Страсть Зверя Пустыни - Леона Хард

- Вы не верите, что на наших землях  действует кто-то очень опасный и не совсем здоровый? Не признаете, что наши земли находятся под угрозой? Как вы можете, ведь жертвами становятся совсем молодые  женщины!!! - в ужасе воскликнула, наблюдая, как бородатый мужчина напротив меня беззаботно смеялся и вместо страха или хотя бы показного участи просто лакал бодрящее пойло. Для него мои речи, словно слова несмышленных детей.

- Кому надо выпускать своим жертвам кишки, а потом за них же подвешивать на деревьях? Сама подумай, насколько слова трактирщика лживы. Где убийцы нашли деревья в пустынях? Тогда зверства должны было происходить в оазисе. В самой сердцевине моих земель, а я бы о таких вещах знал!? - поинтересовался шейх, показав насколько я глупа. Мужчины от смеха уже давились выпивкой. Весь стол заплевали остатками пойла, а все никак не могли успокоиться от моей наглости и самоуверенности. Кажется шейху тоже весело от моей паники и потому он поставил ладонь на кресло и как бы нечаянно задел мое плечо, а затем добавил:

- Подобные небылицы и зверства выдумывают старики, чтобы запугивать своих глупеньких дочерей и тем самым огорождать от опрометчивых поступков таких как, например, сбежать из дома ночью и искупаться обнаженной перед мужчиной.

Вот, Дьявол!!!   Я почувствовала, как у меня вспыхнуло все тело, от ногтей на ногах вплоть до кончиков рыжих волос. Должно быть я стала по цвету, как мои волосы, но благо освещение свечи слабое и никто не заметил моего стыда.

Не успела с достоинством ответить. Вот не успела, а хотела сказать, что настоящий мужчина не станет подглядывать за девушкой, потом шантажировать, а затем соблазнять, да будь она хоть трижды простолюдинка или служанка.

Не дал мне Ярин это гордо озвучить. Вмешался в разговор, хохоча в голос:

- Слушай, слушай, а что говорил трактирщик?  Кажется кто-то сначала поиздевался над девушкой, убил, а потом трахнул мертвую? Вот это должно быть экстаз...вся в кровищи... - у меня волосы на голове зашевелились. Дыбом встали от этого разговора.

Шейх неожиданно поддержал брата:

- Возможно представил, что это девственная кровь. Зато самое главное: баба молчит и не верещит над ухом.

Вы посмотрите, какой сегодня шейх разговорчивый, прямо сыплет остротами, хотя может я и не знала, как и о чем он разговаривает с мужчинами. Со мной он нормально разговаривал только однажды: на озере, чтобы соблазнить меня даже истории о своих походах рассказывал.

На дружный смех я только впилась пальцами в чашу, а после того, как тот затих, я встала из-за стола и с милой улыбкой, присущей обычным женщинам, пояснила:

- Теперь я точно уверена, что вы родные братья. У вас обоих больная фантазия!!!

И мне было все равно на то, что я сдала Ярина по поводу того, что он мне рассказал о тайне рождения шейха. Поделом ему. Он тоже надо мной посмеялся.

Глава 15

POV Лилия

В ночь ранения я настолько не выспалась, что на ходу засыпала. Усталость, потеря крови меня выматали сильнее, чем обычно. В какой-то момент я почувствовала, что меня перенесли. Теперь уже не я управляла лошадью, а провалилась в благодатное беспамятство. Я отчетливо понимала, что сплю и позволяла себе греться и спать на широкой груди, привалившись к ней ухом. Во сне было так хорошо: сладко. Кончики пальцев покалывало жаром. И тело расслабленное, невесомое, легко поддающееся всему, что с ним делали. Его трогали и оно, не подвластное разуму во сне, охотно подчинялось и млело в чужих руках. А потом поцелуй такой дьявольски сладкий, неторопливый, но такой тяжелый, накрывающий волной бешеных эмоций и страсти, от которой сжались пальцы и на руках и на ногах. Не думала, что ощущения во сне настолько яркие.  Получив мощнейший удар похоти от соприкосновения с чьим-то языком я простонала кому-то в губы, одобряя дерзкие действия.

- Тихо, - только этот ужасный голос и пальц, прикоснувшийся к моим губам, вырвали меня из грез и опустили в солнечных ад песков и уронили в объятия самого дьявола. Со сна не поняв где нахожусь я с удивлением отметила, что лежу на плече самого дьявола и, задрав голову только что кажется целовалась с ним, потому что наши губы почти соприкасались, а на моих осталось странное ощущение покалывания от его щетины. Вся кровь бросилась вверх и ударила в лицо, накалив его, от осознания всей мерзости происходящего. Зверина, как обычно, воспользовался моим не вполне адекватным состоянием и его ладони уже проникли под рубаху и лапали мою грудь. Словно поняв путь моих мыслей, он решил пояснить:

- Ты сама ластилась ко мне во сне, разве можно было отбиться от твоих приставаний? Я ведь не каменный? - зверя забавляла эта ситуация и власть над моим телом.    Знание о том, что его умелые руки легко могут возбудить меня, он считает своей властью надо мной. Ниточкой, за которую можно дернуть и заставить танцевать под его музыку, но к его сожалению, я умела этому сопротивляться.

Совершенно с непроницаемым лицом вытащила его руки из моей рубахи, поправила одежду, набросила обратно капюшон, скрываясь полностью от его взгляда и холодно пояснила в пустоту:

- У меня давно не было мужчины, поэтому легко возбуждаюсь, - прозвучало несколько двояко. Выглядело, словно я -опытная женщина и через меня прошло достаточно любовников, но не объясняться же перед ним!? К тому же, его это не касалось...

- Потаскуха! - полоснул, как ножом, очередным оскорблением, на что я мысленно взвилась. Да, как он смел называть меня потаскухой. Меня!? Меня, которая ни на одного мужчину с вожделением не посмотрела за все года!? А сам!? А сам, как посмел так нагло и мерзко меня унизить!? После того, как делал вид, что безумно возбужден мной, что дико желает меня и не может остановить собственное тело и просто пойти и оттрахать другую девку или девок?

Наверное, это был некий рубеж. Последнее обзывательство, которое не удалось стерпеть. И все унижение громко взорвалось во мне. Повернувшись к шейху, я тихонечко бросила в надменное, самодовольное лицо:

- Катитесь к дьяволу, ваше величество. А ко мне никогда больше не притрагивайтесь, ибо меня тошнит от ваших прикосновений!

Все это я сказала предельно четко и тихо, глядя ему в глаза, чтобы понял и принял мои слова к сведению. Я не шучу и совершенно серьезна в своих высказываниях, может быть немного груба, но как уж получилось. Это не флирт и не глупые обиды, а конец. С минуту я смотрела в его неморгающие глаза и пыталась понять, какова будет