Cемейные узы не в счет - Кира Витковская

– Я вчера наговорила тебе разного, Макси… – сказала она Максимилиану, словно извиняясь. – Ты прости, ладно? И забудь – у меня в голове от потрясения все перемешалось, вот и трепала всякое – что надо и что не надо…

– Я все понял, не объясняйся Ксю. Я провожу тебя?

– Спасибо, но не стоит. Я хочу пройтись, подумать немного… Хочу побыть одна. Я тебе лучше позвоню после обеда, хорошо?

– Ладно, – Макси не очень-то понял ее поведение – то ли Ксю избегала оставаться с ним наедине, то ли хотела продемонстрировать безразличие к нему, то ли на самом деле собиралась что-то обдумать и плевать хотела на то, что со стороны ее поведение выглядит невежливо. Но лучше было не обижаться и не выяснять отношения, поэтому Максимилиан просто проводил девушку до двери.

На пороге Ксю остановилась и, обвив шею парня руками, сама поцеловала его в губы.

– Вот это фейерверк! – воскликнул Макси с оттенком удивления. – Может, тебе не стоит торопиться домой?

– Нет, нет, мсье! – засмеялась Ксюша. – Не искушайте меня, я и так провела в вашей гостеприимной квартире больше времени, чем полагается. Я лучше потом позвоню, и мы договоримся встретиться. Пока.

Ксюша вышла на улицу и направилась прямо по припорошенной снегом дороге. Все вокруг казалось таким чистым, белым. Мохнатые снежинки плавно скользили по воздуху. А Ксюша шла и ни о чем не думала. Только в душе у нее крепло сознание, ощущение какой-то перемены, которая должна вот-вот произойти в ее жизни или уже происходит.

Сидящая на вахте «Телеграфистка» тетя Маша неодобрительно посмотрела на Ксению сквозь стекла очков и готова была уже разразиться лекцией на тему: «Недостойное поведение современной молодежи», но Ксю торопливо прошмыгнула по лестнице на свой этаж, на ходу пробормотав какое-то приветствие. Девушку уже совершенно не волновало чужое возмущение ее поступками.

Дашина кровать пустовала, несмотря на столь ранний час, – а Дарья славилась как любительница поспать подольше. Вряд ли она поднялась ни свет ни заря и куда-то отправилась. «Скорее уж вовсе не ночевала!» – подумала Ксю и усмехнулась.

А вот Анжела, как ни странно, была в общежитии. И именно она, слегка язвительно улыбаясь, принялась за расспросы.

– Так-так, Ксения, и давно это у тебя завелась привычка приходить домой утром?

– С сегодняшнего дня, – ответила Ксюша и улыбнулась соседке.

– И у кого это ты зависла? – полюбопытствовала Анжела. – Уж не у Максимилианчика ли, часом?

– А вот не скажу!

– Ладно, не говори, не буду лезть в твои личные дела, – отозвалась Анжелика, надувая губы. Как всегда, она была аккуратно накрашена и достаточно элегантно одета, но, тем не менее, какая-то обиженная складка у губ и слегка подпухшие веки говорили, что настроение у девушки не очень радостное.

– А у тебя не иначе как что-то случилось? – спросила Ксю, правда, без всякой надежды, что Анжела поделится своей бедой.

– Случилось… – нехотя сказала Анжела.

– Не хочешь поговорить об этом?

– А зачем?

– Может, я помогу чем? Или хоть просто выслушаю – тебе легче станет…

– Разговор по душам? – криво усмехнулась Анжела.

– Хотя бы… Почему нет?

– А на фига? Зачем тебе мои проблемы? Неужели ты, правда, помочь хочешь?

– Хочу.

– Ой, враки это все! Не бывает в нашей жизни женской дружбы. Каждая сейчас норовит у подруги мужа или парня отбить!

– Неправда, – возразила Ксю. – Женская дружба есть. Бывает, что и женщины защищают друг друга и помогают…

– Но это, скорее, исключение, которое подтверждает правило… Хотя, если тебе интересно, я могу и рассказать тебе о моей проблеме… Встречалась я с мэном одним богатеньким – уже месяца четыре, наверное. Он мне недавно квартирку купил и обставил там все по высшему разряду… Я у него любовницей была… А сегодня среди ночи женушка его заявляется на мою вроде как квартиру, затевает крупный скандал, в результате которого мой «миленький» у нее в ногах валяется и прощения просит, а я лечу из квартиры кверху лапками! Оказывается, этот козел еще документы не оформил, а «отрабатывать» меня заставил! И осталась я у разбитого корыта…

– Обидно? – сочувственно спросила Ксю. Анжела перекосилась.

– Квартиру жалко – такая суперская! Из-за нее я этого импотента терпела! Лох такой – никакого удовольствия не может доставить, хоть только-только тридцатник ему стукнуло! Я-то губу раскатала, а тут… опять в эту общагу долбанную возвращаться пришлось! Ни разу меня так не прокатывали еще… Ну ничего, впредь умнее буду…

– А может, было бы лучше бросить все это? Ведь самой же тошно, когда все в жизни зарабатывается при помощи переднего место…

– Ну, кому противно, а кому и не очень, – философски сказала Анжела. – Мне своим трудом на все мои нужды в жизни заработать не удастся, а если и удастся, то только если я пахать буду, как ломовая лошадь. А на фига мне красоту свою гробить и здоровье? Лучше уж я так, как ты говоришь, при помощи переднего места… приятное с полезным…

– Но ведь тебя могут использовать, а потом прокатить, вот как этот твой мэн… Противно же…

– Дело привычки. Главное – привыкнуть, а я уже привыкла… Я себе лет в десять пообещала, что стану богатой. Любого средствами.

– Хм! А я себе так же, лет в десять, пообещала, что стану счастливой… – проговорила Ксю.

– А для меня стать богатой – и есть стать счастливой, – ответила Анжела.

– А я всегда считала, что деньги в жизни не главное… – задумчиво протянула Ксюша. – Хотя, по-своему, ты права. С деньгами удобнее, чем без них. Я всегда ставила на первый план любовь, но теперь вижу, что это не более, чем ерунда. Лучше интересоваться не парнями и чувствами к ним, а тем, что эти парни могут дать, какую пользу принести и услуги оказать.