В ожидании Айвенго - Наталья Миронова

Кажется, полагается расческу под подушку положить… Вздор. Не нужен ей жених! Надо спать, завтра трудный день, опять в Москву ехать… Мысли мешают. Мысли назойливые, неотвязные, как мухи, так и лезут в голову.

Чтобы не думать о непрошеном, Этери заставила себя думать о нужном. Надо прямо с утра позвонить в реставрационные мастерские, пусть приедут и заберут картины. Но договориться на послеобеденный час. А лучше на послезавтра: еще неизвестно, когда она из Москвы вернется. Да-да, лучше на послезавтра. Хорошо, что самые ценные дедушкины картины хранятся в банковском сейфе у Веры Нелюбиной! Пожар их не затронул.

Надо позвонить ремонтникам. Тоже лучше на послезавтра. Но не откладывать, ремонт надо делать быстро. Хоть бы стены скорее просохли. «Вывезу картины и включу обогрев на полную мощность», – пообещала себе Этери. Что еще? Грумера[8]надо вызвать, собаки который день не чесаны, а у самой у нее сил нет.

Да, горничную нанять вместо Даны! Завтра, все завтра. А сейчас спать…

Не спалось. Опять принимать снотворное? Нет, хватит, так можно и подсесть, не дай бог.

Этери взяла плеер и включила третью песню – «Я все еще здесь». Эрта Китт озаглавила так свои мемуары. Чего только ей не довелось пережить! Половины слов Этери не понимала: слишком много там было реалий 30 – 40-х годов (это при том, что сама Эрта Китт родилась в 1927-м и Великую депрессию пережила еще ребенком). Но многое было ей понятно и по-человечески близко. Пусть даже сама она никогда не знала бедности, не снималась в кино, не употребляла наркотиков. Главное – стойкость, юмор, цепкая жизненная хватка, непрошибаемый оптимизм, которого ей сейчас так не хватало.

Все было:

Бывало здорово, бывало паршиво,

Я всякого повидала, но, боже,

Я все еще здесь.

Были бархатные ложи,

Бывали скверные пивнушки,

Однако ж я здесь.

В трущобах ночевала,

В ночлежках за казенный счет…

За хлебом стояла

Ну да, была Депрессия.

Но была ли я в депрессии?

Черта с два!

Финансиста встретила,

И вот я здесь!

Танцевала голышом —

Ну да, было.

По три бакса за ночь.

Но я же здесь.

Травку курила, пила – ну не без этого.

Сидела на «колесах»,

Обретала Иисуса,

Лечилась покоем…

Ничего, главное, я здесь.

В актерской школе не училась.

Но кто-то сказал:

«В ней что-то есть»,

А это значит – я здесь!

Сегодня ты в соболях,

Завтра несешь их в ломбард.

Я здесь!

Сегодня ты звезда,

Завтра мерзнешь в массовке.

Я здесь!

То ты женщина-вамп,

То чья-то черная мамка.

И слышишь в спину:

«Ах ты кривляка!

Твое амплуа – гротеск!»

Гротеск? Ладно,

Я разве спорю?

Пусть будет гротеск.

Главное, я здесь!

Прошла через «Эй, леди, вы не эта, как ее?

Красоткой была – зашибись».

Или, еще хуже: «Ой, я думал, вы эта, как ее?

И куда она девалась?»

Ничего, стерпела.

И я здесь.

Да, разные бывали времена…

Бывало белое, а бывало и черное.

Да что там говорить,

Я прошлый год пережила,

А уж это, скажу я вам, не шутка!

И вот смотрите – я здесь!

Все прошла – от А до Я,

Поздравьте меня!

Эй, кто тут у нас?

Это я!

Я все еще здесь!

Так Этери и уснула, не снимая наушников, под негромкий, низкий, невероятно чувственный, по-кошачьи урчащий голос Эрты Китт.