Приворожить плейбоя - Эмили Маккей

Мэг уже собралась вылезать из машины, как вдруг зазвонил телефон.

Если бы не высветился номер ее подруги Дженин, она бы вообще не взяла трубку. Дженин согласилась помочь ей с пекарней и присматривала за ее дочкой, Перл, пока Мэг будет в Хьюстоне.

– Перл в порядке? – сразу спросила Мэг.

– В порядке, милая. Она счастливее вишенки на торте!

– Тогда почему ты звонишь?

– Ты уже все?

– До Хьюстона два часа езды. Я только добралась.

– Врешь! Ограничения скорости тебя никогда не смущали. Могу поспорить, ты приехала полчаса назад, и теперь стоишь перед его офисом и смотришь собачьими глазами на дверь, где нацарапано «Траст-банк Шепарда».

– Ничего подобного.

Мэг посмотрела на часы. Не полчаса назад, а всего лишь двадцать две минуты. И надпись была не на двери, а на самом здании, где-то на уровне сорокового этажа, огромными буквами.

– Я больше ничего не чувствую к нему, и ты это знаешь. Он врун и…

– Ты не обязана к нему идти, – мягко сказала Дженин.

– Ну да… – Мэг поднесла руку к переносице и помассировала ее. Напряжение как будто сверлило череп.

– Мы найдем другой выход.

– Ну да… – повторила она.

Вот только другого выхода не было. Ее дочке нужна операция на сердце. Мэг не могла себе позволить выплачивать страховые взносы и содержать пекарню. А если ее закрыть, она останется без работы, и про взносы можно будет забыть. Добрые жители Виктории организовали для Перл благотворительную акцию, помогали всем городом. Это был теплый, удивительный день. Но собрать удалось только девять тысяч долларов. А на одну операцию нужно было почти пятьдесят.

Даже если бы Мэг наскребла денег, оставалась еще физиотерапия. Дальнейшие назначения. Специалисты. И многое другое, что стоило денег. Денег, которых у нее не было. А вот у отца Перл они есть. Делать деньги было его работой.

Мэг отправилась к нему не за подачками. Он все-таки родной отец Перл. Почему бы ему не потратиться? Хотя, конечно, было бы гораздо проще, если бы он знал, что у него есть дочь…

– Слушай, солнце, – нарушила молчание Дженин. – Прекрати тереть переносицу. У тебя чувствительная кожа. Хочешь, чтобы Грант увидел, как ты пятнами пошла?

Мэг отдернула руку и быстро посмотрелась в зеркало. Вот дерьмо! Она действительно вся пошла пятнами.

– Ладно, тигренок, дерзай! У тебя все получится! – Дженин повесила трубку.

– Дерзай, значит… – пробормотала Мэг.

Она вылезла из машины и стала переходить улицу. «Траст-банк Шепарда» стоял на площади с буйно разросшимися дубами, тремя фонтанами и множеством столиков. Подходил к концу обеденный перерыв, и люди за столиками наслаждались прекрасной погодой.

Она шла по переходу и вдруг увидела, как огромные стеклянные двери банка открылись, и под полуденное солнце вышел Грант Шепард собственной персоной. Мэг непроизвольно замедлила шаг. Где-то рядом засигналила машина, заставив ее одним махом перескочить оставшуюся часть перехода.

Ей показалось, что на нее надели шоры. Мэг могла видеть только Гранта, и никого больше.

С их последней встречи прошло больше двух лет. Грант выглядел отлично. Как всегда, высокий и подтянутый. Светлые волосы чуть длиннее обычного. Немного взъерошены – для консервативного Хьюстона даже вызывающе. Но костюм был строго официален. На его лице застыла полуулыбка, при виде которой женщины обычно теряли голову.

Мэг тряхнула головой и напомнила себе: это не она последний раз его видела больше двух лет назад, а он испарился из ее постели посреди ночи и как в воду канул. Разница есть, и она старалась об этом не забывать.

Собравшись с духом, она шагнула ему навстречу. Как только ее зрение пришло в норму, Мэг заметила рядом с Грантом стройную блондинку почти с него ростом. Несмотря на худобу, была в ее фигуре какая-то мягкость, которую подчеркивала его рука у нее на спине – покровительственная поза явно говорила о теплых, близких отношениях. У Мэг в голове прозвенел тревожный звоночек. Она резко остановилась.

Еще до того, как блондинка повернулась, Мэг поняла, кого сейчас увидит. Утонченную, стильную красавицу. Свою противоположность. Может, и в положении.

Мэг была так уверена в своей правоте, что не сразу поверила своим глазам, когда женщина наконец повернулась.

Красавица – да. Утонченная – да. Но не беременная, нет. Хуже.

У нее на руках был ребенок. Прекрасный, здоровый ребенок, что-то лопочущий. Просто идеальный.

Жена Гранта Шепарда родила ему идеального здорового ребенка.

А у Перл синдром Дауна и дефект межпредсердной перегородки.

Мэг никогда не считала дочку какой-то не такой. Да, крохотное отверстие между правым и левым предсердием означало, что у нее имелись проблемы со здоровьем. Но Перл тоже была идеальной, только по-своему.

Но поймет ли это Грант? И как быть, если он откажется ей помочь?

За обычным материнским инстинктом скрывались более сложные чувства. Едва заметный укол ревности был связан не с его ребенком и не с Перл, а с той женщиной.

Мэг не хотелось быть похожей на эту красивую блондинку. Не хотелось ни ее богатства, ни волос, ни нарядов, ни ребенка – у которого наверняка не было в сердце никакого отверстия. Мэг устраивал ее банковский счет, ее волосы, одежда и ребенок. Но в глубине души она, похоже, до сих пор хотела Гранта… И это ее пугало.

Как теперь говорить с Грантом? Да никак. Оставалось одно. То, чего она обещала себе никогда не делать. Обещала матери и дедушке. Мэг встретится со своим отцом и заключит сделку с самим дьяволом.

* * *

По счастливой случайности сам дьявол, то есть Холлистер Кейн, жил неподалеку, в престижном районе Ривер-Оакс. Его огромный особняк, построенный еще до Гражданской войны, стоял среди домов бывших президентов, смещенных монархов и звезд кантри-музыки.

Благодаря просмотру улиц в картах Гугла Мэг видела его особняк, хотя никогда там не была. Честно говоря, она и отца-то знала только по фотографиям в Гугле.

Мэг была его внебрачной дочерью. Двадцать шесть лет назад Холлистер соблазнил, а потом бросил ее мать. Это постепенно довело ее до эмоционального разрушения.

В итоге Мэг воспитывал дедушка. О Холлистере она всегда знала, поэтому естественно предполагала, что он тоже знал про нее, просто она ему никогда не была нужна. И ее это очень даже устраивало. Ни Кейны, ни их капиталы ей были ни к чему.

Но теперь все изменилось.

Да, была вероятность, что Холлистер откажется ее признавать. В конце концов, он был уж слишком большой сволочью, чтобы добровольно раскошелиться. Тогда Мэг привлечет юристов. Пройдет генетическое тестирование и всякое такое.

Но она не думала, что до этого дойдет. Мэг знала тайны его прошлого, которые Холлистеру не захотелось бы выносить на всеобщее обозрение. У нее были доказательства противозаконных действий, которые могли бы уничтожить Кейнов. Если Холлистер заупрямится, она выложит все свои козыри.