Любовники - Джастин Валенти

– О Эл…

– Да-да, это правда. Кто я такой? Весьма заурядный музыкант, который научился дорого продавать свое мастерство. И потом, эти диски, кассеты, записи, вся эта электронная чушь и прочее…

– Но ты же играешь прекрасный джаз и всегда делал это превосходно.

Эл равнодушно пожал плечами:

– Да, но все в прошлом. Сейчас я играю только по выходным, да и то изредка. Мне вообще не везло в музыке. Даже сегодня мне пришлось отменить свое выступление. Знаешь, если я наклонюсь, чтобы понюхать цветок, то меня обязательно укусит пчела. Единственная моя удача в жизни – Энни, да и ту я потерял. Посмотри, сколько в ней очарования! Думаю, она всю жизнь ждала этого торжественного момента, – с какой-то неизбывной грустью в голосе закончил Эл.

Николь импульсивно поцеловала Эла в щеку.

– Я всегда считала, что ты для нее самый лучший подарок. – Она грустно вздохнула и посмотрела на искаженное горечью лицо собеседника. Николь любила Энн и до сих пор не могла понять, почему она так жестоко обошлась с мужем.

– И все-таки я самый счастливый папаша в мире, – вдруг заявил Эл. – Ты и сама все поймешь, когда услышишь его музыку.

– Николь, ты еще не поздоровалась с Полом? – неожиданно появилась перед ними Энн и потащила подругу в дальний конец зала. – Эл, будь другом, организуй нам шампанского.

– Энн, подожди минутку! Пол сейчас разговаривает с Джулией, и мне очень не хотелось бы им мешать.

– Если этого не сделаем мы, то сделает кто-нибудь другой. Пошли.

Когда они подошли поближе, Пол повернулся и с удивлением уставился на Николь. В его глазах блеснул неподдельный интерес.

– Пол, ты только посмотри, кто со мной! – торжественно объявила Энн.

– Очень приятно, – невнятно пробормотал тот, утвердив Николь в мысли, что ее не узнали.

– Я Николь Харрингтон, – решила напомнить ему она, чтобы избежать недоразумений и не корить себя за возникшую неловкость. – Прошло много лет, Пол, и ты, вероятно, не помнишь меня…

– Ну как не помнить! – тут же вмешалась Энн, не сводя глаз с подруги. – Пол, это моя лучшая подруга, мать Джулии.

– Разумеется, я ее помню, – недовольно проворчал Пол, косясь на мать. – Не делай из меня идиота, Энн.

Николь вспомнила, что Пол с самого детства звал родителей по имени, что доставляло им невероятное удовольствие, хотя сама она была далеко не в восторге от подобной фамильярности.

– Джулия, не уходи, пожалуйста, – придержала Николь уже попятившуюся назад дочь.

– Николь всегда была для меня чем-то вроде тети, – продолжала вспоминать Энн.

– И не только, – с едкой ухмылкой возразил Пол, лицо которого внезапно расплылось в добродушной усмешке. – Я хорошо помню вас, Николь Ди Кандиа. Более того, у меня по сей день хранятся ваши скульптуры, подаренные мне еще в детстве.

Энн облегченно вздохнула – сын наконец-то признал Николь – и незамедлительно отправилась наводить порядок в зале и готовить место для музыкантов.

– Вы назвали одну из них «Пол изучает магнитофон», помните? – продолжал меж тем ее сын. – Это была небольшая деревянная статуэтка, изображающая мальчика с разбитым вдребезги магнитофоном.

– Боже мой, конечно, помню! – застенчиво улыбнулась Николь. – Это была чуть ли не последняя моя поделка из дерева.

– А еще у меня есть вещичка, которую вы мне подарили на десятилетие! – восторженно продолжал Пол. – Она была сделана уже из бронзы. Потрясающая вещь! Несколько абстрактно, конечно, но вместе с тем весьма остроумно. Хотите, я покажу вам ее сейчас?

Не дожидаясь ответа, Пол схватил Николь за руку и потащил к двери.

– Сейчас? – опешила она. – Нет, не надо. Гости ждут начала концерта…

– Ничего страшного. Без меня все равно не начнут. Это отнимет не больше минуты.

Николь нервно хихикнула, не в силах противостоять внезапному желанию хозяина. Она точно знала, что сейчас не время для подобных экскурсий, но, несмотря на это, покорно последовала за ним.

А Джулия, тем временем осушив бокал шампанского, посмотрела вслед удалившейся паре и протянула руку за другим.