Люблю всем сердцем - Элизабет Огест

– И никто не вызовет, если вы не изменитесь.

Он сурово посмотрел на нее.

– Я со всеми был одинаково справедлив.

– Вы властный человек, а не все готовы с этим мириться.

– Но у тебя вот никогда не возникало со мной никаких трудностей.

– А у меня муж, Билл, пусть земля будет ему пухом, – Люси набожно перекрестилась, – был точно такой же. Он первый нашел с вами общий язык, а я уж потом присмотрелась и тоже нашла в вас кое-что хорошее.

Джад криво усмехнулся.

– Так почему же другие ничего не находят?

Губы Люси растянулись в улыбке.

– Вы сами знаете ответ на этот вопрос. И ответ на него в вашем прошлом.

– Хорошо, я тебя понял. Когда придет мисс Бродвик, постараюсь быть белым и пушистым.

– Искренне на это надеюсь, – ответила Люси, одновременно успевая подхватить пустую тарелку у Генри, пока та не свалилась на пол.

– И вот что: надо будет добавить еще одно место за обеденным столом.

* * *

«Милое местечко», – подумала Минерва, останавливая машину возле ограды.

Взору открылся одиноко стоящий белый дом, каждая деталь которого говорила если не о богатстве, то о полном достатке. Здесь живут состоятельные люди. Она уже знала, что Джад Грэм – архитектор, и, несомненно, дом воплощал его творческие фантазии. «Превосходный вкус», – отметила она, ступая по прямой безукоризненной тропинке мимо идеально ухоженных клумб.

Изобразив на лице улыбку, чтобы скрыть нервозность, Минерва нажала на кнопку звонка. Но ее улыбка тут же пропала, когда в дверях появился хозяин дома. Огромный, он просто навис над ней, подавляя всем своим видом. Хотя, если присмотреться, в нем не было ничего страшного. Обычные джинсы, обычная клетчатая рубашка, кроссовки. Но глаза… Пронзительные темно-карие, от одного взгляда которых Минерве захотелось повернуться и убежать. Но она зашла слишком далеко, чтобы отступить просто так. Нет, желательно остаться и посмотреть, что будет дальше. Глядя на стоящего перед ней мужчину, она пыталась с ходу определить, к какому психологическому типу он относится и как с ним лучше обращаться. Даже поверхностного взгляда было достаточно, чтобы понять – уровень развития выше среднего. Привык, чтобы ему во всем и всегда беспрекословно подчинялись. Только вот она не намерена позволять собой помыкать. Главное в ее жизни – свобода. Поэтому, распрямив плечи, она с непринужденной улыбкой протянула мужчине руку.

– Добрый день, меня зовут Минерва Бродвик.

Пожимая ей руку, Джад отметил, что из косметики на ее лице только губная помада. Никаких попыток скрыть недостатки с помощью макияжа. Мысленно он одобрил такой подход. Пока у него нет к ней никаких претензий. К тому же она пунктуальна. Это говорит в ее пользу.

– Вы вовремя, – сказал Джад, делая шаг назад и пропуская ее в дом.

Минерва поняла, что не произвела особого впечатления. Вид у него по-прежнему хмурый и настороженный. Остается только догадываться, что бы произошло, если бы она опоздала. Вполне вероятно, что он сразу же выставил бы ее за дверь. А ведь на самом деле она не так уж и желала получить эту работу. Просто у нее не было выбора. Даже работа у этого медведя предпочтительней, чем возвращение домой к отцу.

Джад пригласил ее сесть, как только они вошли в гостиную.

– Я хочу задать вам несколько вопросов прежде, чем мы пройдем на кухню и я представлю вас своей семье.

Он уставился на нее, ожидая, когда же она сядет. Но Минерва знала: стоит ей сделать это, как она тут же утратит все свое преимущество. Поэтому она дала ему понять, что готова выслушать его стоя.

– И что же это за вопросы?

– Я хочу знать, почему вы приняли мое предложение.

– Потому что мне нужна работа, – честно ответила она.

– Мои дети не просто работа! – вскипел Джад.

«Ну вот ты и раскрылся, посмотрим, удастся ли мне найти с тобой общий язык».

– Я никогда не рассматривала работу с детьми как просто работу. Я люблю детей, если вас волнует именно это.

Джад старался справиться с раздражением.

– Что ж, рад слышать, – процедил он сквозь зубы.

Его манеры начинали действовать Минерве на нервы. И неожиданно для себя она вдруг спокойно сказала:

– Кажется, я начинаю понимать, почему на столь «вакантной» должности сменилось столько претендентов.

– Они меня не устраивали, – невозмутимо бросил Джад. – Я не хочу, чтобы рядом с моими детьми находился кто попало. Мне необходимо, чтобы ими занимались двадцать четыре часа в сутки, шесть дней в неделю. Воскресенье – выходной. Конечно, ваш труд будет неплохо оплачиваться. Итак, подходят ли вам такие условия?

«Насчет оплаты – это, безусловно, хорошо. Особенно в той ситуации, в которой я оказалась».

– Я готова попробовать.

Его брови сошлись в одну линию. Видимо, он считает, что эта хмурая маска демонстрирует его хладнокровие.

– Пойдемте.

Неожиданно раздался плач ребенка, и Джад бросился выяснять, что случилось. Минерва поспешила за ним. Когда она вошла на кухню, то увидела пожилую женщину, троих детей явно одного возраста и одного мальчика чуть постарше, с такими же темными волосами и колючим взглядом, как у отца.

При появлении Джада рев моментально прекратился.

– Эти двое отказываются есть клубнику, – пояснила Люси, кивая на тарелку, полную свежих ягод. – И уже не первый раз.

Минерва с неслышным вздохом прикрыла глаза, представив себе, как в подобной ситуации поступил бы ее отец. Подспудно она ожидала того же.

– Клубника полезна для здоровья. Завтра перед вами поставят две тарелки, – заявил Джад и, видимо считая проблему решенной, обратился к старшему сыну: – Заканчивай завтрак, я тебя жду.

Минерва стояла как вкопанная. Она не верила своим глазам, своим ушам. Тип один в один.

– А вы наша новая няня? – спросил старший мальчик.

Минерва кашлянула, проверяя, сможет ли говорить. Ее не отпускало ощущение, что за хлопнувшей дверью исчез ее собственный отец.

– Да, – наконец ответила она. – А ты Джон? Правильно? – уточнила она, вспоминая одно из имен, записанное на листке, который ей дала Ванда.

Джон важно кивнул и так же важно представил своих сестер и брата:

– Это Джоан и Джуди, они близнецы.

Девочки и правда были удивительно похожи. Одинаковые каштановые волосы и зеленые глаза.

– А это Генри, он третий, но не близнец, – пояснил, как мог, Джон. Да Минерва и сама видела, что волосы у мальчика более темные, а глаза такие же карие, как у старшего брата.