотя от одной мысли меня снова и снова тошнит. Это плохая идея. Очень плохая. Я даже представить не могу, как меня будет трогать другой мужчина, так ещё и тот, который сперва нагло нагрубил, а потом так же нагло смотрел на моё тело.

Может быть мне отказаться? Я не знаю. Совсем не знаю. Мне точно нужен совет Арины. Она умная девочка, хоть и младше