Дочь по контракту - Мила Дали

Анастасия.

Утро следующего дня.

— Кто тааам? — нарочито приветливым голосом интересуюсь стоя у двери.

Подсматриваю в глазок. Вижу знакомую фигуру пожилой женщины с пушистыми, как одуван волосами. Милейшая особа, вот только навязчивая. Не то чтобы я отказывалась от гостей и была непочтительна, просто на часах половина девятого, а мне еще собираться на встречу с адвокатом.

— Соседка ваша, Алевтина Петровна, — также тоненько пищит в ответ, — испекла пирог для Стешеньки.

Женщина поднимает руки ближе к глазку и показывает мне блюдо, накрытое хлопковой салфеткой. Если сейчас пущу в квартиру соседку, точно опоздаю в кофейню к Марку.

Алевтина крайне болтлива, но я уважаю ее возраст и подозреваю, что назойливость старушки вызвана начинающейся деменцией. Надо попытаться вежливо спровадить Алевтину Петровну и перенести посиделки на другой день.

Со вздохом отпираю замок, чуть приоткрываю дверцу.

— Стеша пока не ест пирогов, — едва успеваю молвить, как соседка лихо отбегает в сторону.

В узкой щели между косяком мелькает тень. Кто-то наваливается на дверь и против моей воли распахивает створку полностью. От страха каменею.

Соседка по стеночке — по стеночке пятится обратно к своей квартире, а передо мной возвышается человек в защитной одежде. У него пластиковые очки, респиратор, перчатки. В руках чемодан с красным крестом.

— Это что еще за конец света?

Настало время мне поохать.

— Нет, нет, Анастасия Евгеньевна, небольшие формальности. — Я слышу лукавую речь Лютольфа. Марк, улыбаясь, становится рядом с незнакомцем. — Мы просто возьмем образец Стефании. Я позаботился о стерильности процедуры, поэтому специалист так одет.

Протестующе скрещиваю руки на груди. Меня пугают незваные гости и тайные намеренья Лютольфа.

— Почему без предупреждения? Доченька спит.

— Еще лучше, — бодро подхватывает Марк, корчит из себя добренького. — Стефания даже не почует.

Подобно тайфуну они вваливаются кто мне в дом. Приходится отпрянуть, иначе задавят. С опаской наблюдаю, как ряженый специалист натягивает бахилы. Марк разувается без моего согласия, снимает черное пальто и оставляет в гардеробе.

Будто владелец дома он шагает по коридору и указывает мужчине, где располагается детская комната. Кидаюсь за ними.

Возле кроватки незнакомец щелкает металлическими замочками на чемодане, открывает крышку, достает колбу, а из нее длинную палочку.

— Не волнуйся Анастасия Евгеньевна, он, — указывает на специалиста, — возьмет пробу изо рта Стефании. Аккуратно и профессионально.

— Еще вчера ты отнекивался от всякого родства с дочерью, а сегодня вламываешься ко мне в дом и хочешь собрать какие-то анализы? — выказывая адвокату недовольства, обращаю внимание на его лицо. В сердце становится тревожно. — Что случилось? У тебя рассечение и синяк.

— Так, житейские трудности.

Марк подходит ближе, окутывая меня терпким ароматом одеколона. На нем свежая, идеально отглаженная рубашка, темный галстук. И зачем я выделяю стиль Марка? Со вкусом подобранный, до запонок на его рукавах.

— Анастасия Евгеньевна, должен перенести нашу встречу на вечер. У меня наклевывается новый клиент, а ты вроде как благотворительный проект.

— Приоритеты в пользу денег, — задумчиво говорю и не сразу ощущаю, что Марк дотронулся моей поясницы. Галантно и в то же время нахально. — Я согласна на все ради выгоды Стефании.

Отвечаю Марку, а сама контролирую специалиста. Мужчина быстро проводит палочкой во рту сонной дочери. Осторожно складывает образец в стеклянную пробирку и плотно зарывает. Скоро, как и обещал Лютольф, днк Стеши будет отправлена в Англию. А по мне, хоть в Занзибар. Я уже ничему не удивляюсь.

— И составить приятную компанию в ресторане согласна?.. — шепчет на ухо Марк. Вздрагиваю от нежданных мурашек. — Ради интересов Стеши, конечно же…

— Почему нет? Обсуждение судебного заседания да из уст Лютольфа, как бальзам на душу.

Поддерживаю хитрые оды Марка. Адвокат расплывается в улыбке.