Мой ненастоящий - Джина Шэй

Морщится.

Как хорошо-то, а! Как хорошо быть правой!

Но тут ведь как — мужик сказал, мужик сделал. У этого тестостеронового монстра и в уме нет сдаться жалкой кружке, которую он может раздавить тремя пальцами.

Я же быстренько расправляюсь со своей девочковой чайной волокитой и уношусь обратно, в комнату, к еще не до конца собранным сумкам. С дельным видом ношусь туда-сюда, изображая полномасштабную деятельность — включаю кран в ванной, то руки помыть, то пузырек от крема для лица, то раковину…

— Маргарита, поторопитесь, — недовольно гудит Рустам за моей спиной. Его явно нервирует журчание воды.

— Да-да, я почти все закончила, — суетливо всплескиваю руками, — а вы ведь мне поможете вынести сумку? Ой, я забыла, надо же еще мусор выкинуть и холодильник разобрать!

Бросаюсь мимо Рустама в кухню. Громко шуршу мусорным пакетом. Выгружаю из холодильника пару жалких йогуртов — в общем-то на этом «разбор окончен». Но это не мешает мне еще десять минут возиться у холодильника, пользуясь тем, что пакет прикрыт железной дверцей. Отлично, а теперь обратно в комнату, там еще антресоль не «разобрана». Да еще и потоптаться при этом по всем скрипучим половицам.

На мое счастье — Рустам со мной не знаком. И для него я действительно выгляжу нервничающией суетливой девицей, которая вот-вот потеряет в этом бедламе голову.

Ему и в голову не приходит, что раззява бы не продержалась на месте личного ассистента Ветрова столько времени.

Так, кажется, сработало — за мной Рустам в этот раз не идет. Сначала смотрит за два шага от двери, а потом делает два шага назад в сторону двери со старой как мир, еще хозяйской декоративной фиговиной на тему «писающего мальчика».

Ну, конечно, он ведь убежден, что от комнаты до двери три с лишним метра скрипучих полов. Он ведь бравый, он услышит мое приближение! А разве такая безголовая курица как я, запомнит наизусть расположение скрипучих половиц?

Запомнит — если ей нужно подходить по ночам к двери, так, чтобы барабанящие в неё коллекторы не услышали скрипа шагов. Так, что даже с рюкзаком самых необходимых вещей на плечах я могу пройти до двери беззвучно. Задерживаюсь только на одну секунду — затаив дыхание, сдвинуть наружный шпингалет на двери туалета в «запорный желобок». Он вряд ли задержит Ветровского амбала надолго, но пару мгновений он мне выиграет.

Подхватываю кеды с полки для обуви — и барсетку Рустама тоже. Мне в ней ничего не надо, только мой телефон. Ключей у него нет, я заранее пихнула их в карман, дверь я закрываю максимально беззвучно. Дешевая дверь — тоже не выдержит трех-четырех ударов, но это еще пара минут для моего побега.

А вот теперь надо делать деру! Надо постараться добраться до метро. А там, глядишь, и затеряюсь… 

Потрошить барсетку на ходу неудобно — поэтому я швыряю её в рюкзак. Разберусь потом. Отправлю Владиславу Каримовичу бандеролькой…

На последнем лестничном пролете останавливаюсь, выглядываю в окно, чтобы прикинуть, где там сейчас водитель Ветрова.

Он встал неудачно, в дальнем углу двора. Неудачно для него, конечно. У нас тесный внутренний двор, места на парковке мало, машины ставят чуть не на крышах друг у друга. Водитель курил у машины, но именно сейчас он отвлекся на какого-то пацана, который нечаянно задел ему бампер камушком. Боже, фортуна на моей стороне?

Вылетаю из дома, и сердце бьется аж в горле. Пролетаю пятнадцать метров по тротуару и ныряю в спасительную темень арки под домом. Вслед мне никто не орет. Господи, неужели получилось? Получилось?!

Если бы Ветров мог меня сейчас увидеть — я бы с удовольствием показала ему язык.

В рюкзаке лежат смена одежды, документы и украдкой вынутая из матраса заначка. А еще у меня есть маленький запас времени, чтобы вырвать себе маленькую фору.

От дома я ухожу переулками. Квартал у меня паршивый, к дорогам выходить не хочу — там очень просто проворонить слежку. На ближайшую станцию метро не иду — это самый простой вариант, именно там меня и будут искать. А вот если пересесть на автобус — можно добраться до другой ветки. И это как раз то, что мне нужно. Но до автобуса надо прочапать два квартала и нужно сделать это так, что если меня будут искать на машине — так сразу меня найти не смогут.

На ходу вытягиваю из рюкзака толстовку и кепку, прячу волосы под капюшон, а козырек надвигаю на лицо.

Я когда-то планировала побег. Когда еще не успела прикинуть, кто такой Сивый, когда он еще не угрожал, что если платить ему не буду я — могут пострадать и члены моей семьи.

Плевать на отчима, вообще-то я ему не забыла, как он вышвырнул меня из маминой квартиры, отхлестав ремнем по спине и вопя «Шалава!» на весь двор. Просто за то, что я предложила продать мамину квартиру и поделить деньги.

А вот тетю Раю подставлять мне не хотелось. Она уже в годах.

Что делать дальше? Честно говоря — так далеко мой план еще не заходил.

Сначала доберусь до тети Раи, а там уже решу, какими словами буду объяснять Владиславу Каримовичу, что больше на него работать не собираюсь.

Кажется, заявление на увольнение можно послать по почте…

Главное что? Правильно — лишить рычага давления на меня. Он давит на меня увольнением, что ж, если выбирать безработицу и замужество по принуждению, то я выберу, пожалуй, первое.

Работу я найду.

Конечно, под ложечкой посасывает, когда подумаешь, о «гребаных ежемесячных взносах», но…

Паспорт я вытягиваю из бокового кармашка на ходу. Там, между СНИЛСом и полисом спряталась красная карточка запасной симкарты и визитка.

До сих пор помню этого парня. Егор Скворецкий, состоятельный сын владельца логистической компании. Был тем самым «молодым альфачом», которому я отказала в походе на ужин. Он приглашал меня трижды, по всей видимости, думая, что мой вариант ответа как-то поменяется от количества переспрашиваний. А потом оставил визитку и предложил перезвонить, когда я вздумаю сменить работу. Ему, мол, не помешают думающие о работе сотрудницы.

Не то чтобы я ему поверила.

Но визитку сохранила.

В конце концов, вряд ли он окажется взбалмошнее Ветрова. И замуж ему вряд ли нужно будет.

Я не хочу включать телефон без лишней необходимости. Но позвоню сегодня — буду знать, иметь ли этот вариант ввиду. Да и когда я доеду до метро — будет шумно и поздно. С остановки звонить мне не хочется, симку оставляю старую — так хоть шанс есть, что не придется тысячу лет объяснять, кто я такая и почему он должен меня помнить.

Включая телефон первый раз за сутки, вижу СМС с номером карты, с неопределившегося номера. Так, это Сивый, ясно. Перевожу деньги сразу же, чтобы потом в суматохе не забыть.

Набираю номер, слушаю гудки.

И с чего я взяла, что он вообще возьмет трубку?

— Да, — слышу деловитое.