Большей любви не бывает - Даниэла Стил

— Ну, что Тедди? — сразу спросил Джордж и соблегчением увидел улыбку сестры. Нового горя они бы не вынесли.

— Думаю, ему лучше. Я обещала скоро прийти. — Онапривела Фанни, чтобы накормить ее, а потом собиралась вернуться в лазаретухаживать за маленьким братом.

— Если хочешь, я с ним посижу, — вызвался Джордж,и вдруг его лицо окаменело.

Он уставился на что-то позади сестры. У него было такоелицо, словно он увидел привидение, и Эдвина обеспокоенно склонилась к нему.

— Джордж, что с тобой?

Но он продолжал смотреть в том же направлении, а потомпоказал туда пальцем. Что-то валялось на полу около матраса. Не говоря нислова, Джордж метнулся в ту сторону, поднял свою находку и принес Эдвине.Миссис Томас, кукла Алексис, сомнений в этом не было. Но самой девочки нигде небыло видно, и их расспросы ни к чему не привели. Никто не видел раньше этойкуклы или ребенка, который ее забыл.

— Она наверняка здесь! — Эдвина огляделась вокруг:детей сидело много, но Алексис среди них не было.

Вдруг у Эдвины упало сердце, она вспомнила, что у дочкиЭллисонов была такая же кукла. Она сказала об этом Филипу, но тот покачалголовой. Он бы эту куклу везде узнал, и Джордж тоже, и Фанни.

— Разве ты не помнишь, Эдвина? Ты же сама сшила ейплатье.

Теперь она вспомнила, и глаза ее наполнились слезами. Какжестоко, если кукла спаслась, а Алексис — нет!

— Где Алексис? — Фанни подняла на Эдвину огромныеглаза. Взгляд совсем как у отца. Даже он сам замечал их поразительное сходство.

— Я не знаю, — честно ответила Эдвина, сжимая вдрожащих руках куклу и оглядывая зал.

— Она прячется? — Фанни хорошо знала Алексис, ноЭдвина на этот раз не улыбнулась.

— Не знаю, Фанни… Надеюсь, что нет.

— А мама с папой тоже спрятались?

Эдвина со слезами на глазах покачала головой, продолжаяосматриваться.

Через час, так и не найдя Алексис, Эдвина должна былавернуться в лазарет к Тедди. Куклу она взяла с собой, а Фанни оставила сФилипом и Джорджем. Увидев куклу, Тедди посмотрел на сестру.

— Лекси, — произнес он, — Лекси. Тедди тожевспомнил куклу, ведь Алексис почти всегда ходила с ней. Одна из медсестерулыбнулась, проходя мимо. Тедди был такой хорошенький и трогательный.

Эдвина остановила ее вопросом:

— Могу ли я найти… я искала… — Она с трудом подыскиваласлова, не зная, как лучше спросить. — Мы не смогли отыскать моюшестилетнюю сестру, и я подумала… она была с мамой…

Это невозможно было выговорить, но она должна знать, имедсестра поняла ее. Она мягко коснулась руки Эдвины и протянула ей список.

— Здесь все, кого удалось спасти, включая детей. Вовчерашней неразберихе вы вполне могли не найти ее. А почему вы думаете, что онатут? Вы видели, как ее сажали в спасательную шлюпку?

— Нет, — покачала головой Эдвина и показала ейкуклу. — Вот… она всегда была с ней. — Эдвина с отчаянием убедилась,что в списке Алексис нет.

— Вы уверены, что кукла ее?

— Абсолютно. Я сама шила это платьице.

— А другая девочка не могла ее взять?

— Другая? — Эдвина даже не допускала такоймысли. — Но разве тут нет детей, оставшихся без родителей?

Она знала, что в лазарете находится несколько «ничьих»малышей, но Алексис уже достаточно большая девочка, чтобы назвать себя, если бзахотела… или не была бы слишком травмирована… Эдвина вдруг подумала, а небродит ли она по пароходу, никем не узнанная, не зная, что ее сестры и братьяздесь. Она поделилась своими мыслями с медсестрой, но та ответила, что этомаловероятно.

Под вечер, когда Эдвина обходила палубу, стараясь не думатьо страшном силуэте тонущего «Титаника» с задранной к ночному небу кормой и ужесобираясь спуститься вниз, она увидела служанку миссис Картер мисс Сирепеку,гуляющую с детьми. Мальчик и девочка выглядели такими же испуганными, какостальные детишки на пароходе, а позади семенила еще одна девочка, цепляясь заруку мисс Сирепеки.

Вдруг девчушка обернулась, Эдвина увидела ее лицо,вскрикнула и через мгновение подбежала к ней, схватила на руки и прижала кгруди, плача так, будто ее сердце разрывалось. Она нашла ее! Это была Алексис.

Пока Эдвина прижимала к себе испуганную девочку и гладила еепо головке, мисс Сирепека объяснила, как могла, что произошло.

Когда Алексис бросили с борта «Титаника» в шлюпку номерчетыре, миссис Картер сразу поняла, что малышка без родных, и решилапозаботиться о ней, пока они не доплывут до Нью-Йорка.

— И, — добавила мисс Сирепека, понизивголос, — за два дня девочка не произнесла ни слова.

Они не знали ни ее имени, ни фамилии. Она отказываласьразговаривать или хотя бы сказать, откуда она, но миссис Картер надеялась, чтов Нью-Йорке какие-нибудь родственники девочки заявят о себе.

— Конечно, для миссис Картер будет большим облегчениемузнать, — сказала мисс Сирепека, — что мама малышки все-таки здесь,на пароходе.

После этих слов Алексис стала оглядываться, ища Кэт, иЭдвина покачала головой, крепче прижимая к себе сестру.

— Нет, малышка, мамы нет с нами. Это были самые ужасныеслова, которые Эдвина ей когда-либо говорила, и Алексис стала вырываться,зажмурившись от страха и не желая слушать сестру. Но Эдвина не собираласьвыпускать Алексис, они и так чуть не потеряли ее.

Эдвина горячо поблагодарила мисс Сирепеку и обещаларазыскать миссис Картер и поблагодарить ее тоже за заботу об Алексис. Когда онашла в большой салон с девочкой на руках, та жалобно смотрела на сестру имолчала.

— Я люблю тебя, маленькая моя, я очень тебялюблю, — приговаривала Эдвина, — мы так беспокоились о тебе… — Слезыструились по щекам старшей сестры. Какое счастье, что Алексис нашлась.

И Эдвина ловила себя на мысли, что вдруг и родители сЧарльзом где-то тут, поблизости. Они не могли погибнуть, разве возможнотакое?.. Или могли… И Алексис осталась как маленький призрак из прошлого.Прошлого, длившегося так недолго и улетевшего, как сон, который она всегдабудет помнить.

Когда Эдвина отдала сестренке ее любимую куклу, Алексиссхватила ее и уткнулась в нее лицом, но ничего не сказала. Она никак неотреагировала на радость Филипа, подбежавшего к ней, но повернулась к Джорджу,с изумлением взирающему на нее.

— Я думал, ты погибла, Лекси, — тихо сказалон, — мы везде тебя искали.

Она ничего не отвечала, но не сводила с него глаз и спатьлегла в эту ночь рядом с Джорджем, держа его за руку. А Филип охранял их сон.Эдвина опять ночевала в лазарете с Фанни и Тедди, хотя Фанни чувствовала себяхорошо, да и Тедди было намного лучше. Но это было самое безопасное место длядвух слабых малышей, и Тедди все еще сильно кашлял ночью. Эдвина позвалаАлексис переночевать с ними, но та покачала головой и пошла за Джорджем и легларядом с ним на узкий тюфяк. Ее брат смотрел на нее, пока она не заснула. Он чувствовал,как будто мама была рядом, ведь Алексис почти никогда не разлучалась с ней,словно тень, и уснул, видя во сне родителей.