Мой милый Гаспаро - Татьяна Ренсинк

Что касается понятия чести, то здесь идеальным средством решения конфликтов стали дуэли, даже не смотря на то, что проводилась политика запрещения дуэлей. Пристрастие к дракам стало чуть ли ни частью ритуала. Стычки на шпагах являлись одним из агрессивных поединков. И всё потому, что честь стала главной добродетелью дворянства.

В выборе же партнёров для брака появилось больше свободы. Дворяне учились сочетать личные симпатии и родительскую волю. Чувства всё больше влияли на брак, от чего стало всё больше появляться тайных браков и похищений невест.

Если же иностранец желал взять под венец русскую, то ему стоило принять русскую веру, изменить имя и фамилию. Таких браков становилось больше. Важным же документом для супругов стал брачный контракт, и семья строилась по новым принципам: возросла роль женщины, которая становилась женой-другом. Разводы же до сих пор представляли сложную процедуру, но среди дворян были возможными.

Поскольку женщины приобретали всё больше свободы в выражении своих чувств и стремлений, стали появляться женские библиотеки. Конечно же, главной заботой оставались дети, но аристократки пели, рисовали, создавали домашние спектакли, помогали церквям и занимались благотворительностью. Так же они сочиняли оперы, прозу и стихи:

Зреть тебя желаю, а узрев, мятуся

И боюсь, чтоб взор не изменил:

При тебе смущаюсь, без тебя крушуся,

Что не знаешь, сколько ты мне мил;

Стыд из сердца выгнать страсть мою стремится,

А любовь стремится выгнать стыд;

В сей жестокой брани мой рассудок тмится,

Сердце рвется, страждет и горит.

Так из муки в муку я себя ввергаю;

И хочу открыться, и стыжусь,

И не знаю прямо, я чего желаю,

Только знаю то, что я крушусь.*

Обустройство в домах тоже претерпело изменения. Привозилась мебель из-за рубежа, которая считалась престижной и говорила о состоянии хозяев. Знать жила то во дворцах, то в особняках. Их гостиные представляли широкий зал, часто с камином.

Обустройство же жилища у знати заключалось не столь в том, чтобы показать, как это красиво, а в том, чтобы «не упасть лицом в грязь» перед высшим светом. Ведь именно в их домах проводились балы и приёмы.

Таким образом, новая культурная жизнь, праздность высшего света принесли свои положительные плоды, как понятие образованности, чести и нравов. Именно они стали культом дворянства. Именно они смогли поднять культуру России…

* — автор Е. А. Княжнина.

Глава 1

— А эти что здесь делают? — был первым вопрос среди обучающихся морскому делу молодых дворян, когда среди них появилось двое английских и двое итальянских учеников.

— Молчать! — грозно воскликнул капитан корабля, на палубе которого все они и были в порту Кронштадта.

Тут же воцарилась абсолютная тишина. Лишь шёпот волн и крики чаек вокруг нарушали покой. Приступив рассказывать лекцию, которую ученики только успевали записывать графитными карандашами, капитан прохаживался по палубе и время от времени поглядывал на редко записывающих итальянцев.

Не выдержав терпеть одолевающее любопытство, капитан скоро обратился к одному из них:

— А Вы, сударь, всё думаете запомнить?

— Да, капитан, — кивнул тот, выпрямившись перед ним, и говорил медленно, с мягким акцентом. — К сожалению, только девять месяцев потратил на обучение русского языка. Говорить могу немного… Понимаю больше, а вот записать… Пишу кратко и на итальянском, с Вашего разрешения.

— Вот как? — с интересом заглянул капитан в его записи и с улыбкой продолжил читать лекцию дальше.

— Молодец, Гаспаро, — прошептал молодому итальянцу сидевший рядом русский ученик, а слушающий с другой стороны итальянский товарищ улыбнулся в поддержку, после чего Гаспаро ответил:

— Россию полюбили сразу. Мы и между собой общаемся по-русски.

— Тишина! — оглянулся на них капитан, но голос его уже казался более мягким.

Дождавшись, когда все лекции закончатся, Гаспаро с другом поспешили вновь оказаться на берегу Петербурга. Радость переполняла, что в предстоящие дни лекций не было запланировано из-за подготовки к празднованию дня рождения Императрицы…

— Фабио! Куда сегодня? — вопросил довольный Гаспаро у друга, когда остановились на площади, и тот, радостно ударив по струям фонтана, засмеялся:

— Подглядим для начала опять за упражнениями тех красавиц?

— Я надеялся на это, — засмеялся Гаспаро, и они побежали к городским каретам, которые ожидали у площади, тут же наняв одну из них.

Когда прибыли к воротам одного из особняков, друзья расплатились с извозчиком и подкрались подглядеть, что творится в саду за воротами…

Там, выстроившись в два ряда, одетые в белые рубахи и чёрные кюлоты* пятнадцать девушек следовали указаниям стоящей перед ними дамы. Она выполняла движения, показывая, как надо, а девушки дружно повторяли.

Ещё долгое время Гаспаро и Фабио подглядывали за гимнастикой прелестниц. Фигурка каждой привлекала их внимание, но жалели, что лиц было не разглядеть. Настолько далеко стояли.

— Жаль, мы не в Древней Греции, где телесные упражнения было принято проводить в обнажённом виде, — вздохнул Фабио, и Гаспаро не успел ответить.

Им в спины, заставив выпрямившись, кто-то приставил острые концы шпаг. Медленно повернувшись, друзья уставились на двух гвардейцев. Те гордо возвышались перед ними, показывая силу тела и высокий рост, но и Гаспаро с Фабио не уступали по тем же внешним данным. Однако обоим, оказавшимся в столь щекотливой ситуации, пришлось следовать указаниям и предстать вскоре перед той самой дамой, которая оказалась воспитательницей.

Только девушки убежали из сада, скрывшись в доме, она свысока взглянула на виновато смотревших себе под ноги Гаспаро и Фабио:

— Так вы говорите, что эти мичманы подглядывали? — вопросила она гвардейцев, и те хором подтвердили, что видели своими глазами.

— Как, должно быть, расстроится ваш капитан, — смотрела на виновников воспитательница, но те молчали.

Отпустив гвардейцев, она прошлась вокруг Гаспаро, оглядела с ног до головы и Фабио:

— Дело молодое…. не буду жаловаться, но возьму с вас обещание, что больше подглядывать не будете.

— Не будем! — друзья тут же взглянули в глаза, широко их раскрыв, словно клялись выполнить сие обещание.

— Вот и прекрасно, — засмеялась довольная воспитательница, протянув им руку.

Друзья поочерёдно поцеловали её и убежали с территории особняка…

* — кюлоты — узкие и укороченные штаны, наподобие бриджей, прикрывающие колени и застегивающиеся внизу на пуговицы.

Глава 2

Выглядывая между друг дружками, над друг дружками, попеременно старались смотреть в окно девушки. Они только убежали из сада, где их воспитательница беседовала с гвардейцами и двумя молодыми людьми, которых застали за подглядыванием. Ужасно интересно было каждой увидеть, чем всё закончится…

— Какой красавчик! — вздыхали некоторые девушки.

— А мне вон тот нравится, — смеялись другие.

— Ой, и тот гвардеец