Измена. Прощай навсегда - Шарлотта Эйзинбург

Просыпаюсь от слепящего глаза солнца. Жмурюсь, рукой нащупываю телефон. Восемь утра. Поворачиваю голову. Вити рядом нет. В груди снова всё сжимает. К горлу подступает горький ком.

Это был не сон…

Кое-как отрываю себя от кровати и выхожу из спальни. Как бы там не было с мужем, дочке нужно готовить завтрак. Да и самой поесть, чтобы не умереть от истощения.

Из детской доносится смех дочери. Останавливаюсь и прислушиваюсь.

— Полетели-полетели, — хохочет Витя.

Так значит он вернулся? На душе моментально становится спокойней. По крайней мере муж дома и мы сможем обсудить всё прямо сейчас. Хуже было бы, если мне пришлось бы ждать его до вечера, выедая себе мозг чайной ложечкой.

Приоткрываю дверь в комнату дочери и наблюдаю, как Витя поднял Лизу к потолку, изображая самолётик. Возле кроватки стоит огромная коробка с плюшевым зайцем, рядом валяется новенькое детское пианино.

— Привет, — говорю тихо, привлекая внимание мужа.

— Маруся, — муж опускает дочку на пол и подходит ко мне. — Прости, родная, что задержался, — делает попытку меня обнять. Уклоняюсь и отхожу в сторону.

— Где ты и с кем был? Почему пришёл только утром?

Витя хмурится и слегка наклоняет голову.

— Марусь, не веди себя сейчас как ревнивая жена из мелодрам по телевизору. Я хоть раз давал тебе повод для ревности?

Молча качаю головой.

— Вот именно. Я люблю тебя и нашу дочь, — смягчает тон и снова подходит ко мне. — Пашка вчера позвал меня к себе после конференции выпить пару пинт пива. Я думал заскочу на часик, а потом сразу к тебе. Кинулся написать, а телефон разряжен. Мы его у Пашки дома поставили заряжаться в другой комнате.

— И вы пили пиво до утра?

— Ну ты же знаешь Пашку, — разводит руками муж. — С ним если садишься пить, то не замечаешь времени.

Знаю я этого Пашку. Друг мужа со студенческой скамьи. Работает сейчас в клинике моего мужа, заведующим кардиологического отделения. Вроде бы врач с большой буквы, а выпить любит. Всегда меня это поражало и удивляло.

— Я думал у меня понимающая и любящая жена, которая не будет устраивать истерики на пустом месте, — пожимает плечами и достаёт из-за тумбы огромный букет алых роз. — Это тебе родная, спасибо за дочь.

Очень хочется верить Вите. До безумия хочется, так как я люблю мужа и не хочу его терять.

— Я звонила тебе, — не обращаю внимание на цветы. — Мне ответила какая-то женщина.

— Может быть жена Паши, Люда? — хмурится и достаёт из кармана мобильный. — странно у меня нет от тебя вызова в списке.

Подхожу, смотрю на экран телефона. И правда, последний звонок в списке был вечером, во время конференции. Неужели кто-то подчистил историю? Или сам муж это и сделал, чтобы выдать меня за сумасшедшую?

— Марусь, я правда виноват перед тобой. Стоило тебе сразу позвонить и предупредить. Я готов искупить свою вину и сегодня весь день провести вместе с вами, — протягивает мне букет цветов и легонько обнимает за талию.

Беру цветы и на носочках разворачиваюсь в сторону выхода из комнаты.

Вроде бы муж всё объяснил. И история достаточно правдоподобная, ведь он и до этого если ходил в бар с другом, то приходил только под утро. Только тогда он предупреждал меня об этом, а сейчас…

Но несмотря на оправдания мужа внутри меня все равно бушует пожар. Сердце не на месте. И всё это состояние подогревается лёгким шлейфом женских духов, который исходит от мужа.

Глава 3 Спасибо тебе за вечер

Наверное, у меня уже бред от усталости и напряжения. Ведь я сама подарила мужу новую пахучку в автомобиль, которая неприлично пахнет древесными нотами с насыщенными пряными оттенками. Мы ещё тогда с ним посмеялись, что запах как у очень дорогих женских духов, а не как у обычной автомобильной ёлочки.

Ставлю букет в вазу и надеваю на себя фартук. Открываю холодильник, достаю молоко, яйца. Ставлю стул возле шкафа, забираюсь на него, чтобы достать до верхнего ящика, где у меня хранятся крупы.

— Малышка, давай я достану, — муж подхватывает меня со стула и нежно опускает на пол.

— Вить, я бы справилась, — выпрямляюсь и утомлённо наблюдаю за тем, как муж убирает стул и сам открывает ящик.

— Что достать? — настойчиво спрашивает, немного повысив тон.

— Детскую кашу, — вздыхаю и закатываю глаза.

Вот, что он сейчас делает? Он по пятам за мной ходить будет и во всём помогать, лишь бы я забыла о том, что он не ночевал дома?

— Марусь, ты на ногах еле стоишь. Бледная вся, синяки под глазами. Давай я сам всё приготовлю, а ты приляг.

А-а-а-а, понятно. Теперь пытается одну проблему, закрыть другой. Жалость к жене проснулась. А что же её не было вчера, когда я весь день провела одна с ребёнком?

— Вить, ты кастрюлю, когда в последний раз в руках держал? — делаю вид, что не замечаю его предложения. Достаю посуду, наливаю молоко в ёмкость, включаю плиту.

— То что, я не готовлю, не значит, что я этого не умею, — усмехается и вырывает у меня из рук кастрюлю с молоком.

Да, муж помогал мне и ранее с Лизой, но в основном по мелочи. Например, пока я моюсь в душе, мог с ней поиграть, или сидел с ней, пока я ходила на маникюр. Но что-то глобальное, как например, приготовить завтрак, помыть полы и так далее он никогда не делал.

То есть весь год он не замечал моих уставших, опухших глаз? А тут, вдруг: а давай я сам завтрак приготовлю.

Это определённо очень странно.

Ну или муж хочет выгородиться за какой-то свой поступок. И я уже понимаю за какой.

— Витя, что на тебя нашло?

— Хочу помочь любимой жене. Разве это преступление? — недоумевая хмурится.

— Ты сам-то в состоянии мне помочь? Всю ночь где-то шлялся.

— Марусь, ну опять ты за своё, — устало чешет переносицу и ставит кастрюлю с молоком и детской кашей на огонь. — Я тебе уже всё объяснил. Да, виноват. Да, не позвонил. Потому сейчас, в качестве извинений, хочу, чтобы ты отдохнула.

— Ах, в качестве извинений, — недовольно скрещиваю руки на груди. — Знаешь, а я, наверное, воспользуюсь твоим предложением.

Снимаю с себя фартук и бросаю его на стул. Разворачиваюсь и иду в сторону выхода.

— Про кашу не забудь, — киваю в сторону кастрюли и выхожу из кухни.