Прекрасная защитница - Дженна Питерсен

– Добрый вечер, Чарли.

– Войдите в дом. – Он указал на французскую дверь, ведущую из сада в гостиную. Это было приказание, а не просьба, и поскольку Чарлз был ее начальником, Эмили оставалось только подчиниться.

Вздохнув, она вошла в светлую теплую комнату. Она ведь была в двух шагах от свободы! Чарли закрыл за собой дверь и запер ее на засов, а Эмили бросилась в ближайшее кресло и с вызовом скрестила руки на груди.

– Эмили, Эмили… – начал Чарли, качая головой и наливая два бокала шерри. Подав бокал Эмили, он уселся напротив и замолчал.

Поджав губы, она пыталась справиться с охватившими ее чувствами. Черт бы его побрал. Всякий раз, когда она нарушала условия договора или проявляла слишком много усердия, он заставлял ее чувствовать себя виноватой. И теперь это ему тоже прекрасно удалось. Эмили стиснула зубы. Нет, она не станет просить прощения.

– Как вы узнали? – Эмили отставила в сторону бокал, даже не пригубив вина.

Чарли не успел ответить, потому что дверь в гостиную отворилась. Эмили подняла глаза и увидела двух своих лучших подруг – Мередит Арчер и Анастасию Тайлер.

Мередит сложила руки и тоже пронзила Эмили взглядом, который должен был вызвать у нее чувство вины. Эмили смущенно отвела взгляд.

– Это мы сказали ему, – призналась Мередит, и в ее голосе не прозвучало ни малейшего намека на угрызения совести.

Эмили сжала руки, лежавшие на коленях, и впилась ногтями в ладони.

– И как же вы раскрыли мой план?

Анастасия рассмеялась; они с Мередит уселись на соседнем диванчике.

– Так мы тебе все и расскажем!

Мередит кивнула:

– Вот именно. Чем больше подробностей мы сообщим, тем удачней ты воспользуешься ими в следующий раз, когда решишь улизнуть из дома в ночь.

Эмили прищурилась. Все это выглядело хорошо отрепетированным. По-видимому, все трое знали о задуманном побеге уже давно и приготовились раскрыть карты, когда она приступит к выполнению своего плана. Это привело Эмили в бешенство. Шесть месяцев назад ее никто не сумел бы поймать.

Шесть месяцев назад все было по-другому.

Она отмахнулась от этих мыслей и от охватившего ее ощущения беспокойства. Нельзя, чтобы Чарлз и подруги почувствовали ее страх, иначе будет еще хуже, чем сейчас.

– Ладно, посмотрим, не разберусь ли я в этом сама. Меня выдали простыни, да?

Ана рассмеялась, и Эмили поняла, что попала в точку. Не одну неделю она играла в кошки-мышки с горничными. Очевидно, кто-то завел разговор о недостающих простынях, и этот разговор дошел до ее подруг-шпионок.

Ана до своего недавнего замужества несколько лет жила вместе с Эмили. Можно не сомневаться, что горничные рассказали Анастасии о странном поведении подруги.

И вместо того, чтобы самой поговорить с Эмили, как она сделала бы раньше, Ана пошла к Мередит и Чарли.

Чтобы уберечь ее.

Но Эмили меньше всего этого хотела. Материнская забота и беспокойство друзей подавляли ее. А от их неверия ее собственные страхи звучали в голове еще громче.

Чарли вынул трубку и зажал ее в зубах.

– Неужели важно, как именно мы раскрыли ваш план побега?

Эмили пожала плечами. Наверное, не важно, если не считать, что она чувствует себя донельзя униженной. Важно другое – к чему приведет создавшееся положение. Она схватила со столика бокал шерри.

– И каково будет мое наказание? – спросила она, откидываясь на спинку стула и вертя бокал в руках. – Виселица? Дыба? Меня отправят на каторгу в Австралию?

Чарли улыбнулся в ответ на эти сухие вопросы, но Эмили не дала ему прервать себя:

– Или вы приговорите меня к самой худшей участи? Будете держать под замком в моем доме, чтобы я не могла выполнять свои профессиональные обязанности? Вы и дальше будете делать так, чтобы мне не давали никаких заданий?

Услышав эти слова, Чарли перестал улыбаться, Мередит вздрогнула, а Анастасия тихо вздохнула. У Эмили от напряжения даже заболели мышцы плеч. Этот спор был ей противен так же, как и всем им.

– Никто не собирается мучить тебя, дорогая, – сказала Ана, вставая и принимаясь ходить по комнате.

Эмили смотрела на ее беспокойные передвижения. От подруги с каждым шагом исходили волны тревоги и страха. Ана всегда покровительствовала Эмили, но после того как Эмили ранили, а Ана вышла замуж, все изменилось в худшую сторону. Ана жила с мужем, Лукасом Тайлерам, который тоже был тайным агентом. Теперь он, а не Эмили, был ее партнером. Тайным агентом был и муж Мередит Тристан. У обеих лучших подруг началась новая жизнь.

А Эмили как будто все бросили.

От этой мысли стало больно, и Эмили поднялась:

– Вы не хотите меня мучить, а все равно мучаете. Ведь я тайный агент! Я родилась на свет, чтобы стать тайным агентом, хотя и не осознавала этого до тех пор, пока вы, Чарли, не заговорили со мной много лет тому назад.

Он посмотрел на Эмили, и губы его изогнулись в легкой улыбке, но по выражению лица Эмили поняла, что он просто не хочет ей противоречить.

– Сколько времени я должна сидеть дома, как заключенная, и не участвовать в работе?

Ей нестерпимо хотелось швырнуть бокал об стену, чтобы привлечь их внимание. Но друзья, вероятно, восприняли бы такую выходку как новое подтверждение ее неуравновешенности.

– Вы не так давно были ранены, – мягко сказал Чарли. – Я очень не хочу, чтобы вы вернулись на поле боя, не оправившись полностью.

Эмили с досадой отошла. Более шести месяцев назад ее ранили при выполнении одного задания. Да, рана была болезненной – и порой до сих пор еще побаливала, хотя Эмили не желала в этом признаваться. Впрочем, ее друзья и так знали об этом.

Но существовали и более значительные причины для того, чтобы отстранить ее от работы. Как-то ночью она подслушала разговор Чарли с Аной. Он сказал подруге, что Эмили пострадала не только телесно. Она психологически уже не та, какой была до ранения.

Вспомнив об этом, Эмили вздрогнула. Да, это правда. Иногда по ночам она просыпается с криком. Иногда вспоминает о страшном мгновении, когда ощутила толчок, и пуля ворвалась в ее тело. И именно поэтому так страстно хочется вернуться к работе. Хочется доказать себе, равно как и остальным, что она по-прежнему может выполнять свои обязанности.

Это все, что у нее осталось. И она не может это потерять.

Эмили повернулась к Чарли спиной, смахивая ресницами слезы – внезапно навернувшиеся на глаза слезы отчаяния.

– Чарли, – прошептала она, сжимая и разжимая руки, чтобы справиться с нахлынувшими чувствами. – Прошу вас. Мередит нравится быть тайным агентом. Ана стала тайным агентом, когда ее к этому вынудили обстоятельства. Но я шпионка по натуре. Это моя душа, без этого я сойду с ума. Я должна снова работать. Я вас умоляю.